Добро пожаловать в цифровую реальность

Для ансамбля experimentum это был действительно эксперимент, ведь для них опыт взаимодействия с электроакустикой оказался в новинку. Тем не менее дебют вышел весьма удачным, и после концерта, в рамках традиционного паблик-тока, слушатели благодарили Цырен-Дулму Болотову за смелость и спрашивали, насколько сложно было брать такой репертуар. Пьеса Paradiso польского композитора Кшиштофа Волека воспринималась как энциклопедия вокальных приемов авангардной и новейшей музыки: это и быстрое проговаривание-пропевание фонем, и речитация на одном тоне, и всякого рода бормотания, возгласы, кашель, пение на вздохе, имитирующее удушье. Коллектив Цырен-Дулмы Болотовой настолько органично и естественно продемонстрировал выразительные элементы партитуры, будто непосредственно взаимодействовал с композитором – как Лучано Берио с ансамблем Swingle Singers. Еще одним «невидимым» исполнителем этой «райской» музыки был звукорежиссер Илья Ковальский, который воспроизводил авторские указания траектории звука в пространстве, всякого рода переключения, реверберации.

Не меньший вокальный подвиг совершила солистка ансамбля Тамара Котоменкова, выступившая в пьесе Кристиана Киньонеса, которая называлась My Voice is a Broken Chorus (голос вокалиста, как призналась сама Тамара, хор действительно часто «разбивает»). Здесь ей предстояло вступить в диалог с электроникой, которой управлял Илья Ковальский. Голос исполнительницы постоянно «подпрыгивал» к верхнему регистру, и все эти скачки заставили вспомнить арию Плавалагуны из «Пятого элемента». Впрочем, настоящая фантастика случилась не в сочинениях нашего времени, а когда ансамбль experimentum начал петь музыку, написанную четыреста лет назад. Месса Джованни Палестрины прозвучала в дуэте с электроакустикой. В режиме реального времени звукоинженер Олег Макаров создавал эффект эха, будто голоса прошлого и настоящего встретились в одном пространстве. Ансамбль буквально плел полифонические узоры, которые причудливо распределялись по колонкам «Артемьева» и повисали в воздухе, наполняя акустику зала. Магия, да и только!