Не будет преувеличением сказать, что Дассен стал настоящей легендой мировой эстрады и получил славу самого французского певца. Его нежный баритон буквально олицетворяет Францию, для многих даже в большей степени, чем голоса Эдит Пиаф, Ива Монтана или Шарля Азнавура. Впрочем, как случилось, что главный голос страны не собирался становится певцом, родился не во Франции, не был французом, а родным языком был для него английский, может объяснить лишь судьба, способная, как мы знаем, на любую фантазию.

Дассен родился в Нью-Йорке в состоятельной американской семье. Его отец – Жюль Дассен – был актером, ставшим впоследствии знаменитым голливудским и европейским режиссером, а мать, Беатрис Лонер, – скрипачкой в еврейском театре. Столь уже привычную для нас «французскую» фамилию Дассены унаследовали от деда Самюэля – иммигранта-еврея из Одессы, уехавшего за новой жизнью в Штаты еще до всех потрясений, настигших Россию в начале XX века. По легенде «Дáссин» – своеобразно интерпретированный в официальном документе ответ Самюэля сотруднику погранслужбы о том, из какого города он прибыл.

В детстве и юношестве Джо и не думал о музыке. Он получил прекрасное образование, обучаясь в различных элитных школах Европы вместе с детьми европейских богачей, в том числе в престижной швейцарской Institut Le Rosey. К слову, в Старом свете одиннадцатилетний Джо оказался неслучайно: симпатизировавший коммунистам Жюль был вынужден покинуть Штаты вместе с семьей в самый разгар маккартизма после попадания в так называемый «черный список» Голливуда. Франция, где они обосновались, хорошо приняла знаменитого режиссера, продолжившего свою уже европейскую карьеру. Джо после получения степени бакалавра в Гренобле пересек Атлантику в западном направлении и поступил в Мичиганский университет на медицинский факультет. В одном из интервью он вспоминал, что ему «хотелось быть интеллектуалом», но особенно тяжело давались вскрытия, поэтому через пару лет он переключился на антропологию и даже преподавал эту дисциплину.

В университетские годы Джо впервые взял в руки гитару и запел – нет, не рок-н-ролл, захвативший в конце 1950-х всю молодежь, а песни популярного французского шансонье Жоржа Брассенса. Чуть позже Дассен начинает сниматься в весьма популярных фильмах своего отца с участием знаменитых актеров – Джины Лоллобриджиды, Марчелло Мастроянни, Софи Лорен. Особого успеха у него не было, хотя Джо с головой «окунулся» в мир кино, а также бульварной прессы, работая журналистом в Playboy и The New Yorker. Впрочем, как это часто бывает, на «верный» путь его вернула женщина: «Я записал свой первый диск, чтобы понравиться девушке, в которую был влюблен. Меня привела к песне именно любовь», – признавался Дассен. Как говорится, сherchez la femme…

В 1963-м он познакомился с Мариз Массьера. Его возлюбленной и будущей жене пришло в голову, что он должен быть певцом. Мариз была очарована его пением под гитару и сделала ему подарок на 26-летие – пластинку с его любительской записью. Она же уговорила Дассена подписать контракт с небольшой студией CBS и записать маленький альбом из четырех песен. Никакого успеха от этого мероприятия, конечно, не было, однако для руководства фирмы стало очевидно, что молодой певец с удивительно красивым баритоном имеет большие перспективы. Но важнее было то, что сам Джо решил попробовать не останавливаться на достигнутом – он всегда подчеркивал, что в любом деле привык идти до конца.

Следом выходят еще две «сорокапятки», каждая из которых продается лучше предыдущих. Его первым хитом становится шутливо-кокетливая песня Bip-Bip, которую Джо Дассен записывает в стиле Ива Монтана с обилием речитативов и отыгрываний – она, наконец, попадает в радиоэфир. Судьбоносной встречей для Дассена стало знакомство с Жаком Пле – гениальным продюсером, «присланным» руководством CBS. Первое, что прозорливый Пле посоветовал Дассену, –  отрастить волосы, на что у Джо поначалу была негативная реакция. С течением времени выяснилось, насколько это было верным решением: образ улыбчивого обаятельного парня с восточными чертами лица и кудрявой шевелюрой стал узнаваемым во всем мире.

