Всего три тура: первый прошел онлайн, на очный второй в Ярославль пригласили сорок человек, в финал вышли только двенадцать вокалистов, из них шестеро стали лауреатами. В принципе, финалисты оказались настолько ровными по уровню, что премии можно было бы дать всем. Но жюри оказалось куда более строгим и взыскательным. Итоги конкурса Ольга Русанова (ОР) обсудила с его председателем, профессором Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе Владимиром Черновым (ВЧ).

ОР Вы удовлетворены итогами?

ВЧ И да, и нет. У нас были, естественно, легкие разногласия в распределении премий, так как каждый член жюри имел  свое видение. У меня картина сложилась только после третьего тура, потому что некоторые участники на разных этапах показывали прямо противоположные результаты. Тот, кто прекрасно выступил во втором туре, не очень ярко проявил себя в финале. И наоборот:  тот, кто вызывал сомнения в середине пути, в итоге получил высокий балл и премию.

ОР Ваши фавориты, как я поняла, определились в финале. Кто они – победители?

ВЧ Не совсем. Например, 32-летний тенор Дмитрий Токмаков из Беларуси, получивший первую премию, спел настолько ровно в третьем туре с оркестром, что сомнений вроде бы никаких не было. И все же мнения членов жюри разошлись. Я лично не был поклонником этого певца, а вот другой лауреат первой премии, сопрано Софья Цыганкова из Москвы, мне очень понравилась. Софья намного моложе, ей всего 24 года, но она заявила о себе как серьезный зрелый мастер. Меня привлекла прежде всего глубина интерпретации – она прекрасно перевоплощалась из одной роли в другую. Ей это удалось наилучшим образом, и все члены жюри были тут заодно.

Вторую премию разделили Дмитрий Чеблыков и Максим Лисиин, оба из Москвы. Лисиин меня вообще потряс. Ему всего 23 года, но он пел как сорокалетний, если судить по мастерству. Да, он пока еще не владеет в достаточной степени пластикой тела, у него нет сценических навыков, но вокальная техника практически безупречна.

Дмитрий Чеблыков и во втором, и в третьем туре произвел прекрасное впечатление. Это настоящий зрелый мастер, прекрасно знающий свой «инструмент». У него не все в порядке с верхним регистром, с крайними нотами – фа и соль. Но он блестяще спел арию Томского и контрастные по характеру Куплеты Эскамильо.

ОР Он, кстати, с этими Куплетами недавно получил первую премию Конкурса Елены Образцовой.

ВЧ А вы знаете его?

ОР Конечно, он же ученик Дмитрия Вдовина. А что вы скажете о лауреатах третьей премии?

ВЧ Мне понравился тенор Дамир Садуахасов из Казахстана. Но, несмотря на то, что он пел арию из «Дочери полка» с девятью «до» наверху, качество его голоса не вызвало особых восторгов у членов жюри. Я тоже был сдержан, но этот парень – настоящий артист, живой, и этим меня подкупил. Ну и напоследок еще один лауреат – Александр Ершов – наш местный герой из Ярославля, один из самых ярких участников. Он побеждал на детских, юношеских соревнованиях, и вот сейчас уже на взрослом. Думаю, у него в комплексе заложены все необходимые качества для успешной карьеры.

ОР А что можно сказать о других шести финалистах, ставших дипломантами? Среди них, как мне кажется, тоже есть интересные ребята…

ВЧ Да, например, бас Жасурбек Хайдаров из Узбекистана произвел впечатление многообещающего артиста. Хотя он, в принципе, не бас, а бас-баритон. Великолепно спел арию Алеко: прекрасная филировка, mezzo voce, отличная способность крещендировать на последней ноте. Это заявка зрелого, хорошо воспитанного музыканта, а не просто певца.  Я вообще люблю людей, которые ясно считывают партитуру. Были и другие очарования и разочарования. Вот, скажем, сопрано Элен Егиазарян из Армении. Тут впечатление двойственное. С одной стороны, отличная подача голоса, да и сам голос мощный. Но девушка чрезмерно жестикулирует, вне соответствия образам. Например, в арии Елизаветы из «Дон Карлоса» Верди она сразу же начала поднимать руки. Это типичная привычка, свойственная неопытным артистам. Надо обращать внимание на интонацию голоса, а не на отвлекающие моменты. Тем не менее Элен запомнилась прекрасным piano и просто божественной филировкой. Но, к сожалению, нижняя часть регистра у нее звучала довольно подозрительно, почти стерто. Она включила в репертуар арию Иоанны, и это был, с моей точки зрения, неправильный выбор.

ОР Ее же обычно меццо поют…

ВЧ Да, но, по-видимому, Элен посчитала себя  певицей широкого профиля. А вообще, у нее все впереди, ей только 28.

ОР А почему Гран-при все-таки не присудили?

ВЧ Не скрою, это была моя идея. Мы пришли с финального прослушивания, и я сказал, что не вижу никого, кому можно было бы вручить  Гран-при. Все со мной согласились.  Ограничились мы только разделением премий. Таким образом, у нас получилось шесть лауреатов первой, второй и третьей премий, по два на каждую. Остальные стали дипломантами. И я отдаю себе отчет в том, что наверняка многие остались недовольны.

ОР Как и на любом конкурсе, впрочем. Владимир, вы провели почти неделю в Ярославле: прослушали два тура, провели мастер-классы, в общей сложности познакомились с 350 новыми артистами, если считать и отборочный первый тур онлайн. Каково ваше резюме?

ВЧ В целом уровень вполне хороший. Если оценивать по 10-балльной системе, то в среднем оценки колебались в пределах 7 – 8.5. Но ставили и 9, и в отдельных случаях даже десятку –высший балл.

ОР Вы кому-нибудь из лауреатов конкурса пророчите большое будущее?

ВЧ Я не сторонник таких прорицаний. Мы знаем целый ряд победителей разных конкурсов прошлых лет, которые не сделали карьеры, «сошли с дистанции». Наша главная задача: определить точную дорогу молодым. Так что прогнозировать их будущее не берусь, но я их всех люблю.

ОР В следующем году исполняется 150 лет со дня рождения Леонида Собинова – певца, который одним из первых, наряду с Шаляпиным, завоевал не только русскую, но и западную аудиторию. Насколько важно, что конкурс носит его имя?

ВЧ Его имя ко многому обязывает, и петь под эгидой Собинова для молодых артистов, думаю, особенно ценно и интересно. Вообще, конкурс этот очень важен, и прежде всего для Ярославля, для его культурной жизни. И я желаю ему успешного продолжения.