<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?><rss version="2.0"
	xmlns:content="http://purl.org/rss/1.0/modules/content/"
	xmlns:wfw="http://wellformedweb.org/CommentAPI/"
	xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/"
	xmlns:atom="http://www.w3.org/2005/Atom"
	xmlns:sy="http://purl.org/rss/1.0/modules/syndication/"
	xmlns:slash="http://purl.org/rss/1.0/modules/slash/"
	>

<channel>
	<title>Владимир Горовиц &#8211; Критико-публицистический журнал «Музыкальная жизнь»</title>
	<atom:link href="https://muzlifemagazine.ru/tag/vladimir-gorovic/feed/" rel="self" type="application/rss+xml" />
	<link>https://muzlifemagazine.ru</link>
	<description></description>
	<lastBuildDate>Thu, 19 Nov 2026 20:45:33 +0300</lastBuildDate>
	<language>ru-RU</language>
	<sy:updatePeriod>hourly</sy:updatePeriod>
	<sy:updateFrequency>1</sy:updateFrequency>
	<generator>https://wordpress.org/?v=6.5.14</generator>
	<item>
		<title>Игорь Яковенко: Куда мне лезть в этот пантеон?</title>
		<link>https://muzlifemagazine.ru/igor-yakovenko-kuda-mne-lezt-v-yetot-pa/</link>
		<pubDate>Thu, 27 Mar 2025 12:34:21 +0000</pubDate>
				<category><![CDATA[Персона]]></category>
		<category><![CDATA[Владимир Горовиц]]></category>
		<category><![CDATA[Игорь Яковенко]]></category>
		<category><![CDATA[Михаил Спасский]]></category>
		<category><![CDATA[Фирма Мелодия]]></category>

		<guid isPermaLink="false">https://muzlifemagazine.ru/?p=75346</guid>
		<description><![CDATA[Следить за многовекторной деятельностью Игоря Яковенко – задача не из легких. Сфера интересов композитора и ...]]></description>
				<content:encoded><![CDATA[<p style="text-align: justify;">Следить за многовекторной деятельностью Игоря Яковенко – задача не из легких. Сфера интересов композитора и пианиста столь широка, что его имя мелькает в самых неожиданных проектах. Например, он делал оркестровки и аккомпанировал звезде русского хип-хопа Feduk, записывал романсы с электро-поп-дуэтом Elektromonteur – и не оставляет надолго любимый джаз, неустанно участвуя в разнообразных джем-сейшенах.</p><p style="text-align: justify;">Однако главным приоритетом для Яковенко остается создание собственной музыки. Как композитор-концептуалист с богатым опытом, он неизменно сочетает в своих произведениях оригинальную законченную идею, свободу мышления, элементы импровизации и мощный драйв.</p><p style="text-align: justify;">В 2024 году Яковенко закончил и записал сразу два масштабных релиза. Первый – альбом электронного джаза Pantheon, где он вместе с барабанщиком Петром Ившиным музыкально переосмысляет древние славянские мифы. Второй – альбом фортепианных фантазий <a href="https://melody.su/catalog/classic/135642/">Promenade</a>, вдохновленный «Картинками с выставки» Мусоргского. Эта пластинка была выпущена под занавес 2024-го фирмой «Мелодия».</p><p style="text-align: justify;">Денис Бояринов <strong>(ДБ)</strong> поговорил  с Игорем Яковенко <strong>(ИЯ)</strong> о его завороженности Мусоргским, недавнем переезде в Берлин, лучших трактовках «Картинок с выставки» и русской метафизике.</p><hr /><p style="text-align: justify;"><strong>ДБ </strong>Альбом Promenade задумывался в пандемию, а вышел только сейчас. Почему так долго?</p><p style="text-align: justify;"><strong>ИЯ</strong> Я начал его делать в 2020 году и, собственно, сделал. А потом долго не мог записать. Пришлось ждать до 2024 года, пока не появилась возможность записать этот цикл для фирмы «Мелодия» в Большом зале консерватории вместе со звукорежиссером Михаилом Спасским. Запись получилась классная. Так что хорошо, что эта идея, так сказать, «отлежалась». Кроме того, я немного подкорректировал некоторые пьесы.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ДБ </strong>Есть ли что-то, чем ты в этом альбоме недоволен?