Вторая половина 1960-х становится для Дассена успешной и очень плодотворной. Вокруг Джо складывается постоянный круг авторов – в него входят Жан-Мишель Рива и Франк Тома, а позже к ним присоединятся Клод Лемель и Пьер Деланоэ. Для репертуара Джо Дассена этих лет характерны веселые и легкие «зажигалки», такие как Ça m’avance à quoi и Excuse Me Lady (1966), а также каверы народных песен – американской Katy Cruel и знаменитой кубинской Guantanamera, ставшей особо популярной именно в исполнении Дассена. Публику покоряет баритон с нежнейшим тембром и полетным звучанием – самобытности добавляла особая характерная манера пения Джо Дассена, которую было невозможно ни с кем спутать.

В 1967-м вышел большой альбом Les Dalton, заглавная песня которого, написанная в комическом «ковбойском» стиле, становится хитом сезона. А уже в следующем году на улицах французских городов отовсюду звучала Siffler sur la colline – новая запись Дассена (вариант хита итальянского автора Риккардо Дель Турко) обрела популярность как одна из главных песен антиправительственного протеста, охватившего тогда страну. Но главным шедевром конца десятилетия становится легендарная Les Champs-Élysées, которая делает Джо Дассена настоящей звездой. Надо признать, что, слушая эту песню, сложно остаться равнодушным к обаянию голоса Джо Дассена – в ней он будто бы обращается к каждому слушателю индивидуально, поет только для него. Эта особенность станет отличительной чертой всего его творчества, за что Джо Дассена и будут любить миллионы. Подтверждением признания становится триумфальный сольный концерт Дассена в парижском зале «Олимпия» – по сложившейся французской традиции без выступления на этой площадке успех не засчитывался. Он характеризовал это время так: «Если раньше меня презентовали как сына Жюля Дассена, то теперь наоборот – его представляли как моего отца».

В новое десятилетие Дассен вступил с обновленным репертуаром, в котором теперь значительное место он начал уделять лирическим песням. Джо, благодаря Пле и блистательной команде авторов, продолжал с завидным постоянством записывать  синглы, мгновенно становившиеся популярными: L’Amérique (1970), La fleur aux dents (1971), Le moustique (1973), Si tu t’appelles mélancolie (1974). В 1972-м слушатели полюбят заводную и веселую Taka takata, до сих пор считающуюся одной из самых удачных песен Дассена. Певец много гастролировал в это время, посещая страны Европы, Африки, Латинской Америки, Соединенные Штаты, Канаду, и везде его ждал теплый прием.

Сам Дассен к середине 1970-х начал ощущать некоторый дефицит хитов и стагнацию в творчестве, однако Жак Пле сумел в Италии отыскать настоящее «золото» по имени Сальваторе Кутуньо. Их сотрудничество началось с песни Africa, которую гениальный итальянец написал для группы Albatros совместно с поэтом Вито Паллавичини, – теперь весь мир ее знает под названием L’été indien (1975). Эта песня – хит мирового значения, прославивший имя Тото Кутуньо и перезапустивший карьеру Джо Дассена на новом уровне. Кажется, что L’été indien была создана специально для Дассена – настолько органичен с музыкой его проникновенный речитатив на французском языке и нежнейший вокал.

Не меньшей удачей стали еще два шедевра, написанные великолепным мелодистом Кутуньо для Джо, – Et si tu n’existais pas и Salut. Эти меланхоличные, любовные песни идеально подходили его бархатистому и ласковому голосу. Будет еще один хит, музыку к которому на слова Деланоэ написал сам Дассен, – À toi. Но все же именно три творения Кутуньо составят мировую славу французского певца.

В июле 1979-го Дассен единственный раз побывает с концертом в СССР, как уже было сказано, на открытии новейшей гостиницы: в одном отделении пел он, а во втором – Алла Пугачева. В советской печати тогда вышла их беседа, в которой Дассен восторгался «высоким международным» уровнем выступления примадонны,  говорил о сильном впечатлении от «Арлекино». Певец был очень воодушевлен приемом, который оказала ему советская публика, – он и не подозревал, что в Союзе его знают, а песни очень популярны. Дассен с Жаком Пле загорелись идеей больших гастролей по всему Советскому Союзу, но судьба распорядилась иначе.

