<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?><rss version="2.0"
	xmlns:content="http://purl.org/rss/1.0/modules/content/"
	xmlns:wfw="http://wellformedweb.org/CommentAPI/"
	xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/"
	xmlns:atom="http://www.w3.org/2005/Atom"
	xmlns:sy="http://purl.org/rss/1.0/modules/syndication/"
	xmlns:slash="http://purl.org/rss/1.0/modules/slash/"
	>

<channel>
	<title>виолончель &#8211; Критико-публицистический журнал «Музыкальная жизнь»</title>
	<atom:link href="https://muzlifemagazine.ru/tag/violonchel/feed/" rel="self" type="application/rss+xml" />
	<link>https://muzlifemagazine.ru</link>
	<description></description>
	<lastBuildDate>Thu, 19 Nov 2026 16:02:48 +0300</lastBuildDate>
	<language>ru-RU</language>
	<sy:updatePeriod>hourly</sy:updatePeriod>
	<sy:updateFrequency>1</sy:updateFrequency>
	<generator>https://wordpress.org/?v=6.5.14</generator>
	<item>
		<title>Знали с самого начала</title>
		<link>https://muzlifemagazine.ru/znali-s-samogo-nachala/</link>
		<pubDate>Fri, 23 Jun 2023 10:29:31 +0000</pubDate>
				<category><![CDATA[Конкурс Чайковского]]></category>
		<category><![CDATA[виолончель]]></category>

		<guid isPermaLink="false">https://muzlifemagazine.ru/?p=53386</guid>
		<description><![CDATA[Программа первого тура для виолончелистов осталась неизменной с предыдущего конкурса. Участники должны были исполнить Прелюдию ...]]></description>
				<content:encoded><![CDATA[<p style="text-align: justify;">Программа первого тура для виолончелистов осталась неизменной с предыдущего конкурса. Участники должны были исполнить Прелюдию и Сарабанду из сюит И.С.Баха № 3, 4, 5 или 6, Pezzo capriccioso Чайковского и один из каприсов Пиатти, соч. 25. Еще одно или несколько произведений исполнялись по выбору конкурсантов.</p><p style="text-align: justify;">Виолончельная география в этом году значительно сузилась: из двадцати пяти участников первого тура пятнадцать человек родом из России, шесть из Южной Кореи, двое из США, по одному из Китая и Австралии. Конкурсные прослушивания длились три дня в Малом зале Санкт-Петербургской филармонии.</p><p style="text-align: justify;">Первый день открывал 19-летний Марк Фахрутдинов. Марк показал себя техничным музыкантом с благородным звучанием, которому, впрочем, не хватает выразительности, внутренней наполненности. Следом на сцену вышел артист musicAeterna Андрей Ефимовский – в его исполнении больше всего запомнился сумрак сюиты для виолончели Гаспара Кассадо.</p><p style="text-align: justify;">Один из самых юных конкурсантов Даниил Никонов раскрылся как тонкий лирик в поэтичном исполнении Pezzo capriccioso и трех пьес-фантазий Шумана и как темпераментный виртуоз в третьей части Сонаты Золтана Кодая. Следующий участник Данила Владыко с первых нот покорил густым обволакивающим звуком виолончели работы Винченцо Руджери. Во всей красе он засиял в частях до-мажорной Сюиты № 3 Баха и ре-мажорной Сонате № 5 Бетховена.</p><p style="text-align: justify;">Во второй половине первого дня выступал Пак Сон Гын из Южной Кореи. К сожалению, ни в обязательной, ни в свободной программе (Сонате Дьёрдя Лигети) его волевому звучанию не хватило разнообразия тембров и чистоты интонаций. Всеволод Гузов, тонко прорабатывающий нюансы и штрихи своего репертуара, особенно впечатлил пламенным исполнением всей Сонаты Кодая.</p><p style="text-align: justify;">У австралийца Сэма Лукаса не было проблем с качеством интонирования или техники. Однако ему не хватало глубины, проживания исполняемых произведений – особенно это было заметно в частях до-минорной Сюиты № 5 Баха. Такого недостатка не было слышно у 18-летнего Богдана Ефремова. Музыкальностью, наполненностью живым чувством отличилась, среди прочего, «Итальянская сюита» Стравинского.</p><p style="text-align: justify;">Следующий день начался с выступления Лазаря Камински. Возможно, из-за волнения у юного американца страдало качество исполнения. Пожалуй, наиболее удачной вышла пьеса «Кол нидрей» Макса Бруха – серия вариаций на две темы из еврейской народной музыки. И все же второй день прослушиваний был богат на успешные выступления. Одно из них – Камиля Мухаметдинова. В своей программе он раскрылся как разносторонний музыкант, способный увлечь и глубокомысленным до-минорным Бахом, и прихотливым Дебюсси (Соната для виолончели и фортепиано).</p><p style="text-align: justify;">Удивительно похожими друг на друга, увы, становились произведения в программе китайца Вана Цзялэ. Со свойственной энергичностью он был склонен превращать шедевры Баха, Чайковского и Шумана во внеочередные каприсы Пиатти. Василию Степанову особенно удалась до-мажорная Соната для виолончели и фортепиано Прокофьева. Он органично сочетал изысканную прокофьевскую прохладу с его же душевными порывами. Следом выступал южнокореец Ли Дон Ёл – музыкант с богатой палитрой тембров, штрихов и образов. При очевидной тяге к деятельному началу (даже Pezzo capriccioso Ли исполняет с особой подвижностью) он способен на проникновенную лирику, сокровенность Сарабанды (Сюита № 3 Баха) и грациозность Седьмого каприса Пиатти.</p><p style="text-align: justify;">Вечером второго дня балом правили девушки. Мария Зайцева и Ли Ён Ын показали себя самобытными индивидуальностями. Обе убеждали в Бахе (кстати, Мария – единственная, кто использовал барочный смычок), в Чайковском и в каприсах. Ён Ын особенно удался Шуман (Адажио и аллегро), Марии – «Испанская народная сюита» де Фальи. У молодых людей дела обстояли не так радостно. Нам Чон Хона было увлекательно слушать, особенно его чувственное исполнение «Пампеаны» Хинастеры, – но, к сожалению, было слишком много интонационных неточностей. Даниил Зимин представил интересную программу (в нее, в том числе, входила Соната для виолончели и фортепиано Дебюсси) – но ей не хватало более детальной проработки.</p><p style="text-align: justify;">Третий день начался с выступления Ильи Михайлова – отдельно стоит отметить его деликатный штрих в Седьмом каприсе Пиатти и общее благородство звучания. У Ильи Измайлова наиболее удачной вышла Соната Шостаковича. Обоим виолончелистам, к сожалению, не хватило стабильности на протяжении всего выступления.