</p><p style="text-align: justify;"><strong>ИЯ</strong> Жаль, что не получилось, как я и хотел изначально, сделать двойной альбом: записать к Promenade еще и сами «Картинки с выставки» Мусоргского. Потому что когда слушаешь сначала пьесу из оригинального цикла, а потом мою вариацию на нее, становится понятнее, что откуда взялось; так же выходит, что картина неполная. По-хорошему перед прослушиванием каждой моей вещи можно включать соответствующую пьесу Мусоргского. Но в «Мелодии» мне сказали, что у них слишком много записей «Картинок с выставки», причем исполняют Рихтер, Юдина – одни гиганты пианизма. Куда мне лезть в этот пантеон?</p><p style="text-align: justify;">Еще у меня была идея собрать персональный гайд по любимым записям «Картинок». Например, мне нравится, как Рихтер играет «Гнома», а Плетнёв – «Богатырские ворота». Сделать плейлист со ссылками на каталог «Мелодии», чтобы люди могли его послушать перед тем, как слушать мои вариации. Кстати, это неплохая идея, вообще-то, может, еще и реализуется.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ДБ </strong>Расскажи, что такое «Картинки» для пианиста?</p><p style="text-align: justify;"><strong>ИЯ</strong> Это первый русский фортепианный цикл. Он был написан немного ранее, чем «Времена года» Чайковского, и задолго до Скрябина и Рахманинова. При этом к «Картинкам с выставки» слава пришла гораздо позднее, почти полвека спустя, уже в 1920-х; как известно, цикл оркестровал Морис Равель, и именно в этой, симфонической версии «Картинки» стали хитом. И после этого их стали играть топовые пианисты – Владимир Горовиц и другие.</p><p style="text-align: justify;">Может показаться, что раз цикл первый, то это такая «азбука» пианиста. И правда, сейчас «Картинки с выставки» играют даже дети в музыкальных школах и училищах, но при этом чаще всего не полностью и только отдельные пьесы. На мой взгляд, это как минимум консерваторское произведение, то есть, чтобы его сыграть на достойном уровне, надо обладать зрелостью и хорошим образным мышлением. Там всего две или три пьесы сложны технически, но невероятно много работы со звуком. Если пытаться сыграть «Картинки» так, как хотел Мусоргский, то это совсем не просто.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ДБ </strong>Ты упомянул среди любимых исполнителей «Картинок» Рихтера и Плетнёва. «Так, как хотел Мусоргский» – довольно эфемерный критерий, но если притвориться, что мы знаем, «как», то может ли сыграть этот цикл «правильно», например, японский или французский пианист?</p><p style="text-align: justify;"><strong>ИЯ</strong> Я недавно ходил в консерваторию на выпускной вечер иностранного отделения. Там китайский тенор пел, кажется, арию Ленского. Для меня это выглядело как безумный бурлеск. Он хоть и владел текстом, но у него был сильный акцент, и по мимике лица было понятно, что он не вполне понимает слова, которые пропевает. Думаю, русский тенор в китайской опере смотрелся бы так же странно.</p><p style="text-align: justify;">Если говорить о знаковых записях «Картинок», сделанных иностранцами, есть превосходная версия Иво Погорелича, он хорват. Дело, конечно, не в национальности, а в культурном коде. У Святослава Рихтера есть прославленная запись «Хорошо темперированного клавира», где он играет Баха как русскую романтическую кантилену, с множеством педалей и длинных лиг. В немецкой исполнительской среде или даже на факультете исторического исполнительского искусства в Московской консерватории за такую интерпретацию Рихтера бы, конечно, осудили, потому что все это к западной клавирной музыке времен Баха не имеет отношения. Прототипы фортепиано появились в конце его жизни, большого опыта взаимодействия с механикой фортепиано у него не было, он писал для органа и для клавесина, а там совершенно другая артикуляция. Да и в целом у немецкой музыки другой синтаксис: это в русской речи и в русской музыке так много длинного дыхания. Мы разговариваем, разговариваем, разговариваем – и разговоры тянутся, и конца и края им нет, как русскому полюшку <em>(смеется)</em>.