Первый фестиваль «Музыка сибирских историй» предложил публике принять участие в расследовании природы актуальности новой российской и мировой академической музыки. Проверяли три основные версии: музыку делает захватывающей, ясной и непредсказуемой ее связь с гением места (с Тобольском и Большой Сибирью), ее способность рассказывать истории, откликаясь на старинные и новые сюжеты и создавая собственные нарративы, или главная интрига заключается в технологическом новаторстве, иногда следующем за технологическими прорывами в обычной жизни, а иногда опережающим их?

Фестиваль представил коллекцию премьер российских композиторов и другие партитуры, от легендарных до новейших, в которых, по замыслу авторов, можно было услышать, как звучит современная Сибирь и как она может звучать в будущем; понять, может ли новая академическая музыка рассказывать истории, если эпоха «программной» музыки закончилась еще в романтическом XIX веке; и существует ли в природе «музыка полимеров», а если да, то как она звучит. Оказалось, гораздо проще, знакомее и красивее, чем можно было предположить.

Три направления исследований «Музыки сибирских историй» – «музыка тайги», «музыка болот», «музыка историй» – стали маршрутами трех концертов-путешествий московского OpensoundQuartet. Были исполнены партитуры-победители open call, объявленного совместно с Союзом композиторов России и Фестивалем сибирских историй специально для тобольских премьерных серий. В конкурсе приняли участие 36 композиторов из 15 городов, победителями стали Сергей Зятьков (Сургут) с Третьим струнным квартетом «Страна городов», Андрей Молчанов (Новосибирск) с пьесой «Умревинский острог» и москвичка Татьяна Шатковская с партитурой «Погребенные под волнами». При этом, по словам руководителя OpensoundQuartet Станислава Малышева, «по-настоящему интересной музыки, вдохновленной Сибирью, оказалось гораздо больше – для исполнения на фестивале и пополнения нашего постоянного репертуара мы отобрали еще несколько сочинений».

Композиторы из Москвы, Санкт-Петербурга, Новокузнецка, Красногорска и Сургута в программе первого концерта «Музыка тайги» рассказывали истории о природе Сибири, такие как, например, «Чаша слез»: Григорий Середин напомнил о народном названии Хантайского озера, погрузив слушателей не только в фольклорную девичью печаль, но и в современную поэзию звукового эксперимента.

Во второй программе «Музыка болот» звучали истории о тайнах и реальности сибирских рек и болот, старых острогов и новых гидроэлектростанций, о новой нотации и старинной крюковой письменности, а также о человеческих и музыкальных сверхспособностях ее древних и современных жителей. И в заключительном концерте объединились все три направления исследований фестиваля – проба нового голоса музыкальной Сибири, поиск новых нарративных возможностей в творчестве (назовем это «новой программной музыкой») и испытания полимерных музыкальных технологий. В программу вошли произведения композиторов-традиционалистов, минималистов, музыкальных этнографов, специалистов в области звукописи, в сфере театральной и киномузыки, а также экспериментаторов в области урбанистики и архаики. В частности, в квартете «Страна городов» Сергея Зятькова можно было уловить партитурную связь с конструктивно сдержанным, технологичным и в то же время поэтичным искусством художников школы «сибирской неоархаики»; в минималистской абстракции Филипа Гласса – звуковой структуре из повторяющихся и постепенно трансформирующихся базовых элементов – расслышать следы кинематографической сюжетности; а в квартете Павла Карманова нафантазировать для себя химический состав фирменного кармановского ре мажора, как будто сплавленного из чистого рения – одного из самых редких, плотных и тугоплавких металлов на Земле с его серебристо-белым цветом, словно отраженным в партитуре.

Спецпроектом внутри фестиваля стала «Полемика историй» – концерт хора «Полемика» Евгения Кузнецкого: музыка разных эпох и стилей звучала как вокальное приключение и дополнительный аргумент в пользу тезиса о том, что без происходящего на региональных сценах сложно представить актуальный художественный процесс.