</p><p style="text-align: justify;">Участница из США, Цан Фиона Фэй, справлялась технически с обязательной и свободной программой (она выбрала сонаты Лигети и Рихарда Штрауса) и демонстрировала высокую культуру звука. Однако пока ее исполнению не хватает наполненности живым чувством (или же опытом: Фиона одна из самых юных конкурсанток). Иван Сендецкий приковывал внимание к своим трактовкам уже привычных произведений. Особо приглянулась «Итальянская сюита» Стравинского: Иван усилил театральное начало этой музыки и будто приглашал зрителей вообразить свою версию балета «Пульчинелла», который является музыкальной основой сюиты.</p><p style="text-align: justify;">Наконец, в последний вечер первого тура наиболее яркими оказались выступления музыкантов из Южной Кореи Пак Сан Хёка и Кан Е Ын. Оба конкурсанта прекрасно справились с обязательной программой и блеснули в свободной. Сан Хёк околдовывал причудливой Сонатой для виолончели и фортепиано Бриттена, а Е Ын рассказывала полную отчаяния историю чьей-то жизни Сонатой Шостаковича. Менее убедительными оказались Арсений Безносиков и Софья Хускивадзе. Впрочем, Арсений порадовал проникновенным монологом частей до-минорной Сюиты Баха, а Софья кружила слушателей в «Воспоминаниях» Гаспара Кассадо.</p><p style="text-align: justify;">В первом часу ночи по московскому времени Александр Князев объявил фамилии счастливчиков, прошедших во второй тур Конкурса Чайковского. Никонов, Владыко, Гузов, Ефремов, Мухаметдинов, Степанов, Ли Дон Ёл, Зайцева, Ли Ён Ын, Сендецкий, Пак Сан Хёк, Кан Е Ын – их всего двенадцать. Рассчитывать на прецедент трех внеплановых пианистов не приходится. Как подытожил Князев, «это конкурс; и вы это знали с самого начала».</p><p><a class="a2a_button_vk" href="https://www.addtoany.com/add_to/vk?linkurl=https%3A%2F%2Fmuzlifemagazine.ru%2Fznali-s-samogo-nachala%2F&amp;linkname=%D0%97%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%20%D1%81%20%D1%81%D0%B0%D0%BC%D0%BE%D0%B3%D0%BE%20%D0%BD%D0%B0%D1%87%D0%B0%D0%BB%D0%B0" title="VK" rel="nofollow noopener" target="_blank"></a><a class="a2a_button_twitter" href="https://www.addtoany.com/add_to/twitter?linkurl=https%3A%2F%2Fmuzlifemagazine.ru%2Fznali-s-samogo-nachala%2F&amp;linkname=%D0%97%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%20%D1%81%20%D1%81%D0%B0%D0%BC%D0%BE%D0%B3%D0%BE%20%D0%BD%D0%B0%D1%87%D0%B0%D0%BB%D0%B0" title="Twitter" rel="nofollow noopener" target="_blank"></a></p>]]></content:encoded>
		<author>Вероника Калистратова</author>
	</item>
		<item>
		<title>Габриэль Джебран Якуб: Виолончель – это любовь</title>
		<link>https://muzlifemagazine.ru/gabriyel-dzhebran-yakub-violonchel/</link>
		<pubDate>Fri, 30 Apr 2021 06:14:01 +0000</pubDate>
				<category><![CDATA[Персона]]></category>
		<category><![CDATA[виолончель]]></category>
		<category><![CDATA[Габриэль Джебран Якуб]]></category>

		<guid isPermaLink="false">https://muzlifemagazine.ru/?p=31469</guid>
		<description><![CDATA[Вита Рамм (ВР) воспользовалась встречей c Габриэлем Якубом (ГЯ) и поговорила с мастером о нюансах изготовления новых инструментов, о дружбе с ведущими ...]]></description>
				<content:encoded><![CDATA[<div id="_idContainer000" class="Текстовый-фрейм"><p class="_-2_zag_small" style="text-align: justify;"><span class="_idGenDropcap-1">В</span>ита Рамм <span class="inreview">(<strong>ВР</strong>)</span> воспользовалась встречей c Габриэлем Якубом <span class="inreview">(<strong>ГЯ</strong>) </span>и поговорила с мастером о нюансах изготовления новых инструментов, о дружбе с ведущими музыкантами и идеальном инструменте.</p></div><div id="_idContainer002" class="_idGenObjectStyleOverride-1"><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ВР</span></strong> Какой величины был бы струнный оркестр, составленный из ваших инструментов?</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ГЯ</span></strong> Собрал бы свыше ста музыкантов. Только виолончелей было бы около шестидесяти. Мало, конечно, потому что Ростропович, помнится, в оркестр пригласил сто виолончелистов. Я считаю себя очень счастливым человеком, потому что в моей мастерской нет ни одного инструмента, ждущего музыканта. Я всегда работаю под конкретный заказ. А каждый инструмент – отдельная история. Это как своего рода кассета, записывающая тот самый момент жизни, который я проживаю в работе, как «черный ящик», самописец.</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ВР</span></strong> К сожалению, в 2020 году случилась невосполнимая утрата, и Александр Бузлов уже никогда не сыграет в таком оркестре…</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ГЯ</span></strong> Да, смерть Саши для меня большая личная трагедия. Он был не только прекрасным виолончелистом, игравшим и понимавшим тонкости моего инструмента. Он стал моим близким другом, с которым всегда было радостно встречаться, увлекательно обсуждать новости, книги, фильмы. Бывали моменты, когда Бузлов жил у меня дома и был мне просто как родной брат.</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ВР</span></strong> Помогает ли работе личное общение с музыкантом?</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ГЯ</span></strong> Да, очень. У нас было очень классное трио – я, Саша Рамм и Саша Бузлов. Они друг друга очень дополняли. По моей коже ходили мурашки, потому что, когда начинали беседовать о музыке два Александра, я чувствовал себя в раю. У каждого свой мир, и когда соединялись вместе, просто нужно было слушать. Саша Бузлов для меня – космос. Он много знал и щедро делился своими знаниями с друзьями, серьезно увлекался изучением человеческого мозга, законами восприятия и мироздания. Для меня он до сих пор живой. Саша говорил: «Представляешь, интернет. Мы же живем в нейросети… Тебя можно оцифровать, и ты можешь перейти в систему». Он сейчас и живет «в системе» – в YouTube, в Интернете, словно на своей новой планете. Он в это верил. И пусть физически его нет, но духовно он с нами. И, слава богу, что технологии позволили его увековечить. К счастью, есть записи в архиве Московской филармонии, CD…</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ВР</span></strong> Почему в струнных инструментах вы предпочтение отдаете виолончели?</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ГЯ</span></strong> Считаю, что мне в моей профессии очень сильно посчастливилось. Во-первых, моя мама – виолончелистка Ольга Дубенская. Это причина, по которой я начал заниматься на инструменте с детских лет. Когда родители поехали работать в Сирию, мама там преподавала в Дамаске в музыкальной школе, а я, будучи подростком, ей ассистировал. Во-вторых, я прожил полноценную жизнь виолончелиста – музыканта, работавшего в оркестре, игравшего камерные концерты и разъезжавшего по всему миру. При этом уже в те времена для меня скрипичное дело было возможностью прятаться в параллельном мире, уходить от реальности. А потом увлечение превратилось в основную работу, от которой я тоже иногда убегаю, – в ювелирный мир, другие разные дела.