Foreign Tongues получился отменного качества. Трое оставшихся музыкантов и их многочисленные помощники сотворили монолит – крепкий, весомый, отточенный. Это абсолютно «роллинговский» альбом, без заигрываний с модными стилями, но со звуком XXI века. В нем есть нерв, есть наглость, есть дух английской подворотни, который парни культивируют со времен Street Fighting Man. В нем яркие темы и плотный, фактурный аккомпанемент.

Когда-то они создали свою фирменную музыкальную концепцию – аккордный ритм-энд-блюз с двухгитарным взаимодействием. Она претерпевала развитие, но на Foreign Tongues присутствует практически в первозданном виде: Рон Вуд накладывает свои короткие соло и арпеджио на ритмические изыскания Кита Ричардса, создавая инструментальный поток, вслушиваться в который порой интереснее, чем в вокал, – например, в Side Effects.

Джаггер поет основательно, без поблажек себе, все ноты у него на месте, включая фальцетные. Ричардс тоже любит попеть, в Some of Us у него главная партия. Это как советские композиторы пели дурными голосами свои песни, но Кит и здесь убедителен, сделал вещь в эстетике Дилана. Не подвела и ритм-секция. Дэррил Джонс играет просто, вместе с тем выразительно, ровно столько, сколько нужно. Барабанщик Стив Джордан, заменивший Уоттса, не копирует его стиль, у Чарли была джазовая школа, у Стива манера более роковая, увесистая. Песня Hit Me in the Head, последняя запись с Чарли Уоттсом, вошедшая в альбом, дает возможность сравнения.   

Прекрасна Back in Your Life, в ней безупречно все – форма, развитие, сопоставление аккордов. Здесь отличился Рон Вуд, самый молодой из «Роллингов» (ему всего 79): у него три сольных фрагмента, и все разные. Первый – лирико-приджазованный, второй (после традиционной для блюзовиков фразы Джаггера Come on, Ronnie в конце квадрата) – утяжелено-драматический, финальный – умиротворяющий.

Отлично сделана кавер-версия песни Эми Уайнхаус You Know I’m No Good: парни убрали избыточную мелодраматичность, сохранив щемящую интонацию, добавили цельности звучания и грува – получился образцовый хит.

Если в Foreign Tongues чего-то (или кого-то) не хватает, то великолепной бэк-вокалистки Лизы Фишер, которая пренебрегла в свое время сольной карьерой ради работы с Rolling Stones. От ее невероятных бэков в Gimme Shelter и других песнях шел мороз по коже, но она, наверное, уже на пенсии.   

По прослушивании альбома не исчезает мысль, что его готовили как прощальный: видно (точнее, слышно), что его долго вынашивали, продумывали, совершенствовали, вложили в него душу. На нем отмечены культовые для рока персонажи, но скорее для истории, их музыкальный вклад в альбом минимален: Дэррил Джонс сыграл бы на басу в Covered in You поинтереснее Маккартни; чтобы обозначить ритм на бочке в Beautiful Delilah, не нужен барабанщик уровня Чеда Смита; от Стива Уинвуда не потребовалось ни одно клавишное соло, он только поддерживал гармонию.

В тексте Rough and Twisted упоминается Мадди Уотерс, давший группе название. Завершает диск архаичный блюз Beautiful Delilah – кавер Чака Берри, с песен которого юные бунтари когда-то начинали и композицией которого теперь будто закольцовывают.

В качестве финального аккорда Foreign Tongues был бы идеален. Но хочется ошибаться.

Патрик Зюскинд. «Парфюмер»

Известный баскский маэстро парфюмерии Кристиан Луи, основатель таких марок, как Parfums et Senteurs du Pays Basque и Christian Louis Maître Parfumeur Paris, уверен в том, что ароматы, подобно изящным искусствам, говорят на универсальных языках. «Аккорды», «ноты», «композиция» – эти и другие базовые понятия, заимствованные из музыкальной грамоты, нашли применение в мастерстве создания парфюма. Подобно тому, как организованные определенным способом звуки служат для выражения некоего эмоционального содержания, так и запахи, отобранные и смешанные в строгих пропорциях, должны апеллировать к неким ассоциациям. И то, и другое эфемерно, воздействует на эмоциональную сферу человека и способно вызывать разные чувства и даже пробудить воспоминания.

