Rainbow in the Dark. The Autobiography
Ronnie James Dio with Mick Wall and Wendy Dio
Permuted Press

Через десять лет после смерти Ронни Джеймса Дио опубликована его автобиография – и это сильный звездный проект. Расшифровывали и дописывали черновики – листки бумаги с каллиграфическим почерком – вдова Дио Венди и маститый журналист Мик Уолл. (Уолл имел «доступ к телу» многих классиков рок-музыки, еще до того, как они таковыми стали; сам же удостоился оскорблений в песне Guns’N’Roses Get in the Ring.) Аудиокнигу начитал Дэниэл Томас Мэй.

Венди признается, что долго не могла начать разбирать записки покойного мужа: было эмоционально тяжело. Но получилось все прекрасно. Дио явно изначально закладывался на внятное повествование с четким сюжетом и «мясом», подробностями, которые интересуют всех. Много, конечно, про детство – ну, тут любой автор будет рефлексировать, тем более такой серьезный творец. Все мы родом из детства, чего уж. Успел описать непростые отношения с Ричи Блэкмором, в группе Rainbow которого пел и воспарил к всемирной славе. Вообще про рок-н-ролльную безумную жизнь и всякие казусы.

В Москве Дио выступал несколько раз. Году в 2005-м общался с автором этих строк и, между прочим, упомянул, что любит читать книги, дружит с писателями-­фантастами. А про него это и так известно: эксперт по фантастике. Вот, собственно, любовь к простому и ясному изложению, крутым сюжетам, юмору – она тут видна. Ч­то-то выпало? Неизбежно, увы…

Но некоторые моменты жизни Дио рассматриваются в книге «Симптом Вселенной» того же Мика Уолла, которая недавно вышла на русском.

Симптом Вселенной
Мик Уолл
Бомбора

Издательство «Бомбора», похоже, то ли решило написать всю рок-историю на русском, то ли создать свою вселенную рок-литературы. Пока что получается хороший задел!

Про Мика Уолла и его историю группы Black Sabbath. Ну, тут он, конечно, свой человек. Инсайдер, который нам с вами выдает все, надеюсь, тайны. Пишет ярко, быстро, с драйвом. Иногда это само по себе забавно, но всегда ясно, к чему автор клонит, к чему ведет повествование. Вопрос, как это часто бывает, к переводу: английский мат переводится бледными жалкими эвфемизмами вроде «долбаный» и «гребаный». Хотя сколько раз уж говорилось, что в русском мат не прилагательное, а скорее междометие, и неизбежную в таком жанре грубость интонации необходимо выражать. Может, не смешная «каналья», но ­что-нибудь вроде этого.

Когда повествование отходит от хэви-тематики, то автор начинает плавать. А переводчик и вовсе тонет. Иначе как объяснить такой, например, путаный неотредактированный – да и, по сути, неверный – пассаж: «Одним из любимых барабанщиков <Билла Уорда> был Джо Морелло, американский перкуссионист из “Квартета Дейва Брубека”, чьи необычные размеры легли в основу таких классических произведений, как Take Five и Blue Rondo a la Turk». Понятно, что речь о том, что Брубек сотоварищи сочиняли пьесы в несимметричных размерах, Морелло, понятно, барабанил их четко и точно, но… Мы это знаем, а в тексте – ахинея! Вот, к сожалению, с фанатской литературой – как с текстами на древних мертвых языках, о которых филологи шутят, что-де ­читать-то их очень легко, если заранее знать, что именно там написано.

Или вот, простой пассаж, информативный: «Оззи решил, что Sabbath развалил шоу-бизнес». Кто кого развалил, а? Ну понятно, что шоу-бизнес – подлежащее, Sabbath дополнение, но ­опять-таки понятно это для людей в контексте. Замкнутый круг: книга о некоем явлении для читателя, который и так знает про это явление. То есть фанатская литература. По определению. Крики, вздохи, каталожные номера виниловых синглов, пережевывание древних сплетен («я точно знаю, как оно было на самом-­самом деле!»), да крупицы любопытной информации. А между тем чтение биографий и мемуаров рок-музыкантов – это ж полезно, поскольку у этих людей колоссальный необычный жизненный опыт. Школьная учительница спросила бы: «Чему ж такие могут научить молодежь?» Да много чему. Бремени славы, например (мало ли что: в наше время чуть не каждый рискует получить свои пресловутые пятнадцать минут славы). Опасностям на пути творческой профессии. Подлостям. Да, рок-музыканты – класс относительно немногочисленный, но очень заметный и влиятельный. И многие социальные казусы – назовем это так – в сей среде проявляются и выражаются очень ярко. Так что, отчего б нам, простым смертным, не ознакомиться? Но для этого нужны книги, а не фанатское чтиво. А книга – она всегда о жизненном опыте. Если она Книга.

Dave Grohl
The Storyteller: Tales of Life and Music
Simon & Schuster

От барабанщика исторической Nirvana до лидера Foo Fighters, группы крутой-­стадионной, со всеми наградами, хитами и гонорарами, но все ж «одной из» – это эволюция или как? Что сам Дейв Грол думает об этом? Думает-­рефлексирует он об этом как о судьбе, которая много дала и многому научила. Об этом – его автобиография «Рассказчик историй: Истории о жизни и музыке». На русском пока не вышла, но переговоры ведутся.

Почему только сейчас написал? Предсказуемо: время выдалось. Уже лет десять назад было что сказать, но хотел написать сам, а литературными «неграми» или просто форматом интервью – брезговал. Все по-настоящему, все от сердца! Письмо плотное, информативное. Лексика простая, но – литературно простая. Никакого сленга или дурацких словечек. И аудиокнигу (я все такое слушаю, да) сам начитал. А у Грола очень выразительный разговорный голос и живая манера повествования. Будем считать, что это сольный альбом в жанре spoken word. Есть и такая номинация у «Грэмми» – премии, которую Грол получал неоднократно.