</p><p><img fetchpriority="high" decoding="async" class="aligncenter wp-image-75348 size-full" src="https://muzlifemagazine.ru/wp-content/uploads/2025/03/Igor-Yakovenko-by-Georgy-Kardava-3-scaled.jpg" alt="" width="2560" height="1675" srcset="https://muzlifemagazine.ru/wp-content/uploads/2025/03/Igor-Yakovenko-by-Georgy-Kardava-3-scaled.jpg 2560w, https://muzlifemagazine.ru/wp-content/uploads/2025/03/Igor-Yakovenko-by-Georgy-Kardava-3-600x393.jpg 600w, https://muzlifemagazine.ru/wp-content/uploads/2025/03/Igor-Yakovenko-by-Georgy-Kardava-3-1024x670.jpg 1024w, https://muzlifemagazine.ru/wp-content/uploads/2025/03/Igor-Yakovenko-by-Georgy-Kardava-3-768x503.jpg 768w, https://muzlifemagazine.ru/wp-content/uploads/2025/03/Igor-Yakovenko-by-Georgy-Kardava-3-1536x1005.jpg 1536w, https://muzlifemagazine.ru/wp-content/uploads/2025/03/Igor-Yakovenko-by-Georgy-Kardava-3-2048x1340.jpg 2048w" sizes="(max-width: 2560px) 100vw, 2560px" /></p><p style="text-align: justify;"><strong>ДБ </strong>В своем предыдущем альбоме, Pantheon, ты обращался к языческой славянской мифологии. В «Картинках», как известно, много особой, специфически русской метафизики. Я во всем этом усматриваю твое стремление как композитора работать с большими пластами национальной культуры – я прав?</p><p style="text-align: justify;"><strong>ИЯ</strong> Да, но русский фольклор меня не очень интересует. В моих версиях «Картинок» наверняка есть русскость, я ведь всю жизнь с этим живу, но стилистически это решено не с помощью какой-то народной музыкальной лексики. Если слушать мою музыку, не зная названий пьес, то русский контекст можно и не заметить, а услышать джаз и американский минимализм, которые тоже на меня повлияли. Русские сюжеты мне интересны с точки зрения идей.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ДБ </strong>Но, кстати, в твоих «Богатырских воротах» чувствуется мощная поступь сказочных витязей.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ИЯ</strong> А тут дело в том, что эта пьеса сделана как негатив фотографии. Я взял «Богатырские ворота» Мусоргского и сделал инверсию мелодии и аккордов. В начале ХХ века был такой Эрнст Леви, швейцарский теоретик музыки, который придумал так называемую «негативную гармонию» – в начале и в конце цикла я пользуюсь этим приемом. Ритм при этом сохраняется, и поэтому слушатель без труда улавливает сходство с оригиналом.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ДБ </strong>Как известно, в интермедийных пьесах-связках между картинками, «Прогулках», Мусоргский нарисовал свой автопортрет. А автопортрет Игоря Яковенко есть в твоем Promenade?</p><p style="text-align: justify;"><strong>ИЯ</strong> Мне очень понравилась идея Мусоргского вставить себя в «Картинки». Как он пишет в этом прославленном письме Стасову: «Моя физиономия в интермедиях видна». Она, действительно, видна, и самое захватывающее, что она меняется. Например, после «Быдла», когда звучит очередная «Прогулка», но она совершенно иная – в миноре. Он показывает в «Картинках» много разных своих состояний – в зависимости от того, на какую картину он смотрит и какое впечатление она него производит. Мне кажется, эта многоуровневая драматургия – абсолютно визионерская идея для своего времени. Именно из-за «Прогулок» (Promenades) я и назвал свой альбом Promenade. При этом в моем цикле реально звучит только первая – остальные я исключил и не стал делать на них вариации. И если послушать ее внимательно, то, наверное,  можно обнаружить и мой автопортрет. Мой Promenade написан на семь четвертей, в нечетном размере, характерном для современной джазовой музыки.