Поскольку спектакль сделан по заказу Зимнего международного фестиваля искусств в Москве, то музыка здесь – самостоятельный персонаж во всех смыслах. В глубине сцены «Мастерской Петра Фоменко» расположились «Солисты Москвы» и сам худрук фестиваля Юрий Башмет за дирижерским пультом. Хозяева несколько раз объясняют гостям: «Это известный еврейский оркестр; пригласили, а заплатить нечем». Репертуар, впрочем, звучит на этой вечеринке разный: есть и разухабистые цыганистые мотивчики, и меланхоличные темы. Юрий Башмет, когда не дирижирует, вполоборота следит за действием, иногда сочувственно кивает. А герои то и дело пробегают между оркестрантами, как между деревьями в «Вишневом саду».

Действующие лица, которых в спектакле немало, очень динамично появляются друг за дружкой. Это хозяева дома – Павел Лебедев (Карэн Бадалов) и его жена, Зинаида Саввична (Галина Кашковская), которые встречают друзей – мрачноватого доктора Порфирия Глагольева (Алексей Колубков), меланхоличного Ивана Петровича Войницкого (Михаил Крылов), угрюмого Михаила Львовича Астрова (Денис Аврамов).

А вот при появлении Михаила Васильевича Платонова (Илья Шакунов) все невольно начинают улыбаться: он такой вертлявый «шут гороховый», на которого бросаются женщины – генеральша-эмансипе Анна Петровна Войницева (Наталия Курдюбова), его собственная жена Александра Ивановна (Наталья Мартынова), любовь юности Софья Егоровна (Варвара Насонова), одержимая жаждой самопожертвования, как, впрочем, и Саша Лебедева (Александра Кесельман). Перед нами проходит дефиле чеховских героев и героинь – сплошь нелепых, смешных, безрассудных… Все они в кого-то безнадежно влюблены либо, напротив, всячески избегают этого чувства, как Николай Иванов (Рустэм Юскаев).

Образ каждого персонажа обострен и доведен до гротеска, что в том числе подчеркивается навязчивыми повторениями одних и тех же слов («да подай же гостям чаю, хотя бы и с кружовенным вареньем» или «свадьбы не будет»), подобно лейтмотивам в музыкальном произведении. Полина Агуреева, сама играющая Елену Андреевну Серебрякову (такую внезапную и противоречивую), переводит привычный чеховский реализм в трагифарс. Иронии подвергается все, включая сам образ Чехова как писателя, знакомого со школьной скамьи и поэтому набившего оскомину. Актер Михаил Михайлович Боркин (Томас Моцкус) то и дело выбегает на сцену, чтобы своими словами «пересказать» содержание «Чайки» или «Вишневого сада», низведя их до примитивного анекдота. Публика веселится и смакует это глумление, но стоит вспомнить, что ведь и сам Чехов назвал эти пьесы «комедиями», чего уж тут на зеркало пенять…

Всей этой пошлости и разочарованности в жизни, которую нам демонстрируют в спектакле, контрастируют монологи трех мужичков, которые что-то чинят в саду и время от время вылезают из подпола. Они степенно рассуждают о заговоренном кладе, который есть счастье, о громадном пространстве степи, от которой на душе покойно. Они не суетятся, не истерят, и в этом заключена некая сермяжная правда. С ними ассоциируется особая мелодия – цитата русской народной песни «Прощай, радость», которую когда-то пел сам Шаляпин. А здесь ее начинает играть одна скрипка, потом подхватывают струнные – вариации на эту песню, как и остальную музыку, написал композитор Валерий Воронов, уже в третий раз работающий в проектах Агуреевой, сделанных для фестивалей Башмета.

В финале спектакля, когда трагедия перевесит фарс, когда Иванов и Платонов застрелятся, а Войницкий начнет палить вокруг, но мимо («даже застрелиться не смог, не попал»), и начнется всеобщий бедлам, мелодию песни внезапно «накроет» тема Генри Пёрселла из «Королевы индейцев». Болезненно красивая, благородная, не от мира сего, эта музыка доскажет, простит, отмолит всю ту никчемность, с которой герои истории прожили свою жизнь.

