На Совете выступил председатель Приемной комиссии  Союза композиторов России Петр Климов, который представил для голосования 13 кандидатур музыковедов и композиторов, прошедших отбор. Это авторы из Москвы, Дубны, Петрозаводска, Магнитогорска, Ростова-на-Дону, Кызыла (Республика Тыва).

Проектная деятельность Союза композиторов России впечатляет: это конкурс Avanti, проекты, соединяющие композиторов и исполнителей, – «Ноты и квоты», «Композиторские резиденции», поддержка выпуска двух старейших профильных журналов – «Музыкальной академии» и «Музыкальной жизни», творческие интенсивы «Композиторские читки» для молодых композиторов и «Журналистские читки» для молодых музыковедов и журналистов, многочисленные концерты, фестиваль «Пять вечеров» в Москве, огромное количество региональных событий, на которые Союз композиторов России также находит финансовую поддержку – прежде всего в Минкультуры России.

Страсти по хору

Все эти программы будут продолжены и в 2025 году, среди новых проектов Союза цикл концертов «Великие песни Великой победы» (к 80-летию Победы в Великой Отечественной войне 1941–1945). Это фестиваль, объединяющий песенные произведения современных авторов – членов Союза композиторов России – и сочинения прошлых времен. Первые концерты прошли в городах Смоленской области – Духовщине, Ярцево, Смоленске, поселках Пригорское, Озёрный, Верхнеднепровский. Ярким продолжением станут концерты в Костроме 27 апреля, в Санкт-Петербурге 2 мая, в Хабаровске 8 мая, в Саранске 9 мая, финальный концерт пройдет в июне в Самаре.

Осенью ожидаются мероприятия, посвященные 100-летию фильма Сергея Эйзенштейна «Броненосец Потемкин». Еще одним совместным проектом станет «Пиши балет» (творческая лаборатория Союза композиторов России и Екатеринбургского государственного академического театра оперы и балета).

В планах Союза композиторов России также концерты и фестивали новой музыки в Москве, Санкт-Петербурге, Нижнем Новгороде, Екатеринбурге, Перми, Белгороде, Саратове, Самаре, Чите, Томске, Калининграде, Казани, Улан-Удэ, Барнауле, Петрозаводске, Саранске, Хабаровске, Красноярске.

Антон уже делал это в своих прошлых опусах, обращаясь всякий раз к яркой, значимой, символичной идее-сюжету. Например, показывая в «Письмах Рахманинова», как флюиды великого композитора проявляются в стилистике Арво Пярта, Владимира Мартынова, самого Батагова… Или рассказывая неспешными пьесами цикла «Где нас нет. Письма Игуменьи Серафимы» историю верующей русской женщины, а через нее – всей России в ХХ столетии.

В «Хорошо медитированном клавире» такого сюжета нет. Но уже само название указывает, куда теперь направлена мысль автора, и что он взял за образец, отправляя в полет свою фантазию. Это музыка Баха и его предшественников, чьи идеи суммировал, преобразил и мощным импульсом послал в будущее лейпцигский кантор.

Но почему «медитированный»? Антон пояснил во вступительном слове: «У старинной музыки я позаимствовал не стилистику, а принципы сочинения, формы – чакону, пассакалию, рондо… Те, что фокусируют внимание на чем-то фундаментальном – гармонической формуле, простой мелодии. Бесконечно повторяя и варьируя эту основу, мы достигаем все новых интонационных и фактурных открытий. Что это, как не медитация, позволяющая вырваться из мрака обыденности и найти ту дверь в мир света, о которой говорит Пелевин в своем романе “Непобедимое солнце”?»

Также Батагов расшифровал, что за видеоинсталляцию из золотистых граней и линий мы видели в первые минуты вечера: это фотографии известного фотохудожника Иры Полярной, сделанные в сакральном и мистическом месте – внутреннем пространстве рояля. Не абстрактного, а вот этого конкретного «Стейнвея» 1909 года, что стоял в тот момент на сцене. Именно его Антон отобрал в коллекции Российского национального музея музыки – не за возраст и не по каким иным параметрам, кроме как за тембр, наиболее подходящий, с его точки зрения, для музыки, ловящей волны из громадной толщи минувших веков и транслирующей их жителям третьего тысячелетия.