Джо Дассен умер следующим летом после трех инфарктов подряд на самом пике своей блестящей карьеры – сказалось невероятное напряжение, с которым он, так любивший сцену и своего слушателя, преодолевал свою природную застенчивость и неуверенность в себе. После смерти он бесспорно стал национальным достоянием  – образ Франции сегодня невозможно представить без чарующего баритона Джо Дассена.

Когда Тото Кутуньо прославился как певец, он стал одним из главных лиц итальянской эстрады, горячо и страстно любимой в СССР. Да что там «одним из» — пожалуй, он был главным итальянцем для советского народа, затмив даже своего друга Челентано — недаром визитной карточкой Кутуньо была баллада «Итальянец».

Его сольная пластинка с «Итальянцем» была выпущена фирмой «Мелодия» еще в 1985-м, на заре перестройки, и стала бестселлером с миллионными тиражами. В том же году он приехал в СССР с гастролями: чуть ли не по личному приглашению Горбачева дал пятнадцать аншлаговых концертов и пил водку с Аллой Пугачевой. Потом появился на Центральном телевидении, да еще и в «Голубом огоньке», который смотрела вся страна, и далее его клипы регулярно показывали в советском Tops of the Pops — «Утренней почте».

Кутуньо у нас приняли как родного — у него даже появились отечественные доппельгангеры (поющие композиторы Виктор Чайка и Кай Метов, хотя бы по части стиля и имиджа). А сам он исполнял «Подмосковные вечера», появлялся в телеэфирах в ушанке и выступал вместе с Надеждой Кадышевой, группой «Премьер-министр» и хором Красной Армии. За это он прослыл русофилом и за это его концерт в Киеве пытались отменить в 2019-м. Впрочем, теперь все это уже неважно.

Чао, Тото, спасибо за песни, которые пели и Игги Поп, и Людмила Гурченко.

АЛЬ БАНО

Без Челентано невозможно представить всемирный успех итальянской песни второй половины XX века. Деятельность гениального артиста была широка: будучи популярным певцом, актером, композитором, он одновременно с этим занимался продюсированием и выпуском музыки на собственном лейбле «Клан Челентано», ставшем настоящей поддержкой молодым талантам. Вот и 21-летний юноша из бедной южной провинции Альбано Карризи (вскоре из имени он сделал сценический псевдоним) был взят под крыло «Клана» — в 1964-м он одержал победу на организованном Челентано песенном конкурсе в Милане и, благодаря лейблу, смог выпустить первую пластинку.

Успех молодому Аль Бано достался, безусловно, заслуженно. Обаятельный юноша прекрасно смотрелся на сцене, сияя лучезарной улыбкой, и главное — обладал завидными вокальными данными, подпитанными страстным желанием петь. Голос у Аль Бано образцовый: напористый, полетный, с большим диапазоном и при всем этом узнаваемый и харизматичный. К тому же Аль Бано не ограничивался пением — уже в его первом альбоме были песни собственного сочинения.

Популярность пришла в 1967-м с выходом пластинки Nel Sole из одноименного фильма — Аль Бано исполнил в нем главную роль, а заглавная песня его авторства стала хитом в Италии. Для Аль Бано картина стала по-настоящему судьбоносной: на съемках он познакомился со своей будущей супругой и постоянным партнером по сцене Роминой Пауэр.

На 1970–1980-е пришелся расцвет их карьеры — именно дуэт с супругой прославил имя Аль Бано на весь мир. Тогда тренды музыкальной жизни Европы и Штатов во многом задавали перешедшие в официальную культуру неформалы — рокеры в своем пестром многообразии. А итальянская эстрада наравне с французской воспринималась как что-то традиционное, понятное и просто красивое. Дуэт Аль Бано и Ромины олицетворял, пожалуй, самую светлую, беззаботную и праздничную сторону популярной музыки.

Пара в русле традиции того времени исполняла как песни других авторов, так и свои. Их шлягер Sharazan, вышедший в 1981 году, имел колоссальный успех — миллионные тиражи пластинки вывели дуэт в лигу мировых звезд. Затем была Felicità (1982) — настоящая визитная карточка Аль Бано. Без этой лучезарной энергичной и мелодичной песни в принципе трудно представить музыкальный ландшафт того времени. Следующие хиты — песня Ci sarà (1984), с которой они в дуэте победили на фестивале в Сан-Ремо, а также Libertà (1987), ставшая неофициальным гимном революции в Румынии.

Пластичный и звучный голос Аль Бано позволял ему успешно «играться» даже в классику. В 1997 году он выпустил альбом со своими композициями на темы популярных классических мелодий — Чайковского, Верди, Бетховена. Пусть их аранжировки в поп-стиле и незамысловаты, но совершенно очевидны искренние трепет и любовь Аль Бано к музыке этих шедевров.

В России к певцу сложилось особое отношение. Еще в середине 1980-х он с Роминой снялся в итало-советском фильме «Волшебная белая ночь», в котором звучали все их хиты. Артист бесконечное количество раз приезжал к нам на гастроли, и в каждом зале его ждал аншлаг. А само творчество Аль Бано стало источником вдохновения для наших авторов и исполнителей в перестройку и 1990-е — сложно не уловить влияние стилистики песен Аль Бано на русскую постсоветскую поп-культуру.

ТОТО КУТУНЬО

Еще один любимец российского слушателя прославился на весь мир как певец сравнительно поздно — на тот момент ему было уже под сорок. Карьеру на музыкальной эстраде Тото Кутуньо начал именно как композитор, став в итоге одним из самых талантливых авторов своего поколения и значительным явлением в мировой популярной музыке.

С детства он прекрасно играл на трубе, аккордеоне и разных ударных, а с девятнадцати лет начал выступать с музыкальной группой в качестве клавишника и вокалиста. Параллельно Кутуньо писал песни для своего ансамбля, который к середине 1970-х обрел популярность на европейском континенте. Настоящий успех пришел, когда менеджер Джо Дассена приметил итальянца и предложил ему писать музыку для первой поп-звезды того времени. В совместном творчестве с Джо Дассеном мелодический дар Кутуньо раскрылся во всем величии — автором музыки почти всех лучших песен Дассена был именно Тото. Среди тринадцати написанных им песен три — безусловные мировые шедевры: L’Été indien, Et si tu n’existais pas и Salut.

Кутуньо работал со многими популярными певцами того времени: Мирей Матьё, Далидой, Эрве Виларом, Клодом Франсуа и, конечно, Адриано Челентано. С последним у него сложилась близкая дружба и плодотворная работа — для Челентано Кутуньо написал полтора десятка замечательных песен, среди которых легендарные Soli и Amore no. В 1980-м выходит один из самых успешных альбомов в карьере Челентано Un’po’ artista un’po’ no — музыку всех песен написал Кутуньо, в том числе и суперхит Il tempo se ne va. Считается, что Тото этим альбомом «перезапустил» карьеру своего старшего друга.

С победы Кутуньо на фестивале в Сан-Ремо с песней Solo noi наконец началась его не менее яркая сольная певческая карьера. Нельзя сказать, что Кутуньо обладает совершенным от природы голосом, как, например, Аль Бано. Однако харизмы, мужественности и чувственности его баритону с характерной хрипотцой не занимать. Теперь он для себя писал хиты, которые выходили ежегодно и уверенно забирались на верхние строчки чартов: Serenata, Azzurra malinconia, Gli amori. Но главной в карьере Кутуньо стала великая L’italiano («Итальянец»). Этот шлягер, известный на весь мир, ассоциируется именно с Тото Кутуньо — выдающимся композитором-мелодистом, успешным певцом и, главное, истинным l’italiano.

ЭРОС РАМАЗОТТИ

Самый молодой из троицы — Эрос Рамазотти — пожалуй, наиболее успешный из всех современных итальянских артистов. Он первым достиг и творческого, и, что немаловажно, коммерческого признания по всему миру.

Названный в честь древнегреческого бога любви, он с детства увлекался музыкой и всегда мечтал этой любовью поделиться со сцены. Первый сингл Ad un amico вышел в 1982-м, а уже через два года 21-летний Рамазотти выигрывает на фестивале в Сан-Ремо с песней Terra promessa. Здесь же Эрос представил новый образ современного исполнителя, который выражался и в том, как он выглядел, и в том, как он пел. Красивый парень в простых брюках и рубашке в стиле casual с великолепным гибким и высоким голосом выглядел артистично и современно. Рамазотти уже тогда пел в столь полюбившейся всеми уникальной, ни на что не похожей манере — чувственно, страстно и искренне.

Его появление на сцене дало понять, что появилась поп-звезда нового поколения. Во второй половине 1980-х певец моментально покорил Европу выходившими буквально каждый год хитами — синглами Una storia importante (1985), Adesso tu (1986) и альбомом In certi momenti 1987 года. Для Рамазотти это был плодотворный период — меньше чем за десять лет он выпустил семь пластинок, лучшей из которых стал альбом Tutte storie (1993).

Миллионы слушателей любят Рамазотти за Cose della vita — именно этот шлягер, записанный в стильной и оригинальной для своего времени аранжировке, сделал имя Рамазотти известным на весь мир. Чуть позже вышла новая двуязычная версия хита — в паре с Рамазотти выступила легендарная американка Тина Тёрнер. Вообще, певец часто выступал с выдающимися артистами: Андреа Бочелли, Джо Кокером, Рики Мартином и даже Лучано Паваротти. Дуэт с певицой Шер подарил миру еще один хит — Più che puoi (2001).

Рамазотти на сцене уже более сорока лет и не сдает позиции — часто отправляется в мировые турне, собирает стадионы поклонников и старается соответствовать современным музыкальным трендам. Именно благодаря ему эстрада корифеев Челентано, Аль Бано и Кутуньо безболезненно и преемственно переродилась и встроилась в глобальную поп-музыку, в которой главенствовать стали американцы. И последние десятилетия на итальянском «участке» глобальной сцены королем был и остается несравненный Эрос Рамазотти.

Он буквально ворвался в долгожданную эпоху свободы и творчества послевоенной Европы. Выходец из бедной миланской семьи, он уже работал подмастерьем в часовой мастерской, когда впервые услышал рок-н-ролл. Адриано, как и многие юноши тогда, в семнадцать лет сильно увлекся музыкой, вскоре став фронтменом группы Rock Boys – они перепевали песни американских бендов. Победа ребят на первом итальянском фестивале рок-н-ролла в 1957 году с песней Ciao ti dirò на родном языке (это было редкостью в то время) определила карьеру молодого певца. В 1960-м с ним подписал контракт крупный лейбл и вышла первая пластинка.

Италия – поющая страна. Итальянский народ поет всегда, везде и по любому поводу. И сегодня, и в те времена главной витриной итальянской эстрады был фестиваль песни в Сан-Ремо. Именно тут на смотре 1961 года случился взлет в артистической карьере Челентано – он исполнил свою песню Ventiquattromila baci («Двадцать четыре тысячи поцелуев»), мгновенно занявшую первые места хит-парадов. Незамысловатые слова, простой мотив, основанный на двух гармониях, традиционная итальянская мелодика, скрещенная с ординарным рок-н-ролльным ритмом, – из чего родиться хиту? Однако темперамент, артистизм, харизматичный напористый голос и гипнотическая энергетика Челентано сделали свое дело. Его показали по телевизору, и вся страна увидела, как он двигается на сцене. С этих пор пластика итальянца, получившая название molleggiato («на пружинах»), абсолютно уникальная и неповторимая, станет неотъемлемым элементом феномена Челентано.

К слову, в истории нашей страны Ventiquattromila baci стала не менее знаковой. В Советский Союз ее привез Муслим Магомаев, проходивший в миланском Ла Скала стажировку, – и на родине в его исполнении она молниеносно обрела статус шлягера. Именно этой песней вдохновлялись авторы первых советских твистов Саульский и Бабаджанян – их хиты во многом определили звучание оттепели и, по сути, расцвет советской эстрады.

После успеха Адриано создает свой лейбл «Клан Челентано», что дало ему свободу в творчестве на все последующие десятилетия. Тут он тоже первопроходец – до него в итальянском музыкальном бизнесе не существовало практики, когда сам певец занимался записью и выпуском своих же пластинок.

У Челентано-исполнителя никогда не было ревности к авторству песен, которые он пел. Челентано мог выступить полноценным автором музыки и слов, мог работать с кем-то в паре, но чаще всего песни для него писали другие сонграйтеры. Вокруг себя он собрал талантливых композиторов и поэтов-песенников, с которыми сочинял и исполнял постоянно рождавшиеся хиты, – среди них в разные годы были Паоло Конте (Azzurro), Джанни Белла (L’arcobaleno, Confessa) и, конечно, Тото Кутуньо. Последний написал для него Soli, Il tempo se ne va, Amore no, ставшие хитами конца 1970-х, и этим, как считается, вернул певца в топ хит-парадов. Кутуньо – автор музыки ко всем песням одного из самых успешных альбомов Адриано Un po’ artista un po’ no (1980). Примечательно многообразие музыкальных направлений, в которых Челентано работал – от рок-н-ролльных «зажигалок», баллад и блюза до диско, синти-попа и даже рэпа. Такая «всеядность» в плане стилистики и жанров сделала его репертуар, насчитывающий более шестисот песен, необычайно разнообразным и всегда современным.

Пестрой была тематика текстов, отнюдь не каждый раз посвященных любви. В 1966-м Челентано появляется на сцене с песней Il ragazzo della via Gluck («Парень с улицы Глюка») – его первой композицией с социально-политической проблематикой, которая в дальнейшем займет существенную часть в творчестве и будет отзываться в сердцах миллионов слушателей. Позже в рок-н-ролльном сингле с элементами рэпа Prisencolinensinainciusol (1972) Челентано применяет оригинальный прием – глоссолалию. Текст песни написан на вымышленном языке и ничего не обозначает – так он подчеркнул отсутствие общения между людьми и невозможность понять друг друга. В 1985-м Челентано выпускает смелый проект – фильм-мюзикл «Джоан Луй», где он выступил режиссером, сценаристом, композитором и исполнил главную роль. Джоан Луй, которого сыграл Адриано, – новый мессия, пришедший спасти Землю накануне конца света.

Кино – еще один невероятный успех Челентано. Он снялся в более чем сорока картинах и, играя разные типажи, везде смотрелся органично и естественно, хотя и не владел мастерством актерской профессии. Челентано становился украшением любого фильма и объектом внимания со стороны слабого пола. Благодаря исключительной харизме, пластике, неподражаемой темпераментности, он стал подлинным секс-символом среди миллионов поклонниц, притом что не мог похвастаться канонической мужской красотой, как Ален Делон или Марчелло Мастроянни.

Всего за шестьдесят лет Челентано выпустил более сорока студийных альбомов – цифра впечатляющая. В 1990-е и в начале XXI века певец продолжал дарить слушателям хиты – в России, например, особенно полюбились Ja Tebia Liubliu (1994) и Confessa (2002). Его голос оставался все таким же – сильным, гибким, артистичным и узнаваемым с характерной еле уловимой гнусавостью. И последний на сегодняшний день альбом 2016 года Le migliori – тому подтверждение.

При этом Челентано продолжал находиться в центре внимания общественной жизни Италии. В середине нулевых в первом же выпуске своего очередного авторского телешоу он устроил скандал, назвав премьер-министра Италии коррупционером, – Берлускони обиделся, но рейтинги передачи били все рекорды. А совсем недавно, в 2019 году, певец выпустил мультсериал Adrian в стиле «киберпанк»: герой с внешностью Челентано в 2068-м борется с авторитарным режимом. Да, такое самолюбование могло бы показаться несколько вызывающим, но ему от итальянского народа дан полный карт-бланш. Челентано не просто певец, композитор, поэт, актер, режиссер, сценарист, продюсер, телеведущий и общественный деятель – он национальная гордость и достояние Италии. А для миллионов людей на всей планете Адриано Челентано – уникальный и неповторимый феномен мировой культуры.