«Исследовательская программа фестиваля посвящена не только “музыке историй”. Кроме “Лаборатории нарративной музыки” мы уже второй год в “Лаборатории музыкальных полимеров” внимательно изучаем “повторения”, репетитивные практики в музыке и звуковых ландшафтах», – рассказал основатель фестиваля «Музыка сибирских историй» Андрей Гельмиза, предложивший термин «музыкальный полимер» для описания репетитивной музыки в связи с молекулярной структурой полимеров химических как многократно повторенных одинаковых фрагментов. «Здесь, в Тобольске, в городе, ежедневная жизнь которого связана с созданием полимеров на инновационном нефтехимическом гиганте “СИБУР”, мы размышляем обо всех прочих формах полимеризации, о репетитивных принципах построения нашего мира и его музыки и экспериментируем с новыми идеями». Не ради одного только эксперимента, но и для красоты на фестивале прозвучала мировая премьера нового «музыкального полимера» композитора Александра Белоусова, созданного по заказу фестиваля и вдохновленного работами двух Дмитриев – Менделеева с его таблицей химических элементов и Шостаковича с его «главным русским квартетом» – Восьмым.

Материалом стали базовые элементы квартета Шостаковича – звуки D, S, C, H, интерпретированные как химические элементы: Ds – Darmstadtium (дармштадтий, атомный номер – 110, атомная масса – 281 г/моль), C – Carboneum (углерод, атомный номер – 6) и H – Hydrogenium (водород, атомный номер – 1). Их свойства, положение в таблице, а также принципы построения полимерных углеводородов легли в основу строгой музыкальной структуры, состоящей из цепочки ограниченного набора элементов длиной 281 музыкальный такт.

Организаторы фестиваля полагают, что музыку и химию роднит структура, при этом периодичность фрагментов, порядок связей, валентность и степени окисления, – все это может звучать совсем не так, как в учебнике химии. Для доказательства этой идеи в 2026 году Союз композиторов и фестиваль «Музыка сибирских историй» планируют снова объявить open call для композиторов, вдохновленных Сибирью, а значит, на следующем фестивале будут новая полимеризация, новые исследования и другие истории.

Полет над Сибирью

Принципиальная установка «Читок» – участие новых композиторских имен в качестве спикеров в каждом городе. На этот раз ими стали Анна Поспелова (Москва) – куратор лаборатории «Открытый космос», Венедикт Пеунов (Нижний Новгород) – художественный руководитель Оркестра баянов и аккордеонов Нижегородской консерватории, Олеся Евстратова (Москва) – автор курса «Инструментовка для оркестра русских народных инструментов» и Сергей Зятьков (Сургут) – куратор арт-проектов Галереи современного искусства «Стерх».

Три дня музыкального «водоворота» закружили участников в бесконечном творческом процессе: концерт современной музыки, лекции, индивидуальные занятия и работа над звуковым материалом начинающих авторов.

Тренд на «русскость»?

На волне внимания к национальным корням двенадцатые «Читки» подхватили тренд на углубление русского культурного кода – обязательным условием участия стало обращение к народным инструментам. «“Читки” помогли молодым авторам посмотреть на домру, клавишные гусли или баян иначе, понять, что на инструментах можно играть необычными приемами, достигать новых красок. Нижний Новгород выбран не случайно – здесь лучший в стране Оркестр баянов и аккордеонов под управлением Венедикта Пеунова, виртуозы Кристина Фиш и Валентина Лимонова. Думаю, общение с музыкантами такого уровня оказалось для ребят особенно ценным», – комментирует цель проекта Владимир Жалнин, модератор «Читок» и ведущий специалист организационно-творческого отдела Союза композиторов России.

Подтверждая выбранный вектор, прошел концерт «Изобретение облаков», на котором прозвучали опусы композиторов-кураторов. Панораму смелых творческих взглядов открыла Quasi una suite Анны Поспеловой. «Как бы сюита» странных танцев удивила «хитрой» сменой фактур и бесконечным смещением мелодических акцентов. Simple-music Венедикта Пеунова, построенная на шести звуковых паттернах и одной серии, оказалась ритмически затейливой и легкой по восприятию, а лирическая звукопись сочинения Сергея Зятькова, дублирующая поэтичное название концерта, «рисовала» прозрачные сургутские пейзажи.

От эскиза к партитуре

В Малом зале Нижегородской консерватории случайной публики нет – здесь композиторы, исполнители, кураторы, заинтересованные гости. Многослойный творческий процесс, в фокусе которого суть композиторского замысла, «отсек» случайных слушателей, оставив конкурсантов с наставниками тет-а-тет.

Ридинг-сессии стартовали работой композитора Олеси Евстратовой. Вместе с ней молодые авторы пытались соединить полярные тембры клавишных гуслей и баяна, разбирались в особенностях ритмизации гусельных арпеджио и искали удачные композиционные решения. «С куратором мы находились в творческом взаимодействии и активно обсуждали материал с исполнителями, что давало возможность сразу получать обратную связь и корректировать работу», – рассказывает участник проекта Богдан Калужин (Сургут).

