Зал «Зарядье» анонсирует свой первый летний фестиваль. Его программа, на первый взгляд, кажется излишне пестрой, но на этом разнообразии и строится концепция — «Зарядье» готово предложить мероприятия на любой вкус. Здесь также обещают ночные и променад-­концерты, семейные квесты, причем фестиваль не сковывает себя стенами концертного зала: в выходные на улице перед входом будут проходить мастер-­классы и перформансы.

Одно из примечательных событий фестиваля — исполнение пьесы Стива Райха «Музыка для восемнадцати музыкантов». Написанное в 1976 году, оно стало одним из ключевых произведений в жанре минимализма. В программу фестиваля «Зарядья» оно попало по инициативе перкуссиониста Андрея Волосовского. «Слушая эту музыку, погружаешься в другое состояние. Твои чувства остры. Музыка Райха — яркий пример выражения “все гениальное просто”», — говорит музыкант. В концерте примут участие ансамбли Moscow Percussion Ensemble и Questa Musica, а также солисты Ксения Башмет, Михаил Дубов, Пётр Айду, Михаил Турпанов, Владислав Песин, Евгений Румянцев, Никита Агафонов и другие.

2–11 июня
ФЕСТИВАЛЬ «СТРЕЛКА»
НИЖНИЙ НОВГОРОД, «ПАКГАУЗЫ НА СТРЕЛКЕ»

«Стрелка» быстро стала одним из культурных символов Нижнего Новгорода. Каждый год фестиваль объединяет выдающихся артистов — оперных вокалистов, солистов-инструменталистов, дирижеров мирового уровня — и дает возможность познакомиться с разнообразным репертуаром. В проекте вечная классика встречается с актуальными тенденциями, что привлекает к нему внимание не только верных приверженцев академизма, но и неофитов и молодой публики.

В этот раз нижегородцев и гостей города ждет самая большая в истории фестиваля программа: в культурном пространстве «Пакгаузы на Стрелке» пройдет девять концертов. Среди участников фестиваля — сопрано Надежда Павлова, дирижер Александр Рудин, пианисты Алексей Гориболь, Рис Консессао (Индия), главный дирижер Ниже­городского театра оперы и балета Дмитрий Синьковский, оркестр La Voce Strumentale, солисты Нижегородской оперы и многие другие. Акцент сделан на редко исполняемые шедевры классической музыки.

19–25 июня
MOSCOW JAZZ FESTIVAL
ВДНХ, «ЗАРЯДЬЕ», «МУЗЕОН», САД «ЭРМИТАЖ»

Второй год подряд Москва принимает масштабный фестиваль, посвященный джазовой музыке. На протяжении семи дней в столице выступят порядка тысячи артистов из России и стран зарубежья. Фестиваль стартует 19 июня и продлится неделю на таких площадках, как сад «Эрмитаж», парк «Зарядье», «Музеон», ВДНХ, площадь перед ЦУМ. Соберутся именитые музыканты, а также молодежные джаз-коллективы, отобранные по итогам Всероссийского конкурса.

Гала-концерты открытия и закрытия примет у себя МКЗ «Зарядье». 19 июня совместную программу представят Игорь Бутман, Лариса Долина и Московский джазовый оркестр. Ожидаются также специальные гости, имена которых пока держатся в тайне. На 25 июня намечена премьера музыкально-­театрального перформанса, в котором примут участие Игорь Бутман и актер театра и кино Алексей Гуськов.

Основные события фестивальной недели будут разворачиваться в саду «Эрмитаж». Здесь, в частности, можно будет послушать Валерия Сюткина с Light Jazz, Трио Олега Аккуратова, а также зарубежных музыкантов. В разные дни выступят ансамбль «Терем-квартет», Эстрадный оркестр Сергея Мазаева, Вадим Эйленкриг & Eilenkrig Crew. Хедлайнерами субботней программы в «Эрмитаже» станут Игорь Бутман и его коллектив. Главная интрига (она же неожиданность!) в этом концерте — участие Ильдара Абдразакова.