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ДБ </strong>То есть ты идешь по выставке джазовой иноходью.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ИЯ</strong> Да, и при этом прихрамываю <em>(смеется)</em>. Вроде как идешь, идешь, немного заедаешь и начинаешь с начала идти. Так, знаешь, застрял в текстуре. При этом для меня здесь важна именно музыкальная сторона. Я не хочу кого-то удивить, мне кажется, что так хорошо, просто потому что это хорошо туда ложится.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ДБ </strong>Правильно ли я понимаю, что для тебя Мусоргский важен как новатор, а не как образцовый русский классик?</p><p style="text-align: justify;"><strong>ИЯ</strong> Меня завораживает Мусоргский как «вещь в себе». Во-первых, мне нравится в нем этот тип художника – абсолютно оторванного от социума, андеграундного, погруженного в свое искусство. Таких композиторов впоследствии было много в Америке. Или вот как советский художник Анатолий Зверев, у которого при жизни и паспорта не было, он жил, где придется, ночевал в подъездах, рисовал у друзей, а после смерти выяснилось, что он был гением – теперь в Москве есть его музей. Или как Велимир Хлебников. Такие персонажи меня впечатляют своей посвященностью, верой в то, что они делают. Возможно, это потому, я никогда не смог бы вести себя так асоциально – спать на лавочке, потом где-то писать музыку, потом идти в кабачок.</p><p><img decoding="async" class="aligncenter wp-image-75349 size-full" src="https://muzlifemagazine.ru/wp-content/uploads/2025/03/1456-rus-scaled.jpg" alt="" width="2560" height="2560" srcset="https://muzlifemagazine.ru/wp-content/uploads/2025/03/1456-rus-scaled.jpg 2560w, https://muzlifemagazine.ru/wp-content/uploads/2025/03/1456-rus-600x600.jpg 600w, https://muzlifemagazine.ru/wp-content/uploads/2025/03/1456-rus-1024x1024.jpg 1024w, https://muzlifemagazine.ru/wp-content/uploads/2025/03/1456-rus-150x150.jpg 150w, https://muzlifemagazine.ru/wp-content/uploads/2025/03/1456-rus-768x768.jpg 768w, https://muzlifemagazine.ru/wp-content/uploads/2025/03/1456-rus-1536x1536.jpg 1536w, https://muzlifemagazine.ru/wp-content/uploads/2025/03/1456-rus-2048x2048.jpg 2048w" sizes="(max-width: 2560px) 100vw, 2560px" /></p><p style="text-align: justify;">Во-вторых, мне нравится, что работы Мусоргского не герметичны: во всем, что он делает, он оставляет пространство для интерпретации. Он как будто всегда не уверен, что сделал все окончательно, и говорит тебе: «Я сделал так, а, может быть, вы можете предложить свою версию». Мне кажется, что это в нем и правда было: он был не очень уверенным в себе человеком. В том числе поэтому он своего «Бориса Годунова» несколько лет пытался закончить – и даже после того, как закончил, продолжал переделывать. Он не был уверен в том, получился ли конечный результат. И это дает большую свободу для интерпретации. В отличие от, например, Чайковского, художника абсолютно другого типа, который как бы говорит тебе: «Не надо меня исправлять. Там лучше не сделать». И ты понимаешь, что он тебя к дискуссии не приглашает. Или Шопен – там тоже все доведено до совершенства.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ДБ </strong>Недавно ты переехал в Берлин. Расскажи, зачем и надолго ли собираешься остаться?</p><p style="text-align: justify;"><strong>ИЯ</strong> Сейчас я рассматриваю этот переезд как попытку вырваться из зоны комфорта и сделать что-то новое, потому что я почувствовал, что в Москве не развиваюсь. В Москве как будто так много всего происходит, но я не нахожу для себя вещей, которые могли бы меня дальше двигать. В свое время я так же уехал из родной Самары – потому что понимал, что застопорился и искал новых сложностей.