Да будет свет

У названия есть и провокативный подзаголовок: «5 пудов любви, 22 несчастья, 33 истерики». Режиссер ведет свой диалог с Чеховым и предлагает зрителям включиться в него. Внешне сюжет прост: к семейной паре приходят гости из всех пьес Чехова – там нет ни слова «отсебятины», но при этом все – собирательные персонажи, создана новая драматургия. Это калейдоскоп человеческих жизней и судеб.

«По моим ощущениям, Чехов – один из самых жестоких по отношению к людям писателей. Он органически не переносил пошлость, пытался найти истину. Один из исследователей заметил, что у Чехова все любят мимо, все с собой и со своей любовью в трагическом несовпадении. Мне очень нравится эта мысль. То есть люди, прежде всего, себя не нашли, поэтому, естественно, они не могут найти и своей любви», – рассказывает Полина Агуреева, которая сама сыграет Елену Андреевну Серебрякову, героиню пьесы «Дядя Ваня».

По мнению режиссера, у Чехова люди мучаются от невозможности найти себя, не понимают, где истина и где ее вообще искать: «Писатель всегда смотрит на эту маленькую запутанную человеческую жизнь с точки зрения вечного неба. Для меня Чехов – это такой русский Екклезиаст». Еще есть другая сторона – простые мужики, которые тоже собраны из разных рассказов. Они работают и строят пол, и сидят как бы под ним. Мужики – полная противоположность господам, которые так и не могут себя найти в мучениях. У них гораздо все проще, подлиннее и светлее.

Пространство, которое зритель увидит на сцене, оказывается недостроенной беседкой в саду (сценограф – Мария Митрофанова). Полина Агуреева объясняет: «Все гости собираются на обед, а в качестве развлечения приглашен знаменитый еврейский оркестр во главе с Юрием Башметом. Но оплатить его нечем. Не буду дальше говорить, чем это все заканчивается. Пусть сохранится интрига». В постановке заняты драматические актеры Илья Шакунов, Владимир Топцов, Варвара Насонова, Алексей Вертков, Максим Литовченко и другие, а также Камерный ансамбль «Солисты Москвы» под управлением народного артиста СССР Юрия Башмета.

Музыку к спектаклю написал Валерий Воронов: это его третья совместная работа с Полиной Агуреевой (до этого были «Живые и мертвые» по роману К. Симонова и «Соборяне» по повести Н. Лескова). «С композитором Валерием Вороновым мы очень тесно работаем, можно сказать, вместе пишем музыку. Поэтому я очень дорожу нашим сотрудничеством – мы понимаем и чувствуем друг друга. Хотя, бывает, по десять раз переделываем какие-то темы – я Валерия мучаю, ищу варианты. Но он, что тоже мне приятно, никогда не обижается».

Музыканты в театральных проектах Юрия Башмета не просто играют музыкальное сопровождение, но всегда вписаны в контекст действия. «Происходит чудо, когда Юрий Абрамович приходит на репетицию, взмахивает дирижерской палочкой, и музыка становится совершенно другой. Это меня всегда поражает, – признается Агуреева. – Ему ничего не надо объяснять, он просто смотрит, что происходит на сцене, что делают актеры, и сразу чувствует, как надо играть. Я очень люблю Башмета – как можно не любить? Это же потрясающей высоты человек и при этом такой же простоты».

VII Зимний международный фестиваль искусств пройдет в Москве с 11 января по 13 февраля 2026 года при поддержке мэра Москвы С.С. Собянина и Департамента культуры Правительства Москвы. Фестиваль организован «Русским концертным агентством»; директор и генеральный продюсер фестиваля – Дмитрий Гринченко, художественный руководитель – Юрий Башмет.