На сцены, установленные в «Зарядье», «Музеоне», на площади у ЦУМ и на ВДНХ, выйдет сотня лучших молодежных джаз-коллективов, прошедших отбор Всероссийского конкурса.

23 июня— 2 июля
ДЯГИЛЕВСКИЙ ФЕСТИВАЛЬ
ПЕРМЬ

Главным событием фестиваля, который в этом году отмечает двадцатилетие, обещает стать премьера постановки на музыку сочинений Стравинского — «Персефоны» и Симфонии псалмов. В спектакле участвуют оркестр, хор и танцевальная труппа musicAeterna, приглашенные артисты и перформеры. Музыкальный руководитель и дирижер постановки — Теодор Курентзис, режиссер — автор премьеры прошлогоднего фестиваля De temporum fine comoedia Анна Гусева, за пластическое решение отвечает хореограф Анастасия Пешкова.

Вторая премьера — оратория Генделя «Триумф Времени и Разочарования». Ее новую постановку — в режиссерской версии Елизаветы Мороз — представит труппа Нижегородского театра оперы и балета под управлением Дмитрия Синьковского.

Композитор Панайотис Велиа­нитис и ведущая актриса театра «Аттис» в Дельфах София Хилл привезут в Пермь свою новую постановку «В память о Прометее». Амбассадор татарского современного танца Нурбек Батулла, хореограф Марсель Нуриев, режиссер Туфан Имамутдинов и композитор Эльмир Низамов создадут кросс-­жанровый перформанс Därdemänd.

Разнообразной стилистически будет концертная программа фестиваля. Серию концертов даст греческий инструменталист и композитор Йоргос Калудис. Акусмониум — «оркестр громкоговорителей» — исполнит сочиненную Олегом Нестеровым пространственную композицию, в которой фрагменты киномузыки Олега Каравайчука собраны в одиннадцать смысловых линий, сквозных для его творчества.

На открытии основной программы фестиваля оркестр musicAeterna под управлением Теодора Курентзиса исполнит три произведения Чайковского. На следующем концерте будет представлена программа, составленная из увертюр Вагнера — вместе они образуют краткий дайджест немецкого героического эпоса, который композитор разрабатывал всю жизнь, заимствуя мотивы из рыцарских романов, средневековых легенд, античных мифов и исторических хроник.

ХРОНИКА. ИЮНЬ

В июне 1828 года Франц Шуберт начал работу над своей последней, шестой, мессой Es-dur — одним из своих наиболее глубоких и совершенных произведений. В ее кульминационной части Agnus Dei слышится предчувствие вскоре последовавшей безвременной кончины композитора. После одного из исполнений этой мессы, уже после смерти автора, оркестранты говорили: «Если бы теперь Шуберт мог встать из гроба» — так она величественна.

В июне 1871 года французский поэт-песенник Эжен Потье под впечатлением от героической обороны Парижской Коммуны написал слова к будущему международному пролетарскому гимну «Интернационал». В июне 1888 года этот текст попал в руки композитора-самоучки Пьера
Дегейтера, жившего в Лилле, где и состоялось первое исполнение «Интернационала», на празднике Союза газетчиков.

6 июня 1924 года в Новом немецком театре в Праге в рамках фестиваля Международного общества новой музыки была представлена пьеса Арнольда Шёнберга «Ожидание». За дирижерским пультом стоял Александр фон Цемлинский, вокальную партию исполнила Мари Гутхайль-Шодер.

22 июня 1941 года в здании филиала Большого театра прошла премьера оперы «Ромео и Джульетта» Шарля Гуно. Партию Ромео пел Сергей Лемешев. В следующий раз русскому тенору довелось предстать в этом образе лишь три года спустя.

22 июня 1941 года Мариинский (на тот момент Кировский) театр показывал возобновленную «Баядерку». На 23 июня был запланирован юбилейный вечер выдающейся балерины Елены Люком, в котором был задействован весь цвет балетной труппы. Последней предвоенной оперной премьерой Кировского театра стал вагнеровский «Лоэнгрин».