</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ВР</span></strong> Среди них было и сотрудничество с Даниэлем Баренбоймом?</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ГЯ</span></strong> Я очень люблю такие интересные системные музыкальные проекты. Когда работал в Кремоне, я был директором фонда Maestro Cremona (Maestro – это аббревиатура Music Appreciation for Enhancement &amp; Support of Talent Resources Organization). Великий Баренбойм тогда работал над проектом «Западно-­восточный диван»/West-­Eastern Divan, где он собрал музыкантов из арабских стран и из Израиля. Я делал такой же проект, в котором старался объединить мастеров и студентов из разных стран. Мы им оплачивали работу, и они под моим руководством делали инструменты. Потом мы эти инструменты дарили в фонд Баренбойма. Это была очень плодотворная работа.</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ВР</span></strong> Вы следите за жизнью своих инструментов? Меняются они в руках исполнителей?</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ГЯ</span></strong> Я бы сказал, что это как обувь. Одна и та же обувь на каждой ноге по-другому разнашивается. Это нормально, но есть мой «отпечаток пальца», который присутствует во всех моих инструментах, и я их могу узнать. И все сильнее и сильнее верю, что есть некая сила, которой музыкант заряжает инструмент своей энергетикой и эмоциями. Научного объяснения этому нет, но мои годы практики меня убедили, что не все можно объяснить. Думаю, что и не нужно.</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ВР</span></strong> Посчитано, что Страдивари в год изготавливал по двадцать пять скрипок…</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ГЯ</span></strong> …не стоит забывать, что он не один работал, а ему в семейной мастерской помогали и сыновья. Я работаю один, и это сложный процесс, медленный.</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ВР</span></strong> В этом году в Кремоне будет конкурс скрипичных мастеров. Вы будете участвовать?</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ГЯ</span></strong> Нет. Я уже давно не участвую в конкурсах скрипичных мастеров, нет такой цели. Для меня самый лучший конкурс – когда на моих инструментах играют конкурсанты и радуют публику.</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ВР</span></strong> Ваши инструменты могут участвовать и в конкурсах ювелиров или геральдики. Не мешают все дополнительные украшения звуку?</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ГЯ</span></strong> Не могу сказать, что я авангардист или сюрреалист, но делать то, что никто не может делать, мне нравится. Я рисую разные гербы, украшаю колки. Например, ювелиры не могут это сделать, потому что у нас разная техника и инструмент не будет звучать. Я же с колками работаю и как ювелир, и как мастер. Но я не первый в мире начал работать над внешним декором инструментов. В основном этим занимался Амати и французские мастера. А теперь я ищу свои гербы, нахожу тематику в любимых городах, островах и людях. Сейчас я делаю виолончель, которую посвящаю памяти друга нашей семьи Николая Даниловича Васильева. Он отец нынешнего ректора Петербургской консерватории Алексея Васильева. На инструменте будет герб Зубовых и колки с деталями герба. Граф Зубов для российской музыкальной истории важный человек. Он собрал огромную нотную библиотеку и в 1912 году основал первый в России институт истории искусств.</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ВР</span></strong> В процессе работы над инструментом важнее интуиция или точные математические расчеты, знания физики и химии? Сделать струнный инструмент – творчество или наука?</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ГЯ</span></strong> Профессию я постигал в Кремоне, у ведущих мастеров мира. Но главный мой учитель – Владимир Александрович Китов, талантливый, многогранный, уникальный петербуржец. Он работал в русском флоте, капитан первого ранга, изобретал антенны и акустические приборы. И он же за изготовление музыкальных инструментов стал лауреатом Конкурса Чайковского 1990 года. Его японцы так и не смогли уговорить, чтобы он поехал работать в фирме Yamaha. Он меня научил и ювелирному делу, и делился своими акустическими разработками. Ведь хороший звук – это вообще отдельное дело. О его бесценных уроках я всегда вспоминаю с огромной благодарностью.</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ВР</span></strong> Считается, что скрипичных дел мастера выполняют особую миссию. Ведь именно они помогают музыканту обрести свой голос.</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ГЯ</span></strong> Для большинства мастеров это ремесло. Рынок сейчас жестокий и капризный. Дилеры оптом скупают огромное количество инструментов. И такие заказы способны выполнять только артели. Но качество страдает. Не всем мастерам удается работать с музыкантами напрямую. Когда я жил в Кремоне, там было около 400 мастеров – официальных и неофициальных. А ведь в Кремоне нет ни одного оркестра. Музыкантов нет, но конкуренция дикая, покупатели приезжают со всего мира.</p><p class="_-10_interview_next_TXT" style="text-align: justify;">Сейчас я живу в Берлине, где десятки оркестров и очень много музыкантов, две консерватории, куча музыкальных школ, а мастеров, по-моему, около двадцати. Работы на всех хватает. Я же не фабрика, я одиночка. Если делаю дюжину инструментов в год, то почти не сплю.</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ВР</span></strong> И как же восстанавливаетесь?</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ГЯ</span></strong> В летний период времени я беру паузу и отправляюсь на яхте в море. Там я заряжаюсь новой энергией и обдумываю, что буду делать в течение года. Большую эмоциональную подпитку получаю, общаясь и с нашими ведущими артистами – Валерием Гергиевым, Денисом Мацуевым, Борисом Андриановым. Я не раз лично видел, как российская публика горячо воспринимает их уникальные фестивали. Невозможно переоценить их вклад в сохранение и развитие в России академической музыкальной культуры.