Дмитрий Гринченко: Мы посвятили наш Зимний фестиваль любви

Перед началом погружения в историческое прошлое, перекликающееся с настоящим, публику встречала в фойе КЗЧ выставка фотографий участников Великой Отечественной войны и бойцов специальной военной операции. Многие снимки были не подписаны, но Юрий Башмет считает, что «даже если нет имен, если мы это делаем, мы помним – значит, они живы, пока они в памяти». Впрочем, героев из своих родных и близких маэстро и его коллективы, конечно же, знают и чтят, о чем свидетельствовал «Бессмертный полк» в буклете концерта, – портреты воевавших родственников, в числе которых оказался и дедушка Юрия Абрамовича: «Прошел всю войну, медалей столько, что пиджак невозможно было поднять…»

Для Валерия Воронова тема памяти – одна из самых важных: «Это форма жизни, продолжающаяся в нас». Композитор обратился к стихам поэтов-фронтовиков – Бориса Пастернака, Константина Симонова, Расула Гамзатова, Юрия Левитанского, чьи строки невозможно читать и слушать без слез. Актеры-чтецы, выходившие на балконы Зала Чайковского, декламировали их с особым пронзительным чувством, вкладывая свое отношение в каждое слово. К поэзии и музыке присоединилась и живопись – но не модный видео-арт с искусственным интеллектом, а видеопроекция картин и графики художников-соцреалистов, взятых из фондов Третьяковской галереи. Отбором визуального ряда занималась Полина Агуреева. Полотна и графика Константина Финогенова, Аркадия Пластова, Бориса Угарова, Анатолия Никич-Криличевского и других транслировались на огромных экранах по всему периметру сцены во время звучания музыки и стихов – и этот удивительный контрапункт страшной, несокрушимой силой вовлекал слушателей в свою жестокую правду.

«Реквием Незабытых» – это четыре части, в которых оркестр, солисты и хор ведут равноправный бой на одном поле. Музыка Валерия Воронова сложна во всех смыслах, в ней нет ничего, что цепляло бы ухо: ни мелодий, ни «киношных» симфонических кульминаций, ни запоминающихся звукоизобразительных эффектов. Если аккуратно сравнивать с «Реквиемом» Кузьмы Бодрова, написанным на стихи Рождественского (их с нужной яростью и пафосом читает Сергей Гармаш), то сравнение будет не в пользу Воронова: у Бодрова есть и цитата из песни «Журавли» Френкеля, и фольклорные мотивы, и аллюзии на барочную музыку, и те самые катарсические эпизоды просветления, от которых так замирает сердце. «Реквием» Воронова отчасти тяготеет к стилистике Бриттена, а в наиболее изощренных по фактуре, почти микрополифонических фрагментах – к «Реквиему» Лигети, но говорить о каких-то прямых отсылках не приходится. В первой части, стихотворной основой которой послужило стихотворение Симонова «Родина», бас Данила Князев мелодекламировал, буквально «выжигал» каждое слово, подхватываемое тихими фразами хора «Смилуйся», – но это смирение, впрочем, скоро переросло в откровенный многоголосный вопль отчаяния. «Безымянные герои», вторая часть цикла на текст Пастернака, получилась самой философской и рефлексирующей: медленные симфонические нарастания, лирический монолог баритона Николая Землянских, их «дуэт-согласие» с Князевым, превратившийся в неожиданный протест в самом конце, – все это лишь подготавливало кульминацию «Реквиема», пронзительную и драматичную третью часть под названием «Нас двадцать миллионов» (слова Гамзатова). Пульсирующие мотивы у ксилофона и флейт – словно гулко бьющееся сердце, вихри струнных и громогласные фанфары духовых – реальность, заставляющая его так сильно колотиться, а обличительные речитативы солистов – страшная правда, от которой не скрыться. «Ну что с того, что я там был» – финал сочинения Воронова, написанный на стихи Левитанского, от которых веяло не радостью Победы, а обреченностью и безысходностью. Эти интонации очень точно почувствовал и передал Евгений Ткачук. «Реквием Незабытых» завершился суровым гимном, обличающим жестокость войны.

Юрий Башмет: Фестиваль юношеских оркестров мира будоражит культурное развитие многих стран

ЕК Как бы вы сами определили уникальность концепции вашего Зимнего фестиваля в Москве? Кстати, как оказалось, название крайне популярное…