Как видите, пересечений много. Возможно, поэтому музыка – один из главных источников вдохновения для мастеров парфюмерного дела, а созданные ими композиции зачастую отсылают к творчеству конкретного исполнителя, к абсолютному хиту или даже событию из истории музыкальной культуры. В этом обзоре мы представим несколько интересных брендов, для которых музыка – одна из цепочек ДНК.

Franck Boclet. Коллекция Rock & Riot Black

Французский дизайнер и парфюмер Франк Бокле начал свой путь в fashion-индустрии в 1980-х. Разработанная им линейка одежды и аксессуаров для мужчин пользовалась популярностью, но на запуск собственного бренда Бокле решился только в 2010 году. Вскоре гардеробная коллекция дополнилась парфюмерными творениями.

На сегодняшний день наиболее известные ароматы Франка Бокле – Rock & Riot, хорошо узнаваемые по своему лаконичному маскулинному дизайну. Непроницаемые черные флаконы обтекаемой формы напоминают, с одной стороны, элегантный фрак, с другой – глянцевую поверхность корпуса рояля. Несмотря на то, что изначально парфюмер рассчитывал на мужскую аудиторию, к Rock & Riot проявили большой интерес и представительницы слабого пола.

По признанию Бокле, создавая эту коллекцию, он отталкивался от эстетики рок-музыки и образов почитаемых им рок-идолов. Опытный меломан без труда найдет в линейке из девяти ароматов отсылки к творчеству Rolling Stones, Дэвида Боуи, Эрика Клэптона. Название Angie, к примеру, – оммаж группе Мика Джаггера и одной из самых известных баллад «Роллингов», нетипичной и выделяющейся своим акустическим звучанием. В версии Бокле Angie (2016) – напротив, довольно темпераментная, напористая, фужерно-фруктовая композиция с сумасшедшей харизмой. В сердце аромата – сочетание тонких цветочных акцентов и смолистых нюансов ценных пород древесины. Верхние ноты – элегантный инжир. Шлейф создают янтарная амбра, пикантный мускус и сладкая ваниль.

Творчество Дэвида Боуи в Rock & Riot представлено трижды: это Ashes, Rebel и Heroes. Остановимся на первом названии. Это усеченная версия песни Ashes to Ashes – жемчужины art rock и new wave. Пожалуй, о ней можно сказать как об одной из самых сложных работ Боуи, которую отличает контрапункт с жестким фанковым басом и вокальные наслоения. Меланхоличная и рефлексирующая Ashes to Ashes была переосмыслена Франком Бокле. Говоря об ароматической композиции этих духов, на ум приходит запах слэба (по сути, большая необрезная доска) дорогой породы дерева, на котором проступают янтарные капли вязкой смолы. В базе с ним скомбинированы пряные акценты пачули, окруженные теплом амбры и мускуса, с чуткими камфарными полутонами ладана. Это настоящая находка для почитателей глубоких древесных ароматов.

Jusbox

Молодой итальянский бренд Jusbox Perfumes построил свою концепцию на тесной связи с музыкальной культурой. Малейшая деталь здесь продумана и доведена до совершенства. К примеру, парфюм выпускается в совершенно необычном объеме 78 мл, однако этот отход от шаблонов, скорее всего, не удивит поклонников винила: в 1925 году был принят стандарт скорости вращения пластинок на моторизованных проигрывателях и составлял он 78 оборотов в минуту. Плоская ребристая крышка каждого флакона продолжает тему первого аналогового носителя звука – ее поверхность имитирует непрерывную спиралевидную канавку (звуковую дорожку). Упаковка духов перекликается с оформлением CD, как по форме, так и по содержанию: к самому парфюму прилагается буклет, в котором собрана исчерпывающая информация об аромате.