А затем этот универсум золотистого металла и дерева зазвенел и запел под пальцами Антона. Девять пьес цикла – девять способов помыслить о вечном. Уже первая показала, сколь многое можно «вытянуть» из всего трех следующих друг за другом двузвучий, почти повторяющих классическую формулу так называемого «золотого хода» (помните, с него начинаются Двадцать шестая соната Бетховена, Фортепианный концерт Шумана и десятки других сочинений?). Примерно на той же вариационной технике едва заметных, последовательно накапливающихся изменений основана вторая пьеса, привносящая в «белоклавишный» строй начала цикла легкий флер хроматики. Третья устраивает нам путешествие по регистрам рояля от хрустально-ледяных верхов до органно-гудящих басов и обратно. Четвертая вдруг резко меняет солнечный ми мажор на матовый си-бемоль, в переливах которого, однако, нет-нет да мелькнет воспоминание о том утраченном (может быть, не навсегда?) радостном блеске. Пятая обрушивает на нас мрачный колокольный минор, который шестая смягчает воспоминанием о «золотых» звуках начала цикла. Седьмая дает пример той самой чаконы, то есть вариаций на фиксированный бас. Самая развернутая восьмая суммирует множество техник, застраивая звуковыми пирамидами головокружительной высоты, от басового рокота до нежных дискантов, все доступное нашему слуху музыкальное пространство. Наконец слегка механистичная сицилиана финала дает понять: на сегодня все, пора дать звукам и извлекающим их пальцам отдохнуть… Но только на сегодня: то, что истаяло на половине фразы (почти как в шумановских «Бабочках», помните их воздушное «исчезновение», кстати, на том самом «золотом ходе»?), оживет завтра – в новых исполнениях, в иных сочинениях Антона, в музыке других композиторов.

В частности – и во вновь записанном альбоме «Хорошо медитированный клавир», выпущенном фирмой «Мелодия» не только в цифре, но и по-винтажному – на компакт-диске. О чем нам также сообщили Антон Батагов и инициатор этого рекорд-проекта, первый заместитель генерального директора знаменитого лейбла Карина Абрамян.

Годы Великой отечественной войны, эвакуация ЦМШ в Пензу, первые концерты в Куйбышеве, первые зарубежные поездки и триумф на конкурсе королевы Елизаветы в Брюсселе, покорение Америки, Европы, Японии, работа в жюри Международного конкурса имени Чайковского, ученики со всего света, рвавшиеся в класс к Леониду Когану в Московскую консерваторию, семья – жена Елизавета Гилельс, дети Павел и Нина Коган… Вехи эпохи, ставшие биографией великого Музыканта. Уникальные материалы, бережно собранные близкими, понимавшими, какая ответственная миссия им выпала – быть рядом с гением.

Письма снабжены подробными комментариями, дополнены редкими, ранее не публиковавшимися фотографиями, иллюстрирующими события и героев книги.

Карина Абрамян, издатель, PR-директор фирмы «Мелодия»:

«Письма Когана – зеркало эпохи. В  письмах и телеграммах, которые публикуются впервые, есть место жизненным трудностям, юмору, скорби и бесконечному вдохновению. В числе адресатов такие громкие имена, как Дмитрий Шостакович, Давид Ойстрах, Иегуди Менухин, а также королева Елизавета Бельгийская и первая леди Филиппин. Через год мы будем праздновать 100-летие со дня рождения Леонида Когана – впереди издание полного собрания записей на фирме “Мелодия”».

«Это огромное счастье – погружаться в историю жизни великого Музыканта, каким был и остается Леонид Коган, – считает автор книги, доктор искусствоведения, профессор Московской консерватории, главный редактор журнала “Музыкальная жизнь” Евгения Кривицкая. – Я благодарна его дочери, пианистке Нине Леонидовне Коган, которая стала инициатором издания и предоставила мне бесценную возможность поработать с семейным архивом. Многие события, факты удалось доподлинно восстановить благодаря дневникам Елизаветы Гилельс, преданной любящей спутнице жизни Леонида Когана. Она фиксировала мельчайшие события во время их совместных гастрольных поездок, встречи, программы концертов. Большие фрагменты из ее записей даны в комментариях. Книга была подготовлена мною в рамках плановой работы в сектора Теории музыки Государственного института искусствознания и, надеюсь, станет фундаментом для появления биографической книги о жизни и творчестве Леонида Когана».

Переписка Леонида Когана предназначена как для профессионалов, так и для всех интересующихся историей  культуры XX века, она не только представляет большой научный интерес, но и увлекательна для широчайшего читательского круга.

Доступна для заказа на сайте издательства «Композитор».