Городу не хватало такой масштабной многофункциональной площадки в пределах МКАД, считает директор зала Николай Ивин, и с ним трудно не согласиться. Государственный Кремлевский дворец давно достиг своего предела нагрузки, а в появившийся полтора десятилетия назад Крокус Сити Холл, расположенный на территории города Красногорска, не всякий зритель поедет. «Москва» же, с одной стороны, имеет привлекательное с экологической и эстетической точки зрения расположение в Нагатинской пойме Москвы-реки, где много водных и парковых пространств, а по соседству музеи-заповедники Коломенское и Царицыно, усадьба-заповедник Люблино. С другой – метро довозит сюда из центра за двенадцать минут. Правда, временно, из-за закрытия части зеленой линии на реконструкцию, приходится путешествовать наземным транспортом, что намного медленнее, но через пару-тройку месяцев нам обещают закончить ремонт.

«Москва» притягивает еще на подходе к залу: ее портал встроен в главную кольцеобразную галерею комплекса «Остров мечты», совсем не похожую на подобные локации в других КРЦ. Ты словно идешь по застроенной нарядными домами улице старинного европейского города и вдруг за поворотом видишь масштабную колоннаду театрального входа. За ней – просторное двухуровневое фойе, из которого эскалаторы поднимают в сам зал. Это обширный амфитеатр с балконом, способный в разных конфигурациях (их четыре) вмещать от 2500 до 4200 зрителей в зависимости от задачи – концерт ли это, театральный спектакль или вечер танцевальной музыки.

Для меня к значительности площадки добавилась весомость повода знакомства с ней: корреспондента «Музыкальной жизни» позвали сюда организаторы показа рок-оратории, посвященной подвигу молодогвардейцев осенью – зимой 1942-1943 годов.

Еще лет тридцать пять назад никому в нашей стране не надо было объяснять, кто такие молодогвардейцы. О школьниках расположенного близ Луганска (тогда – Ворошиловграда) города Краснодона, образовавших подпольную организацию «Молодая гвардия» и совершивших ряд патриотических антифашистских акций, за что большинство из них были жестоко казнены оккупантами в январе – феврале 1943 года, знал каждый советский подросток. Имена Олега Кошевого, Ульяны Громовой и их товарищей носили улицы многих городов; Александр Фадеев написал об этих ребятах свой знаменитый роман «Молодая гвардия», входивший в школьную программу по литературе.

Но в 1990-е книга из списка обязательной к изучению литературы выпала. И, кажется, только сейчас, в восьмидесятую годовщину подвига и мученической смерти героев, зашла речь о ее возвращении туда. С чем удачно совпали гастроли в столице педагогов и студентов Луганской государственной академии культуры и искусства имени Михаила Матусовского, где еще в 2012 году была поставлена рок-оратория «Черный январь. Прощеное воскресенье» луганских авторов – композитора Юрия Дерского и поэта Владимира Зайцева. С тех пор произведение прирастало новыми номерами, обретало яркую сценическую форму – и вот в нынешнем сезоне его редакцию представил в Москве сын Юрия Яковлевича, певец и композитор Максим Дерский. Примечательно, что вместе с луганскими коллегами в исполнении приняли участие самые авторитетные московские артистические силы: актриса Театра имени Моссовета Маргарита Шубина в роли школьной учительницы, певица Лариса Долина в одной из главных вокальных партий, оркестр «Геликон-оперы» и его дирижер Артем Давыдов.

Оратория с ее многокрасочной партитурой и ярким сценическим действием стала своего рода экзаменом на акустические и постановочные возможности зала. Их за два дня показа оценили 7400 столичных школьников, кадетов, юнармейцев, студентов, приглашенных устроителями гастролей – Правительством города Москвы и Российским обществом «Знание». В финале каждому зрителю, включая автора этой заметки, подарили специальное издание «Молодой гвардии» Фадеева.

Сто лет отсчитывают от первого публичного джазового концерта, который провел ансамбль Валентина Парнаха. С тех пор жанр прошел путь от «разгибания саксофонов» до нынешних времен, когда почти все представляют, что это такое. Музыканты же гордятся тем, что на концертах и в публике, и у микрофонов сейчас особенно много молодежи.