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ДБ </strong>А фортепиано ты уже нашел там или привез его с собой?</p><p style="text-align: justify;"><strong>ИЯ</strong> Не привез и не нашел. Пока я пишу новую музыку на компьютере. Кстати, не прибегать к помощи фортепиано – полезный опыт для композитора. Есть авторы, такие как Шопен или Шуман: они писали только за инструментом. Это импровизационный подход: играешь, импровизируешь – и сразу же записываешь удачные куски из импровизации, а потом опять импровизируешь. А Шостакович или Бриттен (хотя оба тоже прекрасно играли на фортепиано) – композиторы, которые всю музыку придумывали в голове, а потом записывали. Это как играть в шахматы без доски. Для меня это довольно сложно, я ведь привык к инструменту – пальцы так и тянутся нажать аккорд, проверить, как он будет звучать. Поэтому я тут уже нашел немецкий сайт типа Avito и, думаю, все-таки обзаведусь каким-нибудь стареньким роялем.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ДБ </strong>Какую музыку ты сейчас пишешь за компьютером?</p><p style="text-align: justify;"><strong>ИЯ</strong> У меня в задумках «Застольная месса» по рассказу Чехова «Сирена». В этом рассказе кучка судебных чиновников пытается вынести приговор мелкому правонарушителю, но у них никак это не получается, потому что дело им малоинтересно, все голодны, и разговор всякий раз скатывается на обсуждение разнообразной еды – от кулебяки до поросенка под хреном. Я взял за основу чеховский текст и пишу теперь произведение для хора a cappella. Первая часть пока называется «Водочка», потом будут «Селедка», «Щи», «Запеканка» и так далее, а последняя – «Сигарка». Почему это застольная месса? Потому что к чеховским разговорам о еде я подмешиваю текст богослужения на латыни – и постепенно, по мере наполнения желудка, латыни становится больше и больше. В финале уже все поют на латыни, потому что сначала надо живот набить, а потом уже о боженьке подумать.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ДБ </strong>Опять русская метафизика. Итак, ты приехал в Германию с мессой про водочку и кулебяку?</p><p style="text-align: justify;"><strong>ИЯ</strong> <em>(</em><em>Смеется.</em><em>)</em> Это переходный период. Есть еще и второй проект, оркестровый кроссовер – я хочу поиграть свои джазовые композиции с большим оркестром, найдя правильный баланс между классической и импровизационной составляющей. Так, чтобы это не походило на Жака Лусье. Такой вот странный симбиоз.</p><p><a class="a2a_button_vk" href="https://www.addtoany.com/add_to/vk?linkurl=https%3A%2F%2Fmuzlifemagazine.ru%2Figor-yakovenko-kuda-mne-lezt-v-yetot-pa%2F&amp;linkname=%D0%98%D0%B3%D0%BE%D1%80%D1%8C%20%D0%AF%D0%BA%D0%BE%D0%B2%D0%B5%D0%BD%D0%BA%D0%BE%3A%20%D0%9A%D1%83%D0%B4%D0%B0%20%D0%BC%D0%BD%D0%B5%20%D0%BB%D0%B5%D0%B7%D1%82%D1%8C%20%D0%B2%20%D1%8D%D1%82%D0%BE%D1%82%20%D0%BF%D0%B0%D0%BD%D1%82%D0%B5%D0%BE%D0%BD%3F" title="VK" rel="nofollow noopener" target="_blank"></a><a class="a2a_button_twitter" href="https://www.addtoany.com/add_to/twitter?linkurl=https%3A%2F%2Fmuzlifemagazine.ru%2Figor-yakovenko-kuda-mne-lezt-v-yetot-pa%2F&amp;linkname=%D0%98%D0%B3%D0%BE%D1%80%D1%8C%20%D0%AF%D0%BA%D0%BE%D0%B2%D0%B5%D0%BD%D0%BA%D0%BE%3A%20%D0%9A%D1%83%D0%B4%D0%B0%20%D0%BC%D0%BD%D0%B5%20%D0%BB%D0%B5%D0%B7%D1%82%D1%8C%20%D0%B2%20%D1%8D%D1%82%D0%BE%D1%82%20%D0%BF%D0%B0%D0%BD%D1%82%D0%B5%D0%BE%D0%BD%3F" title="Twitter" rel="nofollow noopener" target="_blank"></a></p>]]></content:encoded>
		<author>Денис Бояринов</author>
	</item>
		<item>
		<title>CHOPIN: VOYAGE  YULIANNA AVDEEