А форма действительно большая. Работа массы людей, каждый из которых вносил что-то свое. Вот музыка, например: в программке обозначен один композитор (Андрей Тимонин) и два «сокомпозитора» (так и написано) – Роман Цыпышев и Ярослав Сродных. Кто из них за что отвечает – неизвестно: бодрая и вполне балетно-служебная музыка достаточно однородна. За постановку отвечает Алексей Голубев, лидер компании MAG Film & Show. В числе достижений этой компании – шоу Евгения Плющенко «Снежный король», фестиваль художественной гимнастики «Алина» и праздник «Алые паруса» в 2018 году. Тут все ясно: эффект­ные видеодекорации (очень приличного качества) и клиповый монтаж. Сам же Иван Васильев не только поставил все танцы, но и сочинил либретто, а также стихотворный текст для песенных монологов, произносимых-пропеваемых тенором Ладиславом Бубнаром (финалистом шоу «Голос»).

Хотя на афише написано «по мотивам Брэма Стокера», события, придуманные ирландским писателем, появляются лишь во втором акте. В первом Дракула, роль которого исполняет сам Иван Васильев, ведет нежные диалоги с молодой женой (ведущая солистка Большого театра Кристина Кретова), вознося любимую на замысловатые поддержки и демонстрируя балетные трюки в сольных вариациях. Ровно то, чего ждет от Васильева публика, – прорезание пространства, атака, удаль, лихость. Но – враг у ворот, подступают турки, с ними надо сражаться. Герой Валахии прощается с родным домом и рубится со злокозненными захватчиками (в том числе с Султаном в зеленой чалме – его роль досталась премьеру Михайловского театра Ивану Зайцеву). То, как герой кидается в драку, и его дуэль с Султаном, где он сначала обезоруживает противника, а затем его отпускает, ужасно напоминает сцену в «Спартаке», дуэль Спартака и Красса. Турки потерпели поражение и решили отомстить, причем отомстить подло: специальный гонец сообщает жене Дракулы о гибели мужа. Женщина от горя убивает себя ножом, и ее бездыханное тело обнаруживает вернувшийся герой. И вот тут начинаются отсылки к еще одному балету Юрия Григоровича: как известно, знаменитый балетмейстер в своем спектакле «Иван Грозный» объяснял превращение доброго царя в припадочного маньяка смертью царицы Анастасии. Злые враги-диссиденты отравили единственную радость в его жизни – вот он им сейчас всем и покажет, учредив опричнину. В балете Ивана Васильева «Дракула. Начало» то же объяснение: оплакав любимую женщину, герой заключает сделку с силами зла, чтобы стать непобедимым и неубиваемым. И уже в статусе вампира (его элегантно покусал Вурдалак, роль досталась артисту Большого театра Никите Еликарову) кидается на турецкое войско, уничтожая всех, кто попадается на пути.

Второе действие – это уже XIX век, история имеет некоторое отношение к Брэму Стокеру. Дракула в эффектном черном плаще появляется на балу в Лондоне, где мгновенно привораживает только что вышедшую замуж девушку Марию (ведущая солистка Большого Мария Виноградова). Кровопивец утаскивает ее в свой замок, но его преследуют свежеиспеченный муж героини (еще одна роль Ивана Зайцева) и ученый ван Хельсинг (солист Большого Андрей Меркурьев). Обнаружив, что, несмотря на нежнейший дуэт, девушка рвется защитить незваных гостей от хозяина замка, Дракула отпускает всю компанию, кается в окружении людей в монашеских одеяниях и открывает настежь окно, в которое льется солнечный свет.

Если говорить о построении истории – то случались в балете и более сложные повествования (за внятный пересказ либретто, например, «Принца пагод» впору назначить приз в виде бутылки какого-нибудь редкого алкоголя). Другое дело, что время их прошло – сюжетика все более и более отходит в сторону, уступая место симфоническим сочинениям. Да, публика любит, когда «про любовь», «про ревность» и т. п., но в выигрыше в результате оказываются те сочинители, что хитроумно сплетают повествование с чисто симфоническими сценами. Иван Васильев же бескомпромиссен: «просто потанцевать» он дает только дамам на балу (вот прямо по заветам драмбалета середины ХХ века, будто тень Ростислава Захарова его благословляет), все остальное – двигающийся сюжет. И это не страшно – но проблема в том, что хореограф совсем не считает нужным изобретать что-то новое в хореографическом словаре. Ему вполне хватает лексики предшественников – и прежде всего, конечно, Юрия Григоровича, в чьих балетах танцовщик имеет заслуженный успех. И, плененный тем, как ловко все у Григоровича получалось, он фактически создает фанфикшн. Ну вот как девушки в интернете, недовольные финалом того или иного бестселлера, придумывают новые события с уже имеющимися персонажами, стараясь стилизовать манеру выражаться того или иного героя. Фанфики бывают совершенно замечательными, вполне захватывающими литературными произведениями (правда, опубликованы официально быть не могут – из-за проблемы авторских прав). Но это в любом случае недолитература, уважающему себя автору стоит придумывать собственный мир «с нуля». Понятно, что Иван Васильев берет ходы Юрия Григоровича не из корысти – а фактически из восхищения. Но для того, чтобы «начало» имело реальное продолжение, начинающему балетмейстеру стоит осознать имеющуюся проблему и, преодолевая фанфикшн, двигаться к совершенно оригинальным сочинениям. Тем более что среди одноактных спектаклей у него были уже вполне удачные оригинальные опыты.