Впервые выходя на легендарную сцену, люди, конечно, волнуются. «Не все джазмены даже бывали в этом зале, – заметил организатор праздника Игорь Бутман, – мне же повезло играть с Еленой Образцовой на ее юбилее!» Но многих солистов концерта Большой прекрасно знал – и встречал, и провожал овациями. Среди звезд были Лариса Долина, Олег Аккуратов, Давид Голощёкин, Оркестр джазовой музыки имени Олега Лундстрема, биг-бенд Георгия Гараняна. Запомнились барабанщик оркестра Бутмана Эдуард Зизак, который ярко играл с разными составами, а также прекрасная Дарья Чернакова (контрабас). Она ни визуально, ни музыкально не терялась в составах с пианистами – Даниилом Крамером, который темпераментно сыграл «Странный блюз», и питерским мастером Андреем Кондаковым. Сет Крамера удостоился чуть ли не самых бурных аплодисментов, впрочем, как и певица Юлиана Рогачева, спевшая «Первый миг весны» с Всероссийским молодежным биг-бендом под управлением Павла Овчинникова. Тепло встречали и Алексея Козлова, сыгравшего с пианистом Юрием Погибой импровизацию на «Половецкие пляски» Бородина. Неожиданно выглядел состав Сергея Манукяна, в котором было трио разных клавишных инструментов. Хорошо известное в Европе LRK Trio сыграло авторскую пьесу с сольным контрабасом и аккордеоном.

Во втором отделении Большой джазовый оркестр Петра Востокова сыграл «Колыбельную Умки» Крылатова, Дарья Антонова спела «Дорогие мои москвичи» Исаака Дунаевского. Еще ранее Сергей Жилин импровизировал на темы Дунаевских – и Исаака, и Максима. Затем наступило время составов, собранных вокруг Игоря Бутмана и его Московского джазового оркестра. Певица Фантини вела концерт, ее конферанс с насыщенным текстом создавал хорошие, правильные эмоции. Но к финалу, перевоплотившись из милой ведущей в роковую женщину, Фантини спела горячий хит на испанском Como un bolero. Свой вариант стиля фьюжн предложила группа Евгения Побожего, победителя конкурса гитаристов Института джаза имени Херби Хэнкока. Публика расходилась вполне удовлетворенная, четырехчасовой концерт подарил много позитивных эмоций, так нужных в непростое время. А ведь 1 октября отмечался и Международный день музыки – совпадение дат получилось удачным.

Одну из возможных проблем отметил критик Владимир Фейертаг. В зале Большого, сказал он, мы внимательно внимаем высокому. «Служенье муз не терпит суеты» – более чем уместно был процитирован Пушкин. Джаз же может быть филармоническим – близким к классике, но, по сути, это музыка танцевальная и эмоциональная. На протяжении долгого времени отношение к джазу у нас, в России, оставалось напряженным: витальность этого искусства с трудом вписывалась в язык инструкций и правил. Да и медийные фигуры артистизма, раскрепощенности уровня Утёсова не появлялись. Всенародная популярность есть у Алексея Семеновича Козлова, но его творчество направлено скорее на развитие жанра. Игорь Бутман же выбрал путь мейнстрима – музыки, которую может знать и любить каждый, независимо от навыков и привычек. Этот маршрут оказался правильным – такого уровня признания у джаза ранее не было никогда. Но и примера столь активной деятельности, как у Бутмана – фестивальной, международной, общественной, по работе с молодежью, больше нет.

В Большом театре публика увидела целую когорту талантливых артистов, причем среди них были и убеленные сединами мэтры, вроде Бориса Фрумкина, Алексея Кузнецова, Алексея Козлова, и молодые победители недавних международных конкурсов. Концерт снимали для телевидения и показали по каналу «Культура». Это, как и особенности площадки, диктовало свои условия. Например, большинство музыкантов ограничились лишь одним номером, при таком количестве участников было нереально изобретать какую-то индивидуальную сценографию. Среди плюсов особо отметим идеально информативную видеоинсталляцию, которая демонстрировалась, когда говорили спикеры. И много раз у ведущих, в частности у главного редактора журнала «Джаз.ру» Кирилла Мошкова, звучало слово «образование». Это представляется камертоном происходившего и направлением дальнейшего развития.