ДГ Мы заявляем его как фестиваль искусств, и для Юрия Абрамовича Башмета, как художественного руководителя, было важно создать целостный проект, где каждое мероприятие дополняет друг друга и создает то самое ощущение уникальности, ощущение именно единого фестиваля, а не серии концертов, за что, собственно говоря, и зрители, и мы сами этот проект очень полюбили. Прежде всего Зимний фестиваль Башмета в Москве выделяется сбалансированным сочетанием концертов и театральных, а также театрально-концертных историй. Мне кажется, что впервые нам удалось достигнуть паритета: половина событий будет проходить в Московской филармонии и в Доме музыки – в концертных залах, вторая – на сценах московских театров. И откроет фестиваль спектакль «Не покидай свою планету» с Константином Хабенским. Будут и «Соборяне» по Лескову, получившие «Золотую Маску». Они вошли в репертуар Театра имени Гоголя. Будет и «Кроткая» по Достоевскому – в Малом театре. А также его повесть «Бедные люди» прочтет Евгений Миронов в сопровождении «Солистов Москвы» и Юрия Абрамовича Башмета. Мы бесконечно благодарны мэру Москвы Сергею Семеновичу Собянину, Департаменту культуры Москвы за их поддержку и огромное внимание к фестивалю, которая позволяет нам год от года фестиваль развивать, делать его творчески насыщенным и разнообразным.

ЕК Расскажите, пожалуйста, подробнее о премьере фестиваля, которую готовит Полина Агуреева. У спектакля такое длинное название: «Чехов. 5 пудов любви, 22 несчастья, 33 истерики, минус 3 сестры»…

ДГ Если честно, то мы пытаемся его чуть-чуть оптимизировать, потому что последний аргумент, который мы высказали Полине, – что ни одно средство массовой информации никогда не даст это название целиком, потому что оно просто не влезет на печатную полосу в газете.

ЕК Или поисковик Яндекса его обрежет.

ДГ Возможно, мы придем к названию «Чехов», а все остальное дадим в качестве подзаголовка, но пока это еще не решили до конца. Но за этим стоит наша давняя идея с Полиной обратиться к Чехову, но сделать его с определенного ракурса. Весь спектакль построен на диалогах помещиков-аристократов, в некотором смысле рефлексивных, и диалогах простых людей, крестьян, очень жизненных, идущих практически в параллель, как противопоставление. Тексты взяты из самых разных рассказов и пьес Чехова и выстроены Полиной в новую драматургию. Поэтому название такое пока обобщающе громоздкое. Мы уверены, что это будет спектакль «со своим лицом». Музыку пишет Валерий Воронов, у них с Полиной на наших проектах сложился очень удачный тандем.

ЕК Показ пройдет в театре «Мастерская Петра Фоменко». Вы ведь в первый раз выходите на их сцену?

ДГ Да. С этим театром мы очень дружили, но никогда ничего вместе не делали, хотя они к нам приезжали в свое время на фестиваль в Сочи, еще при жизни Петра Наумовича Фоменко. Сейчас идут активные репетиции, и подчеркну, что у нас сложились замечательные отношения с театром, и мы все с большим желанием движемся в сторону этой премьеры.

Понятие «любовь» берется в самом широком смысле и включает в себя любовь к женщине, к родине, к людям, любовь к тому, чем ты занимаешься.

ЕК Когда смотришь на названия и произведения, выбранные для фестиваля, то бросается в глаза их объединение темой любви.

ДГ Соглашусь, хотя это получилось отчасти само собой.

ЕК То есть любовь спасет мир?

ДГ Должна спасти. И мы понимаем, что понятие «любовь» берется в самом широком смысле – в самом всеобъемлющем, и включает в себя любовь к женщине, к родине, к людям, любовь к тому, чем ты занимаешься. Поэтому без этого ощущения неправильно вообще просыпаться с утра. Наши мысли о любви раскрываются в очень разных проектах, на разном музыкальном и литературном материале.

Это будет концерт, посвященный любви к зрителям со стороны Юрия Абрамовича Башмета.

ЕК Вот 24 января – концерт в день рождения Юрия Абрамовича Башмета. Будет ли там что-то, связанное с темой любви? Уже несколько лет вы держите интригу, не анонсируете программу. Но ожидания всегда оправдываются – шикарное сценическое оформление, артисты высшего уровня и прекрасная, хотя иногда далеко не праздничная музыка.