Но два года назад ситуация вновь изменилась к лучшему: Союз композиторов России при поддержке Министерства культуры запустил программу «Ноты и квоты». Действует она так: исполнители, заинтересованные в том, чтобы сыграть новое сочинение (как ни удивительно, такие нашлись, и их немало), подают заявку в Союз. В заявке должна содержаться гарантия исполнения: так, симфоническое произведение должно прозвучать не менее двух раз, а камерное – не менее четырех. Эксперты Союза выбирают из заявок лучшие, и композиторы садятся сочинять. Гонорары позволяют им на время отложить халтуры, а время посвятить высокому творчеству. Улов есть: в 2021 году появилось двенадцать новых партитур, в 2022 году – целых двадцать пять.

Среди них находятся как авангардные, так и тонально-демократические: Союз композиторов терпим ко всем творческим направлениям. Например, московский композитор Денис Хоров, один из лауреатов программы «Ноты и квоты», – ярко выраженный романтик. Его дуэтная «Фантазия» как раз и прозвучала в исполнении альтистки Дарьи Филиппенко и пианистки Ксении Апалько на мероприятии в стенах Нелектория фирмы «Мелодия», где Союз композиторов подводил промежуточные итоги программы. Многостраничное произведение скупого на паузы автора оказалось простым по звучанию и сложным по форме – оно длилось и длилось, как человеческая надежда на лучшее.

Надежда звучала и в словах генерального директора Союза Карины Абрамян, и музыковеда Сергея Уварова – видного специалиста по молодым композиторам, и самих композиторов: цех представляли выигравшие свои «квоты» Ольга Бочихина, Артем Пысь, Сергей Шестаков, Наталья Прокопенко и, конечно, Денис Хоров.

Среди них не было еще одного лауреата – петербурженки Настасьи Хрущевой, чьи «Пять песен на Рождество» для струнного квартета сыграли под конец вечера артисты Opensound Orchestra во главе со Станиславом Малышевым. Идеолог метамодерна, Хрущева вновь написала музыку, которая не расходится с ее манифестом. В ней применены одновременно несколько разных творческих подходов, хорошо известных по отдельности, – таких как примитивизм, китч, абсурд и новая искренность. Однако секрет мастера в том, что в пьесах Хрущевой эти подходы мерцают, сменяя друг друга и создавая смысловую рябь. Альтистка Ксения Жулева, по ее собственным словам, даже расслышала в музыке тени, через которые нужно переступать, чтобы вдруг оказаться на расстоянии в полтени от безумия. Такой эффект может создать только очень рациональный и расчетливый художник, и таких художников в программе «Ноты и квоты» любят.

Презентация книги Яворского прошла в Нелектории «Мелодия» и, собственно, оказалась приурочена к его открытию. Теперь у команды Российского музыкального союза и фирмы «Мелодия» есть свое уютное камерное пространство. «Мы создали этот Нелекторий для культурно-просветительских проектов, – пояснила пиар-директор «Мелодии» и генеральный директор Союза композиторов России Карина Абрамян. – Планируем проводить концерты, лекции, творческие встречи, образовательную программу». Не исключено, что и Нелекторий Петра Поспелова «Петя и волки» переедет из Музея Прокофьева в этот стильный зал, напоминающий одновременно и современный выставочный павильон (гостей встречает выставка фотографий Виктора Ахломова) и модную концертную площадку (в углу располагается рояль «Эстония», который привезли из Союза композиторов России). Встреча в Нелектории состоялась в закрытом формате и, что приятно, не выглядела как заседание теоретико-композиторского факультета. Перед началом гости могли пропустить бокал-другой просекко и душевно пообщаться с коллегами и друзьями по цеху. Как бы это пафосно ни звучало, но в Нелектории собрались действительно избранные – те, кому имя Яворского в разной степени было знакомо. Поразительно, но о Болеславе Леопольдовиче сегодня знают даже не все музыковеды (не говоря уже о музыкантах других специальностей). Как-то так сложилось, что студенты Московской консерватории до сих пор поклоняются другому богу гармонии, полифонии и анализа – Юрию Николаевичу Холопову (на которого, кстати, и повлиял Яворский). О несправедливом забвении выдающегося ученого в своем вступительном слове говорил и главный редактор журнала «Музыкальная академия» Ярослав Тимофеев. «Нам всем не мешает познакомиться с Яворским», – справедливо отметил он. Многим автор «Строения музыкальной речи» напоминает какого-то невидимого безмолвного фантома, не покидающего полки музыковедческих библиотек, или птицу Феникс из оперы Моцарта Così fan tutte, которой подобна женская верность, – свою остроумную аналогию Ярослав переформулировал так: все знают о его существовании, но никто его не видел.