Гала-концерты, посвященные 100-летию российского джаза, пройдут в восемнадцати городах России – от Южно-Сахалинска до Калининграда. Вспомним уникальный выставочный проект «Джаз! 100! Россия!», представленный Российским национальным музеем музыки. Публике рассказали и про смонтированный к юбилею документальный фильм «Джаз 100». «Советский джаз добыл право играть!» – сказал со сцены Большого телеведущий Дмитрий Дибров, подчеркнув этим, что импровизационная музыка у нас наследует творчеству и креативу предыдущих эпох.

Одним из хедлайнеров джазового фестиваля стала народная артистка РФ Лариса Долина. Исполнительница, несмотря на чрезвычайно плотный график, нашла время на эксклюзивное интервью для «Музыкальной жизни». Елена Ромашова (ЕР) поинтересовалась у Ларисы Долиной (ЛД), чему она будет учить студентов в рамках собственного образовательного проекта, нужно ли российским музыкантам стремиться на Запад и как на отечественную культуру может повлиять международная изоляция.

ЕР В этом году отмечается столетие русского джаза. Как бы вы оценили этот возраст – это много или мало? И какие самые существенные вехи в истории русского джаза вы могли бы выделить?

ЛД Столетие российского джаза – это, конечно, очень серьезная дата как для данного направления в частности, так и для отечественной музыки в целом. Если говорить о советском периоде, во время которого многие музыканты начинали свое становление, то, конечно, тогда отношение к джазу было чрезвычайно поверхностное, его как будто даже и не замечали. При том, что были и концерты, и фестивали проводились. То есть джазовая музыка все время находилась где-то рядом со слушателем, но ей не придавали особого значения. То, что происходит сегодня на российской джазовой сцене, – это огромный прорыв. Это стало возможным в том числе благодаря тому, что изменилась политическая обстановка, появились такие музыкальные революционеры, как Игорь Бутман. Именно он во многом способствовал становлению джазовой культуры, проводя многочисленные фестивали и концерты, причем не только в России, но и в странах ближнего и дальнего зарубежья. А это, в свою очередь, повлияло и на интерес публики – сегодня молодые люди охотно посещают выступления джазовых исполнителей, они популярны и востребованы. Кроме того, многие будущие музыканты отдают предпочтение именно этому направлению исполнительского искусства, когда идут получать профессиональное образование. Этот интерес у своих студентов я наблюдаю уже в течение шести лет, что я преподаю в Московском государственном институте культуры. И меня как музыканта и педагога это не может не радовать.

ЕР Чем, на ваш взгляд, джазмены прошлого отличаются от джазменов современных?

ЛД Если говорить о творческой составляющей, то современные джазмены и музыканты, которых сегодня принято считать классиками отечественного джаза, принципиально не отличаются. Просто несколько десятилетий назад музыкантам не позволяли исполнять любимую музыку публично, им приходилось искать реализацию в узком кругу. Сегодня же многие музыканты, которым когда-то приходилось исполнять джаз в кулуарах, стали признанными мэтрами, гастролирующими по всему миру и выступающими на престижных джазовых фестивалях. Пожалуй, главное отличие в том, что сейчас исполнительское искусство наших джазменов котируется в том числе и на Западе.

ЕР В советское время высшей похвалой для музыканта было услышать, что он играет «как американец». Со временем у российского джаза появились собственные лицо и звучание. Как бы вы могли их охарактеризовать?

ЛД Конечно, от упоминания американской школы никуда было не деться, она стала той базой, на которой все мы учились – музыканты таким образом осваивали инструменты, вокалисты учились петь. Возможно, раньше услышать, что ты играешь «как американец», и было чем-то комплиментарным, но со временем так говорить перестали, поскольку это уже не было актуальным. У каждого музыканта, даже когда-то, в начале творческого пути, подражавшего западным артистам, появились уникальные лицо и звучание, а переосмысленные «фишечки», взятые из американской базы, только усилили его индивидуальность.