ДГ Безусловно, концерт как-то впишется в ту самую сквозную «тему любви». Что касается артистов, то на сцену КЗЧ выйдет Всероссийский юношеский симфонический оркестр и несколько солистов – имена не открою пока, как и названия произведений. Будут какие-то очень узнаваемые вещи, но что-то исполним из классики, что вне мейнстрима. Так что, в принципе, это будет концерт, посвященный любви к зрителям со стороны Юрия Абрамовича Башмета.

ЕК Еще вы собираетесь отметить 270 лет со дня рождения Моцарта – композитора, мне кажется, важного для Башмета.

ДГ Хочу напомнить, что Юрий Абрамович был одним из тех артистов, кто принимал участие в Зальцбурге в праздновании 250-летия со дня рождения Моцарта: играл Концертную симфонию для скрипки и альта под руководством Риккардо Мути. Сейчас мы включили в программу один из самых красивых, написанных Моцартом, инструментальных концертов – кларнетовый концерт, который прозвучит в исполнении итальянского кларнетиста Фабрицио Мелони. Рад, что к нам на московский фестиваль возвращается Симона Кермес с концертными ариями Моцарта. 270 лет – не суперюбилей, но все равно дата круглая. И захотелось сделать этот концерт таким вот радостным, улыбчивым.

ЕК 3 и 4 февраля ожидаются концерты зарубежных ансамблей – из Италии и Испании.

ДГ Ансамбль La Venexiana приезжал к нам в Сочи пару лет назад, но в прошлом году по разным причинам не смогли долететь до Москвы. Однако сейчас вроде ничто не должно помешать. И эти очень известные на Западе музыканты сыграют изысканную программу из сочинений двух крупнейших венецианских композиторов – Клаудио Монтеверди и Барбары Строцци. Мы попросили их привезти эту музыку с учетом того, что в Москве все-таки достаточно много ценителей барокко, хорошо разбирающихся в репертуаре. Al Firdaus из Гранады, напротив, специализируется на этнической музыке, на такой смеси испанских и арабских мотивов, что очень свойственна Гранаде, и это тоже крайне интересный пласт европейской культуры.

ЕК Вернемся к музыкально-литературной теме: у вас в Концертном зале имени Чайковского заявлен концерт-спектакль «Отражения», где участвует целая команда классных драматических артистов: Светлана Крючкова, Данила Козловский, Евгений Ткачук, Никита Высоцкий… Они будут читать советскую поэзию?

ДГ Нет, нет, там будет совершенно иное. Нам показалось любопытным поискать отражение слова в музыке: «Эгмонт» у Гёте и Бетховена, «Ромео и Джульетта» Шекспира и Прокофьева. Задумок много – в одном из прокофьевских номеров примет участие балет. А монолог Гамлета сначала начнет произносить с экрана Василий Качалов, потом Иннокентий Смоктуновский, потом Высоцкий-старший, Лоуренс Оливье, а потом они все четверо «посмотрят», как Даня Козловский прочтет его от начала до конца. Все это режиссирует Николай Скорик – мы с ним успешно сотрудничали уже в проектах к 125-летию Московского художественного театра, к столетию Леонида Когана. Человек он довольно фантазийный, всегда ищущий нетривиальные ходы, так что надеюсь, что получится не просто «почитали-поиграли», а будет полноценное действо.

ЕК Есть в афише фестиваля опера Чайковского «Иоланта». Вы же в первый раз ее даете в Москве?

ДГ Премьера состоялась этим летом в Демьяново, на ежегодной ночи Чайковского. Чтобы найти ключ к этой опере, мы оттолкнулись от писем и дневниковых записей композитора: когда он писал свою последнюю оперу, то пребывал в бесконечных сомнениях и терзаниях. И опера ведь очень отличается по музыкальному языку от предшественниц. Он явно ищет совершенно новые пути, другой подход к зрителю. Поэтому когда мы думали поставить «Иоланту», то решили, что самое правильное было бы ввести туда в качестве героя самого Петра Ильича Чайковского, который на наших глазах пишет эту оперу. В образе композитора выйдет режиссер спектакля Павел Сафонов.

ЕК «Иоланта» будет 19 января, в Крещение. А вот 13 февраля, накануне Дня святого Валентина, вы завершите фестиваль мощным проектом в честь другого Чайковского – Александра Владимировича.

