Фестиваль был основан в 1981 году Гидоном Кремером (благодарные местные жители назвали именем отца-основателя фестиваля живописную аллею, ведущую к старинной крепости), а с 2012 года им руководит французско-­немецкий виолончелист Николас Альтштедт. И сегодня, так же как и на заре своего существования, каждый год в Локкенхаус собираются друзья-­музыканты со всего мира, чтобы поиграть вместе любимую музыку. Фестиваль славится счастливым балансом запланированного и спонтанного – зачастую программу концерта публикавыясняет только из купленной программки. И эта радость от возможности совместного музицирования особо остро ощущалась в этом году.

Концерты проходили в местной барочной церкви три раза в день, и постоянная публика, которая привыкла приезжать в Локкенхаус сразу на несколько дней, едва успевала дойти до импровизированного фестивального буфета на площади перед церковью и вернуться обратно. Меры предосторожности соблюдались следующим образом: при покупке билета необходимо было сообщить адрес проживания и номер телефона, чтобы организаторы фестиваля могли связаться с каждым из слушателей в случае выявленной инфекции. У подножия лестницы, ведущей в церковь, полагалось надеть маску и снять ее, лишь добравшись до своего места. Публику рассаживали или группами (тех, кто купил билеты вместе), или по одному человеку на ряд в шахматном порядке. Билеты онлайн разлетелись почти мгновенно, но позднее их можно было бронировать по телефону: организаторам не сразу удалось получить разрешение на большее число мест в зале. После каждого концерта церковь проветривалась, а скамейки и стулья дезинфицировались. Сотрудники и волонтеры фестиваля, естественно, тоже были в масках. Ни особой нервозности, ни демонстративного пренебрежения правилами публика не выказывала.

Лейтмотив и девиз программы этого года – «…inniger…», что можно перевести с немецкого как «ближе», «сердечнее», «задушевнее». И если зрительные ряды в этом году выглядели более чем прозрачно, то единение музыкантов, а также сцены и зала было, пожалуй, таким искренним, как никогда. Как только в прессе появилась информация о том, что фестиваль состоится, Николас Альтштедт подкрепил ее вдохновенным обращением на фестивальном сайте, заручившись именем и духом Бетховена: сочинения главного юбиляра этого года вошли в программу почти каждого концерта. Также были исполнены произведения Богуслава Мартину, Альфреда Шнитке, Бернда Алоиза Циммермана, Белы Бартока, Арнольда Шёнберга, Антонина Дворжака и т. д.

В качестве эпиграфа к фестивалю Альтштедт привел цитату Гёте о Бетховене: «Более сосредоточенного, энергичного и проникновенного художника не встречал я в своей жизни». Два контрастных импульса – тихая проникновенность и страстная энергичность – и стали главными модусами музыкальной программы фестиваля. В своей вдохновенной и, как всегда, очень непосредственной интерпретации знаменитой Крейцеровой сонаты Бетховена Патриция Копачинская в дуэте с пианистом Йонасом Ахоненом сражала напором виртуозной свободы и сумасшедшей влюбленностью в каждую ноту этого сочинения. Казалось, каждая фраза написана специально для того, чтобы она ей удивилась и обрадовалась. Лучшей альтернативы дистиллированному миру записей и онлайн-­трансляций, в котором все мы пребывали в последнее время, сложно себе представить! А Lament Фрэнка Бриджа, которым блестящие британские альтисты Лоуренс Пауэр и Тимоти Ридаут открыли последний концерт фестиваля, стал воплощением глубоко личного, лирического высказывания, почти смущающего в своей откровенности.

Но сопряжение страстного и задушевного ощущалось не только в музыкальной программе. Напряжение последних месяцев, изнуряющая диета из культуры «онлайн», домашнее затворничество и смутные перспективы – все это воплотилось в почти физически ощущаемый энтузиазм, который царил в зале и на сцене. Радость долгожданной встречи, совместного музицирования и совместного наслаждения музыкой подняла программу этого года на небывалую высоту. После каждого сочинения публика (причем в массе своей не самая молодая –та самая «группа риска») долго не могла угомониться: аплодировала, кричала, топала и не отпускала счастливых музыкантов со сцены.

И как бы ни складывалась ситуация в следующие месяцы, в любом случае участники и зрители фестиваля получили сильнейший иммунный коктейль на будущее.