ЕР Кто для вас является эталоном в исполнении джазовой музыки? На кого стоит равняться молодому поколению?

ЛД Всех своих студентов я учу тому же – иметь основательную базу, которую можно почерпнуть не только из теории, изложенной в специализированной литературе, но и благодаря «наслушанности».  Это полезно вообще всем музыкантам, не только вокалистам, которые хотят научиться исполнять джазовую музыку. А «учебником», который котируется во всем мире, является творчество Эллы Фицджеральд. Ее импровизации, ее чувство свинга, все то, что она делала всю свою жизнь, это, конечно, та самая основа, которой молодые певцы должны обучаться, как это делала я, как это делали все, кто хотел достичь результата в этом направлении музыки. Если же говорить о композиции, то будущим композиторам следует обратить пристальное внимание на творчество Джорджа Гершвина, Дюка Эллингтона, Коула Портера и так далее.

ЕР В России существует несколько музеев, посвященных джазовому направлению. Если бы вы учредили подобный музей, то что могло бы составить его коллекцию?

ЛД Если бы у меня появилась возможность создать такой музей, я хотела бы видеть в нем, среди прочего, ноты, предметы сценического гардероба, детали и аксессуары от инструментов. В коллекцию могли бы войти мундштуки для саксофона, клапаны от трубы и, например, галстук-бабочка, которую надевал тот или иной музыкант на свои выступления. То есть какие-то знаковые вещи, которые вместе с фотографиями и описаниями фактов биографии могли бы помочь посетителю такого музея составить впечатление о музыканте, лучше его узнать.

ЕР Если проанализировать карьеры академических исполнителей, для многих поворотным моментом стало обучение за границей, участие в международных конкурсах, благодаря чему музыканты приобрели определенный статус на Западе. С джазовыми музыкантами аналогичная картина? Необходимо ли им стремиться на Запад?

ЛД Как я уже говорила, многих российских музыкантов хорошо знают на Западе, они котируются за рубежом, их приглашают выступать на различных джазовых фестивалях, а также их зовут участвовать в совместных концертах с американскими и европейскими исполнителями. Но теперь и зарубежные музыканты охотно приезжают к нам, выходят на одну сцену с отечественными оркестрами и считают подобные приглашения большой честью. Так было, например, на юбилее Игоря Бутмана, на котором выступил известный американский трубач, художественный руководитель джазового подразделения Линкольн-центра Уинтон Марсалис. Он со своим коллективом играл вместе с Московским джазовым оркестром под управлением Игоря Бутмана и остался в восторге от этого выступления. Поэтому не стоит ориентироваться только лишь на Запад. В России появилась огромная плеяда музыкантов, которых можно поставить в один ряд с американскими и европейскими исполнителями, они ничуть им не уступают.

ЕР Есть джазовые артисты, родной средой для которых является академическая музыка. Например, Денис Мацуев, основной репертуар которого преимущественно состоит из классических произведений. Он выступал с вами на одной сцене, причем в Большом зале консерватории, в Филармонии Санкт-Петербурга. Насколько вам интересно то, что происходит сейчас в сфере академической музыки, и видите ли вы себя в проектах современной так называемой актуальной академической музыки, которая уже давно не требует традиционного оперного вокала?

ЛД Академические музыканты, оперные вокалисты и артисты балета – это, на мой взгляд, отдельное направление искусства, которое не переплетается с популярными видами творчества в общепринятом смысле. Они всегда будут востребованы, поскольку это классика, но это все же другая история.

Если же говорить про Дениса Мацуева, то, конечно, он потрясающий виртуоз, в совершенстве владеющий техникой игры на фортепиано. Он блистательно аккомпанирует, хотя является самодостаточным сольным исполнителем, мне с ним всегда очень комфортно выступать. Я всегда радуюсь, когда Денис приглашает меня выступить вместе с ним, он грандиозный музыкант. И с ним получается создавать некое «сиюминутное» живое творчество, каким, собственно, и является джаз.