Бонусом для молодых авторов стала лекция доцента кафедры композиции и инструментовки Нижегородской консерватории Сергея Попова. Композитор поделился эксклюзивными лайфхаками по организации партитуры, которыми должен владеть автор современных опусов. Обсуждались вопросы корректного оформления «легенды» – предисловия к партитуре, в котором содержатся все пояснения для исполнителя. Правильно указать нужный штрих или прием, грамотно обозначить необходимую смену регистров – одним словом, профессиональный ликбез для молодых авторов.

Второй день «Читок» зазвучал тембром Оркестра баянов и аккордеонов Нижегородской консерватории. Эпиграфом к ридинг-сессии стала лекция заведующего кафедрой народных инструментов Венедикта Пеунова об идеальных инструментах для композиторов XXI века: «Раньше баян и аккордеон воспринимались как инструменты ограниченного жанрового диапазона. Сегодня, когда границы между академической, электронной и импровизационной музыкой стираются, их уникальная природа становится более востребованной».

На ридинг-сессии прозвучали сочинения, отражающие полярные поиски нового баянно-аккордеонного звука, – полифоническая фантазия с более конвенциональными звучаниями монотембрового оркестра сменилась пьесой со спектральными гармониями. «Работа с Венедиктом Пеуновым была похожа на дискуссию по поводу партитуры: я предлагал исполнителям варианты, и мы через обсуждение приходили к истине. Мне кажется, главное преимущество “Читок” – это возможность слышать свою музыку вживую и работать над ней», – рассказывает участник проекта Александр Некрасов (Комсомольск-на-Амуре/Москва).

Подхватив атмосферу доверительного диалога, разбор работ начала куратор Анна Поспелова. Вместе с Кристиной Фиш композиторы утвердились во мнении, что в современной музыке для домры предпочтительнее делать акцент на технических возможностях инструмента. Это позволяет находить нетипичные тембровые звучания. «На мой взгляд, границы языков давно размыты, и на этом бесконечном горизонте соединения разного и можно найти что-то новое», – комментирует свою позицию Анна Поспелова.

На обсуждении актуальных вопросов о поиске идентичности композитора вместе со спикером Сергеем Зятьковым участники проекта определили плодотворные векторы развития творческой индивидуальности в современном искусстве. «На “Читках” важнее не приобретение профессиональных навыков, а ощущение ценности творчества. Общий интерес к современной музыке, в том числе и к своей, полное погружение в рабочий ритм – все это надолго заряжает композиторов», – говорит Сергей Зятьков.

Испытание звуком

Двенадцатая сессия «Читок» убедила молодых авторов в том, что народные инструменты давно вышли за рамки традиционного восприятия и примкнули к академической сфере, сохранив при этом уникальную природу.

«Такие лаборатории важны в самых разных городах и странах, а проведение подобного проекта у нас даже выигрышно. В разные годы в Нижнем Новгороде проходили уникальные премьеры, которые едва ли были возможны в иных географических точках. Каждый художник очень уязвим в момент презентации своего творчества. Но зачастую именно это и дает толчок для роста, в тепличных условиях развиваться куда сложнее», – рассказывает председатель Нижегородской региональной организации Союза композиторов России Марк Булошников.

По результатам дискуссий кому-то из участников осталось лишь доработать сочинения. Некоторые авторы решили основательно поменять изначальный замысел. Услышать творческий итог открытых ридинг-сессий можно будет на концерте премьер осенью в Нижегородской консерватории.

«Читки» в Петербурге

Все поиски, которые ведутся в таких творческих лабораториях, утверждают важнейшие слагаемые современного театра: оставаться творчески свободным и слышать пульс времени. Лучший пример умения слышать время – это постановка Станиславского оперы «Богема» Пуччини (МАМТ, 1927), в которой действие было перенесено в эпоху НЭПа. Более колоритного примера актуализации сложно представить. А под творческой свободой понимается не отрицание традиций, а возможность идти своим новаторским путем. Так, поиски новых выразительных средств, заложенные в музыке молодого композитора Константина Комольцева, привлекли внимание к его таланту художественного руководителя Театра имени Н. И. Сац режиссера Георгия Исаакяна. В итоге Комольцев стал автором музыки к резонансной постановке «Любовь к трем цукербринам». Партитура оказалась под стать необычному спектаклю на сюжет Виктора Пелевина, в оформлении которого впервые в истории музыкального театра использовалась техника компьютерной добавленной реальности. А знакомство молодого композитора и руководителя Театра Сац состоялась на прошлогодней Лаборатории композиторов, проводимой в рамках конференции Ассоциации музыкальных театров (АМТ).

Каждый год этот форум становится итогом фестиваля музыкальных театров «Видеть музыку», проходящего при поддержке Министерства культуры и Президентского фонда культурных инициатив. И важнейшим акцентом в ее программе становится именно Лаборатория композиторов. Уже в четвертый раз ее проводит Председатель Свердловского Союза композиторов, художественный руководитель Передвижного камерного музыкального театра «Живой театр» Александр Пантыкин. Из полусотни заявок, присылаемых (в электронном виде) на просмотр, он отбирает всего несколько, которые в рамках Конференции АМТ выносятся на суд аудитории, состоящей из профессионалов – режиссеров и директоров региональных и столичных театров. Оценка заявок финалистов осуществляется не только исходя из профессионализма, свежести и оригинальности замыслов, но и учитывая практические навыки, демонстрируемые драматургами и композиторами в своих проектах. Ведь понимание работы постановочной команды, производственных цехов театра важно для слаженной и успешной работы над выпуском спектакля.

В итоге на недавней Лаборатории композиторов конференции АМТ были представлены все жанры современного музыкального театра. География Лаборатории охватила самые разные регионы страны, а тематика и стилистика произведений были не менее многогранны. Удивлял выбор литературных первоисточников, среди которых были настоящие редкости. В то же время вечная классика в виде произведений Пушкина и Островского вновь вдохновила авторов и, несомненно, всегда будет привлекательна для публики. Ведь за один вечер, посмотрев спектакль, узнать, о чем та или иная повесть или поэма, – это всегда легче, увы, чем читать книгу.

Хрестоматийное стихотворение Пушкина «Бесы» стало основой камерной оперы «Ненастье» Вячеслава Какалина из Новосибирска. В нестандартном оркестровом составе этой партитуры задействован даже такой редкий инструмент, как терменвокс – первый образец синтезатора, мистический и загадочный звук которого не спутать ни с чем. Еще одно обращение к пушкинскому сюжету – мюзикл «Метель» по повести Пушкина, созданный творческим тандемом опытных авторов: поэта и либреттиста Льва Яковлева, создавшего пьесы и либретто для многих театров, и композитора, руководителя Московского детского театра эстрады Валентина Овсянникова. В этом красивом и интересном спектакле есть над чем поработать певцам, есть над чем пофантазировать постановщикам, а партитуру будет интересно исполнять оркестру.

В преддверии 200-летия со дня рождения Александра Островского Сергей Моисеев из Озерска обратился к одной из известнейших пьес драматурга и создал водевиль «Женитьба Бальзаминова», гибко сочетающий этот популярный в XIX веке жанр и советскую оперетту XX столетия. Такое стилистическое сочетание зазвучало очень современно. Водевиль-оперетта «Женитьба Бальзаминова» станет прекрасной возможностью для молодежи прикоснуться к образному миру пьес Островского.

К редкому литературному первоисточнику обратилась Екатерина Хмелевская из Москвы. Ее камерная опера-балет «Нежность» создана по рассказу Анри Барбюса. Синтез камерной оперы и балета, оригинально трактуемая тема времени, минимализм в музыкальной стилистике – вот самые яркие стороны сочинения этого молодого композитора.

Не менее интересен в качестве первоисточника и роман «Моби Дик» Германа Мелвилла. Его переработал в либретто своей оперы композитор Евгений Перевалов из Екатеринбурга. Композитор стилизует партитуру в манере западноевропейского барокко. И ему удается создать потрясающе точную стилизацию, которая дает полное ощущение того, что звучит европейская музыка XVII -XVIII веков.

Еще одним обращением к барокко, но на этот раз русскому, стала опера-мистерия «Злоключения Василия Баранщикова. 1787 год» Сергея Зятькова из Сургута. Особенно интересна эта постмодернистская стилизация барокко своим обращением к традиции кантов – раннего классического хорового пения. Своеобразна история появления замысла. Книгу «Злоключения Василия Баранщикова. 1787 год» композитор обнаружил совершенно случайно, работая в каталоге одной из американских библиотек. Рукопись попала туда, потому что сюжет этого «романа странствий», написанного реально жившим в XVIII столетии купцом Баранщиковым, завершается в Америке. Туда доплывает в поисках обогащения отчаянный русский купец. Полная описаний разных приключений оригинальная рукопись XVIII столетия вдохновила композитора на создание масштабной оперы в стилистике старины.

Единственным проектом, основанным на оригинальном сюжете, а не опирающимся на литературные первоисточники, стал балет «Бессмертный полк» Алины Небыковой из Москвы. Этот одноактный спектакль посвящен знаменитым шествиям в память погибших в День Победы. И учитывая опору сюжета на историю Великой Отечественной войны, в музыке немало аллюзий на советскую классику: от узнаваемого музыкального языка трагических произведений военной тематики Шостаковича до патриотической лирики советских песенников. Но весь этот сплав интонаций гибко синтезируется в органичное целое, что делает партитуру Алины Небыковой интересным явлением.

В целом Лаборатория композиторов показала, что сегодняшние авторы стремятся не только развлекать публику, но призывают слушателей задумываться над смыслами. И смело обращаются к самым разным стилям и жанрам. Глядя на такое разнообразие проектов, невольно возникает уверенность в сохранении интереса к театру у зрителей самых разных пристрастий и поколений.

На фото: Георгий Исаакян и Александр Пантыкин на Лаборатории композиторов в рамках Конференции Ассоциации музыкальных театров

Каждый из альбомов «Звукового обзора – 3» обладает своей «изюминкой». Пятый альбом – коллективный опус «Времена года». Его авторы – современные композиторы Андрей Бесогонов, Константин Комольцев, Антон Светличный и Сергей Зятьков. Каждый выбрал по одному сезону и воплотил замысел с помощью красок камерного оркестра. Предлагаю начать знакомство с композиции Антона Светличного «Холод» для 15 струнных. Источниками вдохновения послужили картины Брейгеля-старшего, «История северных народов» шведского историка XVI столетия Олафа Магнуса и материалы о малом ледниковом периоде и изменении климата в Европе.

Четвертый альбом – поиск пересечений между камерными флейтовыми опусами петербургских, московских и карельских авторов.  Послушайте, как необычно звучит тембр флейты в зажигательной сольной пьесе «Ушу» Валерии Кухта или в драматичной Сонате для флейты и фортепиано Геннадия Банщикова. Оба композитора из Санкт-Петербурга: Банщиков преподает в консерватории, Кухта – одна из его ярких учениц, которая нашла собственный авангардный взгляд на искусство композиции.

Опусы наших современников для барочного инструмента виолы да гамба – в третьем альбоме «Звукового обзора – 3». Здесь не только акустические произведения, но и опыты по взаимодействию старинного инструмента с live-электроникой. Спектр стилистики современных опусов крайне широк – сравните, насколько полярны эстетика композиции «Чужой в Ревде» Дмитрия Мазурова, афористичный цикл «Черная вода» Владимира Ладомирова или медитативная Opera Domini, Opera Dei Рачьи Есаяна.

Горячо рекомендую обратить внимание на первый альбом – фортепианные сочинения Бориса Тищенко и Николая Сидельникова в интерпретации гениального Юрия Фаворина. Этот альбом, помимо эстетического наслаждения, станет прекрасным поводом познакомиться с редким фортепианным репертуаром отечественных мастеров. Пятая соната Тищенко вполне подойдет для студентов консерваторий, а детский цикл Николая Сидельникова «О чем пел зяблик», несомненно, украсит репертуар начинающего музыканта.

Еще один сольный альбом – дебют нижегородского композитора Марка Булошникова в качестве пианиста и интерпретатора опусов Валентина Сильвестрова. В этом году Марк написал книгу и защитил кандидатскую диссертацию о творчестве коллеги, а теперь впервые записал его фортепианные миниатюры 2005–2021 годов. Багатели, пьесы и серенады – все они станут настоящим подарком для поклонников музыки Сильвестрова.

Цифровые альбомы «Звукового обзора – 3» доступны на главных стриминговых платформах. Можно слушать подряд от первого к последнему или же выбрать тот, который интригует больше других. Высококачественный звук (Михаил Спасский), приятный современный дизайн (Григорий Жуков) и вдумчивые тексты из буклетов к каждому альбому (Юрий Каспаров, Татьяна Яковлева, Алиса Насибулина, Марк Булошников) помогут насладиться музыкой отечественных композиторов, а главное – узнать имена тех, кто творит музыку сегодня.