</p><div style="width: 100%; font-style: italic; font-size: 1.2rem; margin-top: 1rem; text-align: right;"><img decoding="async" class="alignleft wp-image-31472 size-full" src="https://muzlifemagazine.ru/wp-content/uploads/2021/04/04-17-Masterskaya_3.jpg" alt="" width="2575" height="1134" srcset="https://muzlifemagazine.ru/wp-content/uploads/2021/04/04-17-Masterskaya_3.jpg 2575w, https://muzlifemagazine.ru/wp-content/uploads/2021/04/04-17-Masterskaya_3-600x264.jpg 600w, https://muzlifemagazine.ru/wp-content/uploads/2021/04/04-17-Masterskaya_3-768x338.jpg 768w, https://muzlifemagazine.ru/wp-content/uploads/2021/04/04-17-Masterskaya_3-1024x451.jpg 1024w" sizes="(max-width: 2575px) 100vw, 2575px" />Слева: Украшение колка подсказал вензель Великого князя Алексея Александровича <br />на парадной ограде Санкт-Петербургского Дома музыки.<br />Справа: Спинка скрипки — на копии скрипки из квартета графа Шереметева <br />его герб Deus conservat omnia / «Бог сохраняет все»</div><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ВР</span></strong> Есть ли для вас лично идеальная скрипка, идеальная виолончель?</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ГЯ</span></strong> Я со звуком плюс-минус разобрался. Мне Кремона еще помогла и в том, что там перепробовал огромное количество виолончелей моих коллег. И учился на чужих ошибках. Было очень важно для меня понять, где в процессе работы совершена ошибка.</p><p class="_-10_interview_next_TXT" style="text-align: justify;">Идеальный для меня инструмент появился не сразу. Поначалу я думал, что им станет виолончель Монтаньяна, на которой играет Йо-­Йо Ма. Мне повезло позаниматься с ним. Он даже вставил в документальный фильм о себе этот эпизод. Мне тогда было девятнадцать лет. Помню, как я взял его виолончель и «переспал» с ней в буквальном смысле два дня, потому что попросил: «Могу ли я снять копию, размер и так далее?». Он сказал, что нет проблем, – и уехал на два дня. Виолончель стоила около трех миллионов долларов. Я даже не мог выйти из комнаты, боялся, что ее украдут. К виолончели у меня были вопросы, но я их очень быстро разгадал. И сделал только одну копию этого инструмента. Мой идеал – это первая виолончель Антонио Страдивари Gore-­Booth 1710 года, некогда принадлежавшая Ротшильдам. Я на ней поиграл и влюбился. Мне разрешили снять лекала с инструмента, и сейчас на его копии играет Александр Рамм. Такой же прекрасный инструмент Страдивари, сделанный в 1711 году. И на нем играет Сергей Павлович Ролдугин. А эталон среди скрипок – работа выдающегося мастера Кремоны Александра Крылова. На этом инструменте играет его сын – Сергей Крылов, художественный руководитель Камерного оркестра Литвы.</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ВР</span></strong> Одинаковые «деревяшки», из которых склеивается ­что-то красивое, а звучат по-разному. Почему?</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ГЯ</span></strong> «Деревяшки» никогда не бывают одинаковые. Это как отпечатки пальцев. У каждой моей виолончели есть свое оригинальное имя и собственный декор.</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ВР</span></strong> Задам и вопрос на модную тему. Женщин-­дирижеров в академической музыке уже приветствуют наравне с мужчинами. Есть ли женщины – мастера скрипичных дел?</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ГЯ</span></strong> Конечно, есть. В той же Кремоне работают много девушек из разных стран. Я, например, восхищаюсь творчеством моей коллеги Марии Стрельниковой, которая обучалась работе с деревом в Москве, в художественной академии.</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ВР</span></strong> Как тут не вспомнить живопись. Виолончель чаще, чем скрипка, вдохновляла и многих художников.</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ГЯ</span></strong> Шагал писал виолончелиста, Модильяни, Пикассо. Вы знаете, что Пикассо дружил с Ростроповичем. Была такая интересная байка, похожа и на правду. После застолья с Пикассо маэстро подарил ему уникальный смычок, а тот ему картину. А на следующий день, уже на свежую голову, позвонил Пикассо и сказал: «Слушай, я у тебя оставил смычок. Ты меня извини, он стоит очень дорого». А тот ответил: «Да, но моя картина скоро будет стоить в сто раз больше». Для живописи, на мой взгляд, скрипка очень маленькая и потому акцент на картине всегда на фигуре музыканта. А виолончель, ­все-таки, похожа на человеческое тело. У нее красивые и вдохновляющие формы.</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ВР</span></strong> Последняя картина Сальвадора Дали так и называется: «Ласточкин хвост и виолончель». Но ­почему-то художник считал, что виолончель – инструмент для трагической музыки.</p><p class="_-9_interview_TXT" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ГЯ</span></strong> Дали написал около двадцати картин с виолончелью. Это все 1983 год. Он тогда переживал смерти своего ближайшего друга и своей музы Галы. Дали очень любил виолончель, и его сиделка ему играла. Голос виолончели – это голос человека. Это может быть женщина, и потому тембр более спокойный, более уравновешенный, мудрый и так далее. Но я бы не стал ассоциировать инструмент с трагедией. В фильмах виолончель часто звучит и в эпизодах любви.<img decoding="async" class="_idGenObjectAttribute-1" src="file:///Users/korolev-namazov/Yandex.Disk.localized/%D0%97%D0%B0%D0%B3%D1%80%D1%83%D0%B7%D0%BA%D0%B8/MZ-2021-04-HTML/04-17-%D0%9C%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%B5%D1%80%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F-web-resources/image/1.jpg" alt="" /></p></div><p><a class="a2a_button_vk" href="https://www.addtoany.com/add_to/vk?linkurl=https%3A%2F%2Fmuzlifemagazine.ru%2Fgabriyel-dzhebran-yakub-violonchel%2F&amp;linkname=%D0%93%D0%B0%D0%B1%D1%80%D0%B8%D1%8D%D0%BB%D1%8C%20%D0%94%D0%B6%D0%B5%D0%B1%D1%80%D0%B0%D0%BD%C2%A0%D0%AF%D0%BA%D1%83%D0%B1%3A%20%D0%92%D0%B8%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%BD%D1%87%D0%B5%D0%BB%D1%8C%C2%A0%E2%80%93%20%D1%8D%D1%82%D0%BE%20%D0%BB%D1%8E%D0%B1%D0%BE%D0%B2%D1%8C" title="VK" rel="nofollow noopener" target="_blank"></a><a class="a2a_button_twitter" href="https://www.addtoany.com/add_to/twitter?linkurl=https%3A%2F%2Fmuzlifemagazine.ru%2Fgabriyel-dzhebran-yakub-violonchel%2F&amp;linkname=%D0%93%D0%B0%D0%B1%D1%80%D0%B8%D1%8D%D0%BB%D1%8C%20%D0%94%D0%B6%D0%B5%D0%B1%D1%80%D0%B0%D0%BD%C2%A0%D0%AF%D0%BA%D1%83%D0%B1%3A%20%D0%92%D0%B8%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%BD%D1%87%D0%B5%D0%BB%D1%8C%C2%A0%E2%80%93%20%D1%8D%D1%82%D0%BE%20%D0%BB%D1%8E%D0%B1%D0%BE%D0%B2%D1%8C" title="Twitter" rel="nofollow noopener" target="_blank"></a></p>]]></content:encoded>
