Грандиозный успех новой оперетты, исчисляемый тысячами представлений и сотнями постановок за короткий срок, принес не только неслыханную славу Францу Легару, но и возвестил о появлении нового направления музыкального театра, названного «неовенской опереттой». С удовлетворением отметим, что не прошло и года, как «Веселая вдова» была поставлена в России. Сразу два петербургских театра – «Пассаж» и «Зимний Буфф» – с разницей в одну неделю (!) открыли сезон 1906 года премьерой австрийской новинки. Вскоре она была поставлена в Москве в переводе Ивана Ярона.

После открытия – уже в советское время – Московского театра оперетты, его художественный руководитель Григорий Маркович Ярон включил «Веселую вдову» в число первых постановок молодого театра. С тех далеких лет, кажется, не было ни одного сезона, когда бы на московской сцене не шла эта очаровательная оперетта – в разных постановках и разных, подчас радикальных, интерпретациях. Ныне столичный театр показывает evergreen (вечно юную, классическую) «Веселую вдову» в постановке Алексея Франдетти. И она переживает, пожалуй, самую радикальную интерпретацию за всю свою более чем вековую сценическую жизнь.

Режиссер с либреттистом Константином Рубинским перенесли действие оперетты из парижских салонов в киношные павильоны Америки времен 1920-х годов, а сами персонажи из дипломатов посольства маленькой республики Монтевердо во Франции, а также другие представители парижского «бомонда» в новой редакции стали продюсерами, режиссерами, сценаристами и артистами киностудий Голливуда!..

Перенос действия классического произведения в современную киностудию, вообще-то говоря, дело не новое. Еще много лет назад Роман Виктюк разыграл в театре «Новая Опера» «Искатели жемчуга» Бизе в виде съемки фильма в павильоне кинофабрики. Сам Алексей Франдетти в своей постановке в Мариинском театре оперы Берлиоза «Бенвенуто Челлини» нашел параллель с историей съемки фильма Феллини «8 ½» на римской студии «Чинечитта». И уж совсем недавно в Красноярском театре оперы и балета режиссер Сергей Новиков и либреттист Ольга Ершова перенесли действие оперетты Оффенбаха «Синяя Борода» на съемочные площадки киностудии… Что это – тенденция или мода?

Не будучи сторонником подобных переносов классических произведений в другие времена и места действия, должен признать, что авторам данной «Веселой вдовы» удалось сделать подобную метаморфозу убедительной и остроумной. Лихорадочно взвинченная жизнь «фабрики грез» – Голливуда времен 1920–1930-х годов – оказалась удачно показанной и с изрядной долей уместной иронии, безусловно, заложенной в гениальной партитуре Легара. Здесь необходимо подчеркнуть, что в рецензируемой постановке вся замечательная музыка сохранена в ее авторской версии и исполнена превосходно. Дирижер Константин Хватынец провел спектакль вдохновенно, не пропустив ни одного тонкого нюанса из щедро рассыпанных композитором в чарующих ариях, дуэтах и ансамблях «Веселой вдовы». Убедительные «духоподъемные» темпы и динамические кульминации создавали нарастающую праздничную атмосферу спектакля.

Режиссер и организатор «революционного» прочтения классической «Вдовы» Алексей Франдетти во всеоружии таланта и профессионализма использовал открывшиеся возможности создания яркого, захватывающего зрелища. Пародийные сцены киносъемок нового фильма удачно сочетались с эпизодами как бы обычной жизни голливудской киностудии с соперничающими продюсерами, режиссерами и кинозвездами.

Последними и были актриса Габриэлла Гловер, исполнительница в фильме роли Ганны Главари, и актер Дэниэл Даймонд, по роли – граф Данило. Молодые артисты Московского театра оперетты Анна Золотова и Иван Викулов великолепно справились с трудными «двойными» задачами, создавая образы киноактеров, снимающихся в ролях Ганны и Данило. Их конфликтные взаимоотношения, основанные во многом на актерских амбициях, переданы правдиво и обаятельно как в диалогах, так и в пленительных дуэтах.

Вторая пара протагонистов – жена продюсера актриса Валенсия (по роли – жена посла Монтевердо в Париже Валентина Зета) и режиссер студии «Лео Филмс» Кэмил Росс (бывший виконт Росильон) выполняют в спектакле задачи, пожалуй, еще посложнее, поскольку на их долю приходятся самые сложные в вокальном отношении партии «Веселой вдовы». Ольга Белохвостова справляется с трудностями совершенно непринужденно и при этом отлично играет и танцует. Ее партнер Александр Бабик создает привлекательный образ влюбленного, несколько неловкого и теряющегося молодого человека. В ариях и дуэтах он героически справляется с трудностями высокой тесситуры, хотя показалось, что тембр его голоса не очень походит для данной, можно сказать, оперной «белькантовой» партии.

Петр Борисенко в роли продюсера конкурирующей киностудии «Арчи Пикчерз» Арчибальда Зеппа (он же посол Монтевердо в Париже барон Зета) замечателен предельным серьезом в выполнении сценических задач, получающих в результате комедийную окраску.

Многонаселенное персонажами либретто достаточного материала для исполнителей остальных ролей, к сожалению, не предоставило. Особенно пострадал острокомедийный – в первоисточнике – образ Негоша, секретаря посольства, ставшего в новой версии секретарем продюсера Брэдом Нудлзом. Невыразительный текст, лишенный юмора, мрачный образ – таким предстал в этой роли один из самых ярких артистов труппы Александр Каминский. Ему не дано было даже сольно блеснуть своей танцевальностью.

Кстати, о танцах – важной стороне «Веселой вдовы», общепризнанной как танцевальная оперетта. Балетмейстер Ирина Кашуба, поставив несколько удачных массовых танцев и подтанцовок, как показалось, не использовала все возможности, щедро предоставленные партитурой Легара. Так, недостаточно реализована славянская танцевальная музыка в сцене бала у Ганны, а «ударный» номер второго акта, безусловный шлягер – марш-септет кавалеров, получился несколько хаотичным и недостаточно дансантным. Зато прекрасно был принят удачный финальный канкан.

Сценография художника Максима Обрезкова, в полном согласии с замыслом постановщика, очень функциональна, выразительна и для сцен в киностудиях, и для интерьеров в снимаемом кинофильме «Веселая вдова». Яркие краски внесли костюмы, созданные Викторией Севрюковой.

Режиссер Алексей Франдетти в своей постановке блеснул фантазией и изобретательностью, создав множество экспрессивных мизансцен (как, например, дуэт Ганны и Данило «Глупый, глупый всадник мой» – на громадных бутафорских лошадях, эпизоды с саркофагом и др.). Очень удачны вставки остроумных видеокадров. Творческий почерк Франдетти, его свежее видение драматургического материала в разных театральных жанрах привлекает и зрителей, и директоров театров.

Итак, удачный спектакль, удачная реализация осовременивания классического произведения? Да. Но не все так просто. Издержки лихости либреттиста все же дают о себе знать. Если важную деталь фабулы – веер с надписью, компрометирующей жену посла, еще можно заменить на теннисный мячик, то развязка интриги должна быть обоснована не так примитивно и скоропалительно, как получилось в финале. Есть и еще заметные «нестыковки», когда новому тексту просто не хватает убедительности.

А в целом «Веселую вдову» великого Легара, поставленную в Московском театре оперетты со вкусом и размахом, можно принять с радостью и с удовольствием. Она займет в афише театра свое законное место.