ЕР Вы рассказывали, что начинали учиться оперному пению у Елены Образцовой, но после ее ухода прервали процесс. Вы закрыли для себя это направление или так или иначе хотите реализовать себя в нем?

ЛД Да, я когда-то брала уроки у Елены Васильевны Образцовой, но после ее ухода я не стала возобновлять занятия, поскольку не вижу для себя другого такого педагога, у которого я могла бы учиться. Я хотела освоить азы оперного пения, потому что здесь работают совсем другие резонаторы, звукоизвлечение, необходимо иначе дышать. Мне далеко не сразу удалось переключиться на иную технику исполнения, но где-то на третьем или четвертом уроке Елена Васильевна услышала, что у меня начало получаться. Но затем она улетела в Японию на несколько месяцев, а после ее возвращения нам уже не удалось выделить время на занятия. А через какое-то время ее не стало.

ЕР В этом году исполнилось двадцать лет с момента ухода из жизни Евгения Федоровича Светланова. Много лет назад вам довелось выступать с ним (и с Александром Градским) в программе, составленной из зарубежных шлягеров. Чем вам запомнилось сотрудничество с маэстро?

ЛД К сожалению, то выступление так и осталось единственным совместным проектом с ним, но оно стало для меня одним из самых знаковых в моей жизни. Одно только его приглашение поучаствовать в таком грандиозном проекте было для меня чудом, об этом можно было только мечтать. Это был впечатляющий прорыв, я впервые выступала на сцене прославленного зала консерватории, и для меня было большой честью принимать участие в программе с таким потрясающим оркестром и с таким выдающимся дирижером. Жаль, что Евгений Федорович ушел, и мы не успели реализовать с ним еще один проект.

ЕР В мае вы презентовали собственный образовательный проект – Музыкальную академию Ларисы Долиной. Вы совместно с другими профессионалами планируете «вырастить» смену музыкантов, которые смогут занять место представителей старшего поколения. Как этот результат будет достигаться?

ЛД Слоган нашего проекта – «учим талантливых быть профессионалами» – собственно, этим и будет заниматься Музыкальная академия Ларисы Долиной. Мы хотим из музыкально одаренных детей и подростков сделать настоящих профессионалов, знающих все нюансы выбранного ими вида искусства. Для реализации этой цели у нас будут работать педагоги, занимающиеся различными направлениями – это и преподавание сценической речи, и актерского мастерства, и хореографии. Также с нашими студентами будет работать квалифицированный психолог.

ЕР Из-за событий, начавшихся после 24 февраля, многие иностранные музыканты, до этого момента долго и активно работавшие в России, уехали, а те, кто планировал гастроли, отменили концерты на сезон вперед. Как вы считаете, есть ли в нынешнем положении хоть какие-то положительные моменты и стоит ли ждать изменения ситуации в ближайшее время?

ЛД Нам сейчас сложнее, поскольку нас изолировали от мира, и это, конечно, страшно и странно, ведь культура должна оставаться в той неприкосновенной позиции, в которой она была всегда. Понимаете, лишать людей во всем мире, не спрашивая их мнения, возможности послушать лишний раз российских выдающихся музыкантов, вокалистов, получить удовольствие от прекрасного исполнения, конечно, неправильно. Но даже из этой ситуации есть выход. У всех отечественных музыкантов, которые всегда были востребованы на Западе, здесь есть собственная огромная аудитория, они и в текущем положении найдут, чем заниматься, уверяю вас.

ЕР Буквально за несколько недель из России ушли ведущие звукозаписывающие лейблы. Чем это чревато, по вашему мнению, для наших музыкантов, и есть ли какие-то альтернативные или «запасные» пути решения этой проблемы?

ЛД Думаю, мы привыкнем к тому, что сейчас происходит, у нас появятся собственные лейблы, наши музыканты и искусство никуда не денутся. А вообще, как мне кажется, пройдет не так много времени, и все вернется на свои места, и это касается не только лейблов – отношение к России не будет столь обостренным. Наша страна была, есть и будет одной из самых прогрессивных, в том числе и в сфере культуры.

Джазовое импортозамещение в летней Москве