		<author>Вита Рамм</author>
	</item>
		<item>
		<title>Йенс Петер Майнц: Необходимо стараться извлекать максимум из себя и своих учеников</title>
		<link>https://muzlifemagazine.ru/yens-peter-maync-neobkhodimo-starats/</link>
		<pubDate>Wed, 07 Apr 2021 08:00:33 +0000</pubDate>
				<category><![CDATA[Персона]]></category>
		<category><![CDATA[виолончель]]></category>
		<category><![CDATA[Йенс Петер Майнц]]></category>
		<category><![CDATA[Сочи]]></category>
		<category><![CDATA[фестиваль]]></category>
		<category><![CDATA[Юрий Башмет]]></category>

		<guid isPermaLink="false">https://muzlifemagazine.ru/?p=31030</guid>
		<description><![CDATA[В программе заключительного гала-концерта XIV Зимнего международного фестиваля искусств Юрия Башмета в Сочи выступил известный ...]]></description>
				<content:encoded><![CDATA[<p style="text-align: justify;">В программе заключительного гала-концерта XIV Зимнего международного фестиваля искусств Юрия Башмета в Сочи выступил известный немецкий виолончелист Йенс Петер Майнц. Вместе с  Всероссийским юношеским симфоническим оркестром под управлением Юрия Башмета он исполнил Виолончельный концерт ля минор, соч.129 Роберта Шумана.</p><p style="text-align: justify;">Лауреат I премии Международного музыкального конкурса ARD в Мюнхене, Йенс Петер Майнц сотрудничает с выдающимися дирижерами современности, участвует в камерных программах, успешно сочетая насыщенную преподавательскую деятельность в Германии и Испании. В числе ряда записей музыканта сольный альбом с произведениями Баха, Дютийе и Кодая, выпущенный на лейбле Sony Classical, отмечен престижной немецкой премией ECHO Klassik.</p><p style="text-align: justify;">Накануне концерта в Сочи корреспондент «Музыкальной жизни» Виктор Александров (<strong>ВА</strong>) побеседовал с Йенсом Петером Майнцем (<strong>ЙПМ</strong>) о возвращении к привычной концертной жизни, симпатии к России, немецкой виолончельной школе, Люцернском фестивале, коллекции виолончелей и многом другом.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ВА </strong>Какие чувства вызвало у вас участие в международной музыкальной Академии Зимнего фестиваля искусств в Сочи?</p><p style="text-align: justify;"><strong>ЙПМ</strong> Я рад снова вернуться в Россию. Три года назад участвовал  в образовательной программе Академии сочинского фестиваля Юрия Башмета. Но сейчас действительно сложилась особая ситуация, потому что из-за пандемии в Германии практически ничего не происходит, отменены все концерты, фестивали, в том числе образовательные проекты. Я даже не мечтал о том, что смогу возобновить концертную жизнь и вновь приехать в Россию. Мне чудом удалось получить документы на визу за два дня до отъезда. Это было большое приключение!  Участие в программе Зимнего фестиваля Юрия Башмета в Сочи много значит для меня. Я провёл здесь серию мастер-классов за полгода после перерыва. Слушая каждого из музыкантов, открыл для себя немало ярких имён. Думаю, что исполнительский уровень оказался значительно выше, чем три года назад.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ВА </strong>Трудно ли сегодня разглядеть талантливых музыкантов? Что им не хватает?</p><p style="text-align: justify;"><strong>ЙПМ</strong> Непросто. Сейчас много  разных молодых исполнителей. Я играл вместе с Всероссийским юношеским симфоническим оркестром и заметил там немало крепких виртуозных виолончелистов. Они ещё очень молоды, некоторым по 13 и 15 лет, но в каждом из них уже заложен невероятный творческий потенциал.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ВА </strong>Поговорим о вашем педагоге Давиде Герингасе. Чему он научил вас и что старался передать ученикам в своих исполнительских секретах?</p><p style="text-align: justify;"><strong>ЙПМ </strong>Благодаря этому невероятно искреннему человеку я узнал о стилистическом разнообразии репертуара для нашего инструмента. Уникальные музыкантские качества действительно отличают Герингаса от ряда других исполнителей. Посмотрите, сколько у него инструментов! Помимо пятиструнной виолончели он заказал себе специальную виолончель да гамба для исполнения Шестой виолончельной сюиты Баха, а также баритон — музыкальный инструмент, сопоставимый с виолончелью, который регулярно использовался в Европе до конца XVIII века. Он понадобился Герингасу для исполнения произведений Гайдна. И на всех этих инструментах он гениально играет до сих пор — у него  такой удивительный, гибкий звук и большое разнообразие тембральных оттенков. Давид Герингас многое унаследовал от своего великого учителя Мстислава Ростроповича. Он мог тоже чему-то научиться от Герингаса, а тот, в свою очередь, от нас — учеников, его последователей. Необходимо стараться извлекать максимум из себя и своих учеников.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ВА</strong> Герингас чувствовал атмосферу братства в своём классе?</p><p style="text-align: justify;"><strong>ЙПМ</strong> Да, когда он выиграл международный конкурс имени Чайковского, его ученики в немецком Любеке тоже были готовы к участию в музыкальных состязаниях. Конкурсы ведь сами по себе очень спорны. Для меня важен не результат, а подготовка. Когда студенты становятся профессионалами и внимательно изучают репертуар, независимо от того, выиграют они или нет — это зависит от многих совпадений. Я часто сижу в жюри на конкурсах. В моём классе в Берлине и Мадриде есть много победителей. У каждого из этих молодых профессионалов есть прекрасная возможность привлечь к себе внимание в музыкальной жизни.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ВА </strong>Можно ли сегодня вообще говорить о немецкой виолончельной школе?</p><p style="text-align: justify;"><strong>ЙПМ</strong> Если честно, я скептически отношусь к этому. Большинство педагогов представляли разные национальные школы: Давид Герингас — Литву, Борис Пергаменщиков — Россию, Франс Хельмерсон —  Швецию. Сегодня в Германии немало виолончелистов, их последователей, все они мои коллеги: Вольфганг Шмидт, Йоханнес Мозер, Николас Альтштедт и другие.