ДГ Навстречу юбилею нашего большого друга и автора потрясающей музыки Александра Чайковского мы покажем в Московской филармонии две его исторических саги – «Слово о полку Игореве» и «Сказ о Борисе и Глебе». Будет мощный и сильный финал нашего московского марафона.

Дмитрий Гринченко: Фестиваль юношеских симфонических оркестров мира завершится супер-мажором

Ее соратниками стали Юрий Башмет и его камерный оркестр «Солисты Москвы», а также композитор Валерий Воронов – с ними Полина Агуреева уже сделала спектакль «Живые и мертвые», где опробовала модель включения музыки и музыкантов в ткань текста. «Солисты Москвы», облаченные в холщовые рубахи, располагаются как бы над сценой, на некой специально выстроенной платформе. Музыка исполняется вживую, в определенных сценах, то комментируя события, то встраиваясь фоном. Юрий Башмет рассказал, что его задача – в нужные моменты, ориентируясь на реплики, показывать вступление музыкантам: «Но артисты иногда импровизировали текст, заменяли слова синонимами, и мне приходилось на ходу решать, что делать».

В Театре Гоголя состоится премьера спектакля по роману Николая Лескова

Эмоциональный фон, создаваемый музыкой, невероятно важен: звуковое поле, отсылающее нас к позднеромантическому высказыванию с его гипертрофированной чувствительностью и чувственностью, помогает зрителю стать соучастником и сочувствующим разворачивающейся трагикомедии. Иногда это может быть всего один тянущийся остинатный звук у низких струнных (как в речитативах баховских «Страстей»), поддерживающий слова  проповеди отца Савелия Туберозова.

«Полина – режиссер, который прекрасно знает, чего хочет», – считает Валерий Воронов. – Она мне давала определенную свободу, но некоторые эпизоды мне пришлось переделывать по три-четыре раза. Она объясняла, какая ей нужна атмосфера, что будет происходить на сцене в этот момент, в каком темпе должно идти движение. Сцену обеда мы сочиняли с ней довольно долго, пока не нашли нужную интонацию и жанр – польку, поданную в ироничном духе».

Композитор для этого спектакля полностью поменял свой язык, перевоплотившись в автора конца XIX века. «Прямых цитат нет, – объясняет Воронов, – но по стилистике, манере я ориентировался на Чайковского, искал узнаваемые мотивные формулы, своего рода жесты. И это погружение в классику не было игрой для меня – возможно, подсознательно мне всегда хотелось писать так».

Тридцать шесть сцен, на которые разбит роман, знакомят нас с уездным городком Старгородом и его обитателями, типажами, которые встречаются и у Тургенева, и у Куприна. Это учитель-нигилист Варнава Препотенский, политический провокатор Измаил Термосесов, предводитель дворянства Туганов, которым противопоставлены соборяне – духовенство во главе с отцом Савелием. Тут еще много других колоритных персонажей, и одна из линий спектакля – зарисовки повседневной жизни в глубоком захолустье, где, однако же, бурлят свои страсти. Лесков-писатель славится сочной, «послушанной» в народе лексикой: «А не сделать ли нам опрокидон?», «вот такое Лимпопо», «ты раздавить меня хочешь благостью своей» и многое другое.

Некоторым героям Лесков вложил довольно острые мысли и реплики, так что невольно кажется, что это они про нас, про сейчас говорят: «Комическое время; а нужны подвиги», «чужие земли похвалой стоят, а наша и руганью крепка будет». Так заявила боярыня Плодомасова (великолепно сыгранная Натальей Егоровой) отцу Савелию (Илья Шакунов). Постепенно именно он становится центральной фигурой, когда разжалованный по ложному доносу отец Савелий, не желая унижаться, не чувствуя за собой вину, становится при жизни мучеником. «И закончилась на этом жизнь, и началось житие». Его друзья суетятся, пытаются вымолить ему прощение ценой его отречения от себя, намекая, что «начальство тоже надо пожалеть», дать повод проявить снисходительность, «повиниться в дерзости». И вот уже бытовые коллизии транспонируются в метафизическую и нравственную плоскость, а страдания отца Савелия за принципы все больше ассоциируются со страстями Христовыми.

Полина Агуреева выступила не только как автор идеи, автор инсценировки, но и как актриса, блистательно сыграв роль Натальи, немного блаженной, но искренне влюбленной жены отца Савелия. «Наш маленький богатырь», – так поздравляли актеры Полину, и действительно ей удалось главное: убедить, увлечь «Соборянами» Лескова, заставить зрителей сострадать судьбам героев. «Не унывай, душа моя», – поют в финале ушедшие в мир иной божьи люди. И музейный, «замшелый» раритет, каким многие считали этот роман, внезапно превращается в актуальный провидческий текст, без которого теперь уже сложно представить свою книжную полку.

«Соборяне» оказались центральным событием и главной новой работой команды Зимнего фестиваля во главе с худруком Юрием Башметом и директором Дмитрием Гринченко. Спектакль продолжил вектор на серьезность и неразвлекательность фестивальной афиши: до этого Башмет отметил свой день рождения в КЗЧ «Ленинградской симфонией» Шостаковича, пригласил сюда же на трагический «Зимний путь» Шуберта в исполнении интересных зарубежных артистов – баритона Маркуса Верба (Австрия) и пианиста Джеймса Вона (Ирландия).

Постановки фестиваля уже укоренились в репертуаре столичных театров: на сцене МХТ имени Чехова идут «Не покидай свою планету» (моноспектакль Константина Хабенского) и литературно-музыкальная композиция «Истории любви», построенная на рассказах Чехова, Горького, Вампилова. Неизменные участники – «Солисты Москвы» под управлением Юрия Башмета.

К 125-летию МХТ в Московской филармонии была показана особая программа из партитур известных советских и российских композиторов, писавших в разное время музыку для постановок этого театра. Симфонический оркестр «Новая Россия» под управлением Юрия Башмета, Алексея Рубина и актеры МХТ Константин Хабенский, Ирина Пегова, Авангард Леонтьев, Юрий Чурсин, Александр Усов, Ольга Литвинова, Анастасия Скорик представили фрагменты из пьес: «Чайка», «Дядя Ваня», «Три сестры», «Вишневый сад», «Дни Турбиных», «Синяя птица», «Школа злословия», «Пер Гюнт», «Сирано де Бержерак», «Сталевары» и других с музыкой Александра Гречанинова, Арама Хачатуряна, Юрия Шапорина, Ильи Саца, Исаака Дунаевского, Дмитрия Кабалевского, Эдуарда Колмановского, Александра Шиловского, Геннадия Гладкова, Игоря Вдовина и Кузьмы Бодрова.

Не только театр, но и кино оказалось в поле зрения Башмета, сделавшего вечер из музыки Александра Зацепина. 97-летний композитор лично присутствовал в зале, и его встречали стоячими овациями – как автора, чьи песни уже стали олицетворением эпохи СССР. Такой же эпохой видится и сам Юрий Башмет, творящий историю, значительность которой можно понять, даже не отходя на расстояние.

«Во время репетиций нашего прошлого совместного спектакля, «Живые и мертвые», Полина Агуреева рассказала мне, что у Лескова есть такой потрясающий рассказ “Соборяне”. Мне эта идея показалась интересной, и мы начали искать материал и думать, что с этим можно сделать», – поделился артистический директор V Зимнего международного фестиваля искусств в Москве Юрий Башмет.

«Я с большим уважением отношусь к творчеству Юрия Абрамовича, и мне интересен формат спектакля, в котором участвует оркестр. Композитор Валерий Воронов создает музыку для постановки одновременно с тем, как мы репетируем. Это сложный, но очень интересный процесс, – подчеркивает Полина Агуреева. – Тексты Лескова, писателя XIX века, звучат сегодня поразительно современно. Лесков остро, полемически размышляет на те же темы, которые волнуют нас и сегодня — о либерализме, о связи настоящего и прошлого, о вере».

В спектакле принимает участие та же команда, которая была в «Живых и мертвых». Это Илья Шакунов, Алексей Вертков, Максим Литовченко, Варвара Насонова. И в мировоззренческом, и в эстетическом смысле мы слышим и понимаем друг друга. Мы пригласили и замечательную актрису МХТ Наталью Егорову, в спектакль влились и актеры Театра Гоголя. Наша команда – это люди, которые объединены одними ценностями, одним поиском, и Лесков помогает нам это выразить».