В самом деле, изучать научную мысль Яворского – задача не из легких. Сложный язык повествования, больше похожий на набор кратких формулировок-тезисов, выводы без подробной аргументации, бесчисленные схемы, изобилие математических названий вроде «арифметической прогрессии», «пропорциональности» – все это неизбежно адресует «Строение музыкальной речи» лишь к увлеченным знатокам-специалистам. Так было всегда. Яворского не понимали и не принимали его идеи, казавшиеся в начале прошлого столетия чем-то эпатажным – в самом деле, зачем придумывать, например, двойные и тройные тритонные системы, когда уже давным-давно существует уже принятая, и почему революцию нужно совершать лишь в рамках мажора-минора? Не меньше вопросов вызывает целый список выведенных им интонаций: «автентическая», «полуавтентическая», «одночастная», «двучастная»… Впрочем, сегодня о важности идей Яворского никто и не будет спорить. В «Строении музыкальной речи», помимо создания собственной терминологии (теория ладового ритма) и в принципе иного подхода к закономерностям звуковых отношений, исследователь фактически затронул проблему музыкальной фонологии – то, чем несколько лет спустя под влиянием «Структурного анализа» Фердинанда де Соссюра будут увлекаться в своих сочинениях западные композиторы-авангардисты. «Яворский создал новую теорию музыкального языка, не порывая со старой, а собрав и аккумулировав все самое лучшее и ценное, что было в науке тех лет. Он российский, польский, украинский музыковед, а теперь мы хотим, чтобы он стал всемирным», – сказал Петр Поспелов на презентации.

В завершении встречи солистка Молодежной оперной программы Большого театра Анна Юркус под аккомпанемент пианистки Екатерины Вашерук исполнила музыку виновника вечера – «Три песни Мориса Метерлинка». В этих лирических миниатюрах ощущался дух стиля модерн, влияние Скрябина и, возможно, французских импрессионистов (хотя сам Яворский был учеником Танеева). Теперь было бы любопытно услышать и другие сочинения Болеслава Леопольдовича – «гигантской исследовательской лаборатории, воплощенной в одном человеке», как называл его музыковед Марк Арановский. Надеемся, что научно-просветительская экспедиция под руководством Карины Абрамян продолжит свое славное начинание, и вскоре в Нелектории нас будут знакомить и с другими неизвестными композиторами XX–XXI веков.

Но, конечно, главная борьба развернулась между тремя крупными российскими лейблами. Вперед вышла фирма «Мелодия», подавшая около 50 релизов и получившая в шорт-листе 10 номинаций. Из них в число победителей вошли: два альбома из антологии «Звуковой обзор 2/6», второй том «Антологии современной хоровой музыки композиторов России» с Реквиемом Сергея Слонимского. Эти записи были выпущены совместно с Союзом композиторов России. Получая диплом, автор идеи Антологии – профессор, дирижер Александр Соловьёв отметил: «Премия “Чистый звук” – это высокий камертон профессионального качества, настроенный в тренде XXI века, в строе ля 444! В первую очередь эта премия – признание мастерства звукорежиссеров, без которых было бы невозможно запечатлеть мгновения сценического полета музыки для слушателей не только сегодняшнего дня, но и будущего». Об этом сказала и Карина Абрамян, первый заместитель Генерального директора «Мелодии»: «Эта премия для нас самая важная. Не было бы ни одного диска, если бы со всеми исполнителями, композиторами не работали бы звукорежиссеры».

Также «Мелодия» получила первое место в номинации «Камерный инструментальный ансамбль» с релизом «Музыка для Алексея Любимова» Павла Карманова в исполнении мэтра российской фортепианной школы Алексея Любимова и Opensound Orchestra.

Следующая по продуктивности – Студия звукозаписи Московской консерватории имени П.И.Чайковского. Пять номинаций в шорт-листе, из которых награжден альбом с камерными сочинениями Юрия Буцко (звукорежиссер Руслана Орешникова), романсы Сергея Рахманинова (звукорежиссер Михаил Спасский) и диск «Русское Рождество» (звукорежиссеры Михаил Спасский и Мария Соболева).

Особое внимание привлекла номинация «Реставрация архивных аудиозаписей»: победителем в ней вышла опять-таки «Мелодия», представив диски «Шостакович играет Шостаковича» и «Николай Каретников. Симфония № 4». Третье место взяла Московская консерватория с записью «Святослав Рихтер в ансамблях».