На сегодняшний день бренд представил четыре коллекции. Icons collection отдает дань уважения выдающимся исполнителям – тем, кто оставил след в истории музыки, повлиял на целые поколения, разрушил каноны. Genre Collection – экскурс в историю развития популярной музыки. Reward Collection – «премиальная» линия ароматов, вдохновленных песнями, которым покорялись вершины хит-парадов. Music Matters Collection – размышление о том, каким стал бы мир, если бы из него исчезла музыка.

Остановимся на нескольких ароматах Jusbox. Use Abuse (2016), творение француза Антуана Ли (ученика Жана Гишара, директора парфюмерной школы Givaudan), переносит в глэм-роковые 1980-е, когда королем сцены был Фредди Меркьюри. Мощная волна белой туберозы в составе Use Abuse символизирует эксцентричность, любовь к театральным эффектам и взрывную, льющуюся через край энергию легендарного фронтмена Queen. В сочетании с туберозой здесь идут сандал, жасмин самбак, а также смола нескольких видов растений рода Коммифора, что дает бальзамический, пудрово-смолистый оттенок. Это яркий и экстравертный аромат, который, впрочем, больше подойдет женской аудитории и поклонникам цветочных нот. В оформлении флакона преобладает любимый Фредди красный цвет.

Black Powder из той же серии, что и Use Abuse, – это сдавленный крик поколения X и бунтарское, эпическое звучание Nirvana. Аромат смелый, дерзкий, мощный, как пуля, поражающая чопорную часть общества, не способного понять социальную поэзию героев гранж-революции. Жюльен Раскине, один из самых одаренных и «авангардных» парфюмеров своего поколения, основатель лаборатории Note de Coeur, использует кожаный аккорд, громкие ноты черной смородины и пачули в своем уникальном стиле. Дополняющее эту композицию яблоко передает романтическую сторону Курта Кобейна. Интенсивный, глубокий, таинственный и чувственный аромат.

L‘Orchestre Parfum

Еще один молодой бренд нишевой парфюмерии, на этот раз из Франции. Его связь с музыкой переплетается на многих уровнях, и его предыстория заслуживает не меньшего внимания, чем сама продукция. Основатель L’Orchestre Parfum Пьер Гуген работал с такими корпорациями-гигантами, как L’Oréal, прежде чем запустить свой собственный бизнес. Со времен учебы в университете Пьер играл в группе. Пристрастие к сцене осталось с ним, когда он переехал в Барселону на новую работу. Днем он воплощал свои идеи в парфюмерной индустрии, а по вечерам давал в клубах гитарные концерты. Испанская аудитория с трудом воспринимала французские тексты его песен.

Как-то Пьеру пришла в голову идея разработать парфюм, который сопровождал бы его выступление. Отзывы оказались в подавляющем большинстве положительными – люди смогли понять смысл песни на уровне, который преодолел все национальные и языковые различия. Вернувшись в Париж, Пьер загорелся идеей ольфактивной географии музыки. Так родилась концепция L’Orchestre Parfum. Чтобы воссоздать атмосферу какой-то локации – к примеру, старейшего дворца Европы, Севильского Алькасара, – перед парфюмером встает задача связать освежающие цитрусовые ноты из сада бывшего форта и запах древесины, из которой сделана гитара музыканта, играющего фламенко. Кстати, у каждого аромата L’Orchestre есть своя уникальная мелодия – трек-лист можно найти на сайте бренда. В этом проекте уже приняли участие пианист французской джазовой сцены Эдуард Ферле, британская скрипачка Никола Бенедетти, американский гитарист-виртуоз Джастин Джонсон.

Как большая поклонница сандала, не могу пройти мимо выпущенного в 2019 году Piano Santal L’Orchestre Parfum. Это волнующий, древесно-сливочный унисекс-парфюм. Его ароматическая композиция медленно и красиво меняется, подобно тому, как развивается музыкальная тема. Вслед за сандалом появляются пряные ноты тмина и солоновато-смолистые оттенки амброксана. Здесь также присутствует кашмеран – популярная синтетическая нота с мускусно-древесным запахом, чуть пряная и пудровая. Ее часто используют для завершения удового аккорда. Изюминкой Piano Santal является тонкий сексуальный запах теплой кожи.

Лондонские попрыгунчики шестьдесят лет спустя