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ВА </strong>Йенс Петер, как вы сочетаете игру в оркестре с камерным исполнительством?</p><p style="text-align: justify;"><strong>ЙПМ </strong>Я всегда старался быть как можно более разносторонним, чтобы охватить все области, которые существуют в музыке, особенно это касается виолончели. Как раз в этом мне помог опыт игры в Немецком симфоническом оркестре Берлина, который я покинул в 2004 году, когда получил место профессора виолончели в Университете искусств немецкой столицы. Сейчас я играю каждое лето в знаменитом фестивальном оркестре Люцерна. Счастлив снова возвращаться туда! К сольным выступлениям и игре в камерных ансамблях я тоже неравнодушен.  Я делаю только то, что мне нравится. Среди моих замечательных партнёров по камерному ансамблю: Янин Янсен, Юлиан Рахлин, Борис Бровцын, Торлейф Тедеен, Коля Блахер, Изабелла Фауст, Антуан Тамести и многие другие.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ВА</strong> А как вы попали в Люцернский фестивальный оркестр?</p><p style="text-align: justify;"><strong>ЙПМ </strong>До сих пор удивляюсь тому, как быстро летит время. Уже четырнадцать лет минуло с той поры, когда я впервые попал в этот уникальный коллектив. Возможно, это синтез случая и удачи, а может, и определённой репутации. В тот момент место концертмейстера виолончелей в оркестре оказалось вакантным. Концертмейстер альтов Вольфрам Христ спросил меня: <em>«Не хотел бы я занять эту позицию»? </em>Oн просто позвонил мне, и порекомендовал меня Клаудио Аббадо. А потом я уже играл с ними концерты. Это вообще такой необычный оркестр, в котором есть репетиции, но нет никаких прослушиваний. Тебя просто приглашают в общую команду друзей-единомышленников. Я бы назвал её ещё такой командой «звёзд», в которой каждый исполнитель — легендарная личность!</p><p><img loading="lazy" decoding="async" width="1024" height="681" class="alignnone size-large wp-image-31032" src="https://muzlifemagazine.ru/wp-content/uploads/2021/04/049_for-Web_DUX_5228-Molchanovsky-Alexei-1024x681.jpg" alt="" srcset="https://muzlifemagazine.ru/wp-content/uploads/2021/04/049_for-Web_DUX_5228-Molchanovsky-Alexei-1024x681.jpg 1024w, https://muzlifemagazine.ru/wp-content/uploads/2021/04/049_for-Web_DUX_5228-Molchanovsky-Alexei-600x399.jpg 600w, https://muzlifemagazine.ru/wp-content/uploads/2021/04/049_for-Web_DUX_5228-Molchanovsky-Alexei-768x511.jpg 768w, https://muzlifemagazine.ru/wp-content/uploads/2021/04/049_for-Web_DUX_5228-Molchanovsky-Alexei.jpg 1200w" sizes="(max-width: 1024px) 100vw, 1024px" /></p><p style="text-align: justify;"><strong>ВА</strong> Замечательно, что преемником традиций Люцернского фестивального оркестра сегодня является последователь Клаудио Аббадо, его ученик Риккардо Шайи. Что вас больше всего вдохновляет в каждом из этих дирижёров?</p><p style="text-align: justify;"><strong>ЙПМ </strong>Я верю, что дух  эпохи основателей в этом оркестре жив до сих пор. Риккардо Шaйи нельзя сравнивать с Клаудио Аббадо. Результат его фантастических концертов  — это всегда запредельно высокое качество и верх блаженства, но несколько в ином ключе. Клаудио Аббадо был волшебником и магом на концерте, во время которого мог творить непредсказуемые чудеса! Как и Шайи, он не любил больших разговоров с оркестром во время репетиций. Но у маэстро Шайи они более рациональные. Он работает очень продуманно и структурированно. Его педантичный подход к работе с оркестром  впечатляет! Я помню дебют Шайи в 2016 году с Люцернским фестивальным оркестром. Восьмая симфония Густава Малера — колоссальное по масштабам и драматургии произведение. Космический масштаб интерпретации Шайи вдохновил не только музыкантов оркестра, но и публику, которую дирижёр буквально загипнотизировал. Сотрудничество с Клаудио Аббадо и Риккардо Шайи оставило неизгладимый след в моей артистической карьере.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ВА</strong> Возвращаясь к сфере камерной музыки, у вас немало разных проектов. Продолжаете ли игру в составе гамбургского фортепианного трио «Фонтане»?</p><p style="text-align: justify;"><strong>ЙПМ </strong>Я пришёл в этот ансамбль около 2000 года. Само трио существовало ещё задолго до меня. В 1998 году мой предшественник Никлас Шмидт принял решение покинуть состав, а я с удовольствием согласился занять его место. Семь лет спустя, трио окончательно распалось. Мы путешествовали с гастролями, у нас было очень много времени, чтобы выработать определённый исполнительский стиль. В камерной музыке всегда есть две крайности: либо вы репетируете очень долго, в течение многих лет, когда все нюансы выверены до мелочей, либо выбираете другой экстремальный способ: собраться на фестивале и выступить с концертом без репетиции. На сцене неизбежно возникнет что-то такое особенное, чего невозможно достигнуть на репетициях, а именно тот самый момент непредсказуемости, который так иногда помогает в камерном ансамбле. Мне нравятся оба подхода. Но с трио «Фонтане» мы всегда достигали высокого художественного результата благодаря репетициям, на которых мы постоянно сверяли технические нюансы и множество других музыкальных мелочей.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ВА</strong> Педагогическая работа у вас сейчас отнимает больше времени от участия в концертах?</p><p style="text-align: justify;"><strong>ЙПМ </strong>Я стараюсь находить равноценный баланс, потому что живу в Берлине. Параллельно преподаю в элитарной Высшей школе музыки Королевы Софии в Мадриде. Но там у меня значительно меньше студентов. В пандемию я научился вести уроки по компьютеру. Это немного по-другому, но, всё-таки, неплохо работает. Надеюсь, скоро смогу наконец-то попасть в испанскую столицу.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ВА </strong>Йенс Петер, расскажите немного о ваших виолончелях.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ЙПМ </strong>У меня три инструмента. Мою любимую виолончель знаменитого миланского мастера Джованни Гранчино (копия работы 1696 года) мне одолжило одно частное лицо, так что это не моя собственность. Невероятно повезло получить такой драгоценный инструмент в личное пользование! Двадцать лет назад я приобрёл другую виолончель, кремонского мастера Франческо Руджери — тоже очень красивый и гибкий инструмент. А ещё у меня есть современная виолончель. По форме она напоминает барочную, их вообще сложно отличить! Главное, интенсивно позаниматься, иначе всё прозвучит довольно сумбурно. У виолончели Джованни Гранчино интересная судьба. В XIX веке она принадлежала знаменитому бельгийскому музыканту, который в своё время был одним из лучших виртуозов и даже давал концерты в России. У него была ещё виолончель Страдивари. Обе с великолепной амплитудой звучания. Вот этой виолончели Гранчино, которая сейчас у меня в руках, 330 лет! И она хорошо сохранилась, практически в идеальном состоянии. Не каждый инструмент достигает такого солидного возраста…</p><p style="text-align: justify;"><strong>ВА</strong> Для программы в Сочи вы выбрали один из лучших немецких романтических концертов — Виолончельный концерт Роберта Шумана. Какое место он занимает в вашем репертуаре?</p><p style="text-align: justify;"><strong>ЙПМ </strong>Это вообще особенное для меня произведение, прежде всего, по чисто биографическим причинам. Я его сыграл впервые в своей жизни с симфоническим оркестром. Это было очень давно.  С тех пор каждый раз, когда снова играю этот концерт Шумана, нахожу в нём новые краски и нюансы, погружаясь в звуковой мир этой партитуры. Сегодня существует немало вариантов исполнения Виолончельного концерта Шумана, некоторые я считаю ошибочными, прежде всего, в отношении темпов и артикуляции. Моя трактовка тоже постоянно меняется. Я учусь всё время у своих учеников. Ведь когда ты преподаёшь, то сам себя учишь. В этом сочинении, которое сам Шуман считал почему-то весёлым, немало трагических аспектов. Что он имел в виду? Это же не только депрессивноe, но ещё и очень весеннее произведение, полное любви и надежды. Об этих настроениях необходимо помнить во время игры, равно как и о темпах. Шуман вообще не позволял ничего менять, хотя некоторые виолончелисты ему смело заявляли о невозможности играть якобы в запредельно быстрых темпах<em>. </em>Если играть финал концерта не так подвижно, как обычно, то получается какой-то горделивый марш. Необходимо всё время что-то искать в интерпретациях. И я подумал, как интересно было бы взглянуть иначе на эту партитуру с музыкантами Всероссийского юношеского оркестра.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ВА</strong> Как вы воспринимаете возвращение к концертной жизни в России в отличие от Германии, где до сих пор продолжается затянувшийся локдаун?</p><p style="text-align: justify;"><strong>ЙПМ </strong>Я искренне поздравляю россиян с изобретением вакцины Спутник V. Это действительно большое достижение! Я невероятно счастлив, что смог приехать в Сочи для участия в концертах и мастер-классах. Ещё пока не знаю, когда мне сделают прививку, но думаю, это займёт много времени. В Германии я по-прежнему буду носить маску. Вернувшись домой, мне будет нужно подумать, когда у меня следующий концерт, который пока всё ещё находится в стадии обсуждения. Может быть, в апреле смогу что-нибудь сыграть, пока не знаю.</p><p><a class="a2a_button_vk" href="https://www.addtoany.com/add_to/vk?linkurl=https%3A%2F%2Fmuzlifemagazine.ru%2Fyens-peter-maync-neobkhodimo-starats%2F&amp;linkname=%D0%99%D0%B5%D0%BD%D1%81%20%D0%9F%D0%B5%D1%82%D0%B5%D1%80%20%D0%9C%D0%B0%D0%B9%D0%BD%D1%86%3A%20%D0%9D%D0%B5%D0%BE%D0%B1%D1%85%D0%BE%D0%B4%D0%B8%D0%BC%D0%BE%20%D1%81%D1%82%D0%B0%D1%80%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%81%D1%8F%20%D0%B8%D0%B7%D0%B2%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D0%B0%D1%82%D1%8C%20%D0%BC%D0%B0%D0%BA%D1%81%D0%B8%D0%BC%D1%83%D0%BC%20%D0%B8%D0%B7%20%D1%81%D0%B5%D0%B1%D1%8F%20%D0%B8%20%D1%81%D0%B2%D0%BE%D0%B8%D1%85%20%D1%83%D1%87%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%B2" title="VK" rel="nofollow noopener" target="_blank"></a><a class="a2a_button_twitter" href="https://www.addtoany.com/add_to/twitter?linkurl=https%3A%2F%2Fmuzlifemagazine.ru%2Fyens-peter-maync-neobkhodimo-starats%2F&amp;linkname=%D0%99%D0%B5%D0%BD%D1%81%20%D0%9F%D0%B5%D1%82%D0%B5%D1%80%20%D0%9C%D0%B0%D0%B9%D0%BD%D1%86%3A%20%D0%9D%D0%B5%D0%BE%D0%B1%D1%85%D0%BE%D0%B4%D0%B8%D0%BC%D0%BE%20%D1%81%D1%82%D0%B0%D1%80%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%81%D1%8F%20%D0%B8%D0%B7%D0%B2%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D0%B0%D1%82%D1%8C%20%D0%BC%D0%B0%D0%BA%D1%81%D0%B8%D0%BC%D1%83%D0%BC%20%D0%B8%D0%B7%20%D1%81%D0%B5%D0%B1%D1%8F%20%D0%B8%20%D1%81%D0%B2%D0%BE%D0%B8%D1%85%20%D1%83%D1%87%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%B2" title="Twitter" rel="nofollow noopener" target="_blank"></a></p>]]></content:encoded>
		<author>Виктор Александров</author>
	</item>
		<item>
		<title>Un moment musical chez les Schumann Robert, Georg et Camillo Schumann Cyrielle Golin violoncello Antoine Mourlas piano Klarthe Records</title>
		<link>https://muzlifemagazine.ru/un-moment-musical-chez-les-schumann-robert-georg-et-camillo-schumann-cyrielle-golin-violoncello-antoine-mourlas-piano-klarthe-records/</link>
		<pubDate>Wed, 26 Aug 2020 10:06:27 +0000</pubDate>
				<category><![CDATA[Релизы]]></category>
		<category><![CDATA[Антуан Мурлас]]></category>
		<category><![CDATA[виолончель]]></category>
		<category><![CDATA[Георг Шуман]]></category>
		<category><![CDATA[Камилло Шуман]]></category>
		<category><![CDATA[Роберт Шуман]]></category>
		<category><![CDATA[Сирьель Голен]]></category>
		<category><![CDATA[фортепиано]]></category>

		<guid isPermaLink="false">http://muzlifemagazine.ru/?p=25679</guid>
		<description><![CDATA[Романтизм – как мироощущение – жив! Господствовал в девятнадцатом веке, не был окончательно похоронен в ...]]></description>
				<content:encoded><![CDATA[<p style="text-align: justify;">Романтизм – как мироощущение – жив! Господствовал в девятнадцатом веке, не был окончательно похоронен в двадцатом и вновь процветает в двадцать первом! Не только жив, но и востребован – особенно в нашем, далеком от романтики «сегодня».</p><p style="text-align: justify;">Это первая мысль, которая возникает после прослушивания концертов двух музыкантов, отличающихся яркой индивидуальностью, – французской виолончелистки Сирьель Голен и пианиста франко-греческого происхождения Антуана Мурласа. Диск, увековечивающий эти концерты и записанный на лейбле Klarthe Records, носит весьма скромное название Un moment musical chez les Schumann – «Музыкальный момент с Шуманами». Интрига: да, да, с тремя Шуманами! Хотя широкая аудитория знакома всего с одним – Робертом. Двое других – братья Георг (1866–1952) и Камилло (1872–1946) – не являются никакими родственниками своего гениального земляка, да и известностью явно обделены. Правда, в Саксонии такая несправедливость устраняется, чему способствует существующее с 2000 года Общество Георга Шумана (Georg Schumann Gesellschaft) – композитора, пианиста, скрипача, дирижера, хормейстера и педагога, профессора и директора прославленной Певческой академии в Берлине (Sing-Akademie zu Berlin), – сохраняющее его наследие. О Камилло, композиторе и выдающемся органисте, здесь также не забывают. Но, повторим, за пределами Германии «Шуманы XX века» знакомы очень немногим. Тем ценнее та просветительская задача, которую в числе прочих поставили перед собой Сирьель Голен и Антуан Мурлас: воскресить незаслуженно забытые имена. Достаточно сказать, что музыканты впервые осуществили запись Виолончельной сонаты № 1 ор. 59 Камилло Шумана, фактически дав ей второе рождение.</p><p style="text-align: justify;">Но данный диск интересен не только своими просветительскими, но и чисто эстетическими целями. Требование сегодняшнего дня – оригинальная концепция концертной программы. Голен и Мурлас предлагают сопоставить в одном концерте произведения композиторов не только, мягко говоря, различной степени известности, но и разделенных временной пропастью более чем в полтора века. Но при этом они не пытаются «выяснять отношения» и сравнивать уровень дарования трех Шуманов. Да и «переклички времен» не происходит, так как на первый взгляд вообще может показаться, что все произведения написаны примерно в одни и те же годы. Скажем еще более «кощунственную» вещь: и одним композитором. По крайней мере, по духу (явное влияние Брамса, особенно чувствующееся в сонате Георга Шумана, педалировать не будем). А ведь Георг и Камилло, между прочим, фактически современники Шёнберга! Однако в творчестве обоих влияние их великого однофамильца явно одержало верх (стилистические тонкости раннего, позднего, нео- и прочих романтизмов в данном случае отбрасываются за ненадобностью).</p><p style="text-align: justify;">Итак, Соната Камилло Шумана, написанная в 1905 году, открывает программу «Музыкального момента». И сразу устанавливает высокий градус романтизма, можно сказать, в чистом виде. Этому способствует уже сам дуэт виолончели и фортепиано, обладающий наиболее «очеловеченным» звучанием из всех инструментальных ансамблей. Сирьель Голен и Антуан Мурлас прекрасно «спелись». Они чувствуют друг друга буквально на телепатическом уровне, действуя синхронно и максимально используя богатство тембровой палитры своих инструментов, не пропустив ни одной светотени, ни одного мало-мальски значимого нюанса. Произведение поистине рождается заново, благодаря изысканной интерпретации и мастерству музыкантов! Теплота и нежность, но в то же время порывистость и страстность первой части (Allegro moderato) сменяется меланхоличным и созерцательным Анданте (Andante cantabile edespressivo), в свою очередь, уступающим место драматичному и виртуозному финалу (Allegromolto). На протяжении всего произведения деликатное туше Антуана Мурласа особенно впечатляет на фоне насыщенного и глубокого, «грудного» звучания виолончели Сирьель Голен.</p><p style="text-align: justify;">Центральное место программы по праву отдано «главному романтику всех времен и народов» Роберту Шуману. Его «Пять пьес в народном духе» для виолончели и фортепиано ор. 102 – «привет» из 1849 года – это пять музыкальных иллюстраций к шкале человеческих эмоций. В Vanitas vanitatum (с ремаркой «Mit Humor») вместо залихватской застольной песни «с юморком» о тщете всего сущего мы слышим затаенную боль разочарования. Таинственная, шепотом пропетая вторая пьеса (Langsam) – колыбельная матери, убаюкивающей первенца. Третий номер цикла (Nicht Schnell, mit viel Ton zu spielen) отсылает слушателя к образам «Любви поэта»; ее истаивающая виолончельная кантилена убеждает: «С чувствами не играют, это слишком серьезно!» Четвертая пьеса (Nicht zu rasch) – сияющая, полная ярких эффектов и одновременно трепетная – квинтэссенция «духа романтизма». А еще полная противоположность «своим соседям по циклу», особенно финальной (Stark und markirt) – наиболее драматичной и страстной из всех пяти пьес. Если бы шумановский цикл не игрался довольно часто различными дуэтами, то можно было бы смело сказать, что безукоризненное и эмоционально обостренное исполнение Голен и Мурласа и ему подарило второе рождение!</p><p style="text-align: justify;">Но недаром программу венчает Виолончельная соната ор. 19 Георга Шумана, написанная в 1898 году. Первая часть (Allegro moderato con molto espressione), несмотря на свою некоторую мрачность и трагичность, буквально олицетворяет собой пресловутый «дух романтизма». Conmolto espressione можно было бы поставить эпиграфом ко всей программе, ко всему диску. И, благодаря бьющей через край энергетике музыкантов, этому espressione мы отдаемся сполна. Получив некоторую передышку на медленное и печальное Анданте (Andante cantabile), мы вновь с головой окунаемся в вихрь драматичного и порывистого финала (Allegro energico confuoco). Все! Душа нараспашку!</p><p style="text-align: justify;">Пожалуй, Голен и Мурлас дали всем современным романтикам уверенность в том, что их идеалы будут жить еще по меньшей мере века полтора.</p><p><a class="a2a_button_vk" href="https://www.addtoany.com/add_to/vk?linkurl=https%3A%2F%2Fmuzlifemagazine.ru%2Fun-moment-musical-chez-les-schumann-robert-georg-et-camillo-schumann-cyrielle-golin-violoncello-antoine-mourlas-piano-klarthe-records%2F&amp;linkname=Un%20moment%20musical%20chez%20les%20Schumann%20Robert%2C%20Georg%20et%20Camillo%20Schumann%20Cyrielle%20Golin%20violoncello%20Antoine%20Mourlas%20piano%20Klarthe%20Records" title="VK" rel="nofollow noopener" target="_blank"></a><a class="a2a_button_twitter" href="https://www.addtoany.com/add_to/twitter?linkurl=https%3A%2F%2Fmuzlifemagazine.ru%2Fun-moment-musical-chez-les-schumann-robert-georg-et-camillo-schumann-cyrielle-golin-violoncello-antoine-mourlas-piano-klarthe-records%2F&amp;linkname=Un%20moment%20musical%20chez%20les%20Schumann%20Robert%2C%20Georg%20et%20Camillo%20Schumann%20Cyrielle%20Golin%20violoncello%20Antoine%20Mourlas%20piano%20Klarthe%20Records" title="Twitter" rel="nofollow noopener" target="_blank"></a></p>]]></content:encoded>
		<author>Мария Залесская</author>
	</item>
	</channel>
</rss>