Вручавший премии профессор, музыковед Всеволод Задерацкий признался: «Я слышал, как Шостакович играл Шостаковича. Он приезжал во Львов и исполнял несколько сочинений из цикла “24 прелюдии и фуги”. Это была не просто аутентичная интерпретация,  а нечто священное для нас всех. Мы чувствовали, что мы общаемся с гением, который будто творит для нас здесь и сейчас». По словам Задерацкого, сама эта акция, сам факт подобного конкурса – замечательное завоевание и достижение Российского музыкального союза: «Премия затрагивает весь корпус академических музыкантов, а также тех людей, которые совершают цивилизационное чудо – сохранение артистического исполнительского искусства для истории. Номинация “Реставрация архивных записей” –  может быть, самое яркое проявление фиксации в истории того, что уже недоступно сегодня нашему вниманию, и вдруг, благодаря этому чуду, оживает вновь».

О труде реставраторов, остающихся, как правило, в тени громких имен великих артистов – героев записей, говорила и Карина Абрамян. Были отмечены два звукорежиссера фирмы «Мелодия» Надежда Радугина и Елена Барыкина, а также реставратор Елена Дойникова из МГК. Благодаря их ювелирному искусству к слушателям вернулись работы таких легендарных мастеров в области звукозаписи, как Александр Гроссман и Игорь Вепринцев.

Третий серьезный игрок на этом поле – лейбл Fancymusic, выпускающий преимущественно диски в области современной музыки. Первое и третье место в номинации «Опера»  заняли диски «Octavia. Trepanation» Дмитрия Курляндского  и «52» композитора Александра Маноцкова.

Среди лауреатов были и независимые лейблы – например, Детский музыкальный театр имени Н.И.Сац представил диск с музыкой легендарного балета «Синяя птица». Это почти невозделанная целина – наши отечественные театры, пожалуй, за исключением Большого и Мариинского, крайне расточительно относятся к своей деятельности, не заботясь о качественной видеосъемке и аудиозаписи спектаклей. В результате мы теряем целый культурный пласт, так что стоит пожелать, чтобы эта премия стала стимулом, и сподвигла другие театры поменять свою стратегию и последовать примеру коллег.

Зато планомерно звукозаписывающую работу ведет Российский государственный телерадиоцентр. Его серия «Возрождаем наследие русских композиторов» в этот раз была представлена альбомом с записью Леонида Половинкина. Глава РГМЦ Ирина Герасимова напомнила, что композитор написал эту музыку к спектаклю «Корабль счастье», что может быть воспринято как символ и позитивное пожелание всем присутствующим.

Творческую атмосферу вечера создали концертные номера. Все выступавшие – пианистка и ведущая церемонии Екатерина Мечетина, певица Елена Терентьева, композитор и пианистка Настасья Хрущева, Opensound Orchestra под управлением Станислава Малышева, Камерный хор Московской консерватории со своим лидером Александром Соловьёвым – демонстрировали тот самый «чистый звук» и кристальный художественный вкус, за который радеют учредители и жюри премии. Но, пожалуй, самым необычным выражением сути «Чистого звука» стало исполнение «Вокализа» Рахманинова в аранжировке для терменвокса с оркестром. Олеся Ростовская (отмеченная за диск «Like Breath. Карильонные импровизации») заворожила публику, словно из воздуха рождая трепетную, вызывающую неизъяснимое волнение рахманиновскую мелодию. И эта рукотворная материализация звука убедила, что чудеса возможны, а значит, и любые, самые невероятные цели – достижимы. «Вы такие молодцы, ребята, что пытаетесь противостоять сегодняшней поп-культуре, что противопоставляете живое звучание, академическую музыку рэпу и Моргенштерну (внесен в реестр иноагентов) , – эмоционально высказался один из участников церемонии, руководитель Театра юного актера Александр Федоров. – Пусть молодые люди слушают чистый звук, ясный звук».

Это судьбоносное событие стало итогом серьезной дискуссии, которая началась благодаря реплике 34-летнего композитора из Казани Эльмира Низамова, который обратил внимание президента РФ на отсутствие в России юридически закрепленной профессии «композитор» и системной поддержки творческих людей, пишущих музыку. На страницах журнала «Музыкальная жизнь» в статье «Профессия композитор» высказались ректор РАМ имени Гнесиных Александр Рыжинский, художественный руководитель Московской филармонии, почетный председатель Совета Союза композиторов Александр Чайковский, тема активно обсуждалась музыкальным сообществом в социальных сетях.

Профессия «композитор»

На вопрос, какие сейчас надо предпринять шаги, генеральный директор Союза композиторов Карина Абрамян ответила так: «У нас есть несколько вариантов. Система, существовавшая в СССР, не соответствует запросам нашего времени. Главная задача не заказывать музыку в стол. Будем думать над оптимальным и взвешенным решением для индустрии. Благо, время есть. Такое домашнее задание на лето».

В качестве пилотного проекта Союз композиторов России уже запустил проект «Ноты и квоты»: программа направлена на поддержку современных авторов: исполнители (творческие коллективы, солисты) заказывают композитору сочинение, он выполняет творческий заказ и получает гонорар, а сочинение исполняется. Целевая аудитория – предельно широка: Подать заявку могут как солисты, ансамбли, хоры и оркестры, так и институции – филармонии, концертные залы, театры и даже фестивали. Прислать заявку необходимо до 01 июля 2021 года. Важно, что программа «Ноты и квоты» международная: подать заявку могут не только российские, но и иностранные артисты и коллективы.

Союз композиторов России объявляет программу творческого заказа «Ноты и квоты»

1. Журнал «Сцена».
2. Журнал «Вопросы театра. Proscaenium».
3. Журнал «Петербургский театральный журнал».
4. Газета «Музыкальное обозрение».
5. Журнал «Музыкальная жизнь».
6. «Литературная газета».
7. Журнал «Музыкальная академия».
8. Журнал «Музыкальный журнал».
9. Журнал «Искусство».
10. Газета «Дом актера».
11. Журнал «Балет», с приложением журнал «Антре».
12. Журнал «Сеанс».
13. Журнал «Южно-Российский музыкальный альманах».
14. Научный альманах «Традиционная культура» и журнал «Живая старина».
15. Журнал критики и литературоведения «Вопросы литературы».
16. Федеральная газета «Культура».
17. Журнал «Декоративное искусство стран СНГ».

Начиная с 2019 года Министерство культуры РФ делегировало Российскому фонду культуры право материальной поддержки изданий об искусстве. Гранты не покрывают всего бюджета на издание газет и журналов (в частности, за финансированием типографских расходов на печать тиража издания обращаются к другому грантодателю – Роспечати). Вместе с тем, получение грантов Российского фонда культуры требует неукоснительного соблюдения правил подачи заявок и процедур отчетности.

«Мы второй год получаем грант от Фонда культуры, подача заявки, сбор документов задача не из легких, но посильных, – рассказывает Карина Абрамян, издатель журнала «Музыкальная жизнь» и «Музыкальная Академия», Генеральный директор Союза композиторов России, учредителя обоих СМИ. – Но у нас юрист сильный и по-хорошему дотошный. Все гранты, которые мы получаем, – это только результат правильного оформления заявок. И наша качественная работа. Нам есть что показать, и два журнала мы в Министерство культуры отправляем регулярно, чтобы нас знали “в лицо”. В нынешней ситуации, когда концертные площадки и театры не готовы поддержать нас рекламой, получение гранта – как спасательный круг. Важно сохранить печатные версии журналов, я не верю во временную приостановку. Не выйдем раз – не выйдем больше никогда».

Карина Абрамян – историк, педагог и психолог, специалист по связям с общественностью. На фирме «Мелодия» работает с 2004 года. При ее участии компания превратилась в современный лейбл с международной репутацией, ежегодно получающий европейские премии. «Мелодия» выпустила коллекционные собрания записей Святослава Рихтера, Эмиля Гилельса, Давида Ойстраха, Евгения Светланова, Леонида Когана, Марии Юдиной и других выдающихся музыкантов, вместе с тем фирма сотрудничет с современными исполнителями и композиторами, среди которых Леонид Десятников, Антон Батагов и Владимир Мартынов.

С 2017 года Карина Абрамян также – генеральный директор Союза композиторов России. Ее усилиями выведены на новый уровень два ведущих российских музыкальных журнала – «Музыкальная академия» и «Музыкальная жизнь», налажена деятельность издательства «Композитор», дважды проведен конкурс композиторов Avanti, запущен ряд образовательных и творческих циклов, среди которых «Композиторские читки», проходящие в разных городах России, Нелекторий «Петя и волки», фестиваль камерной музыки «Пять вечеров», интернет-канал «Начало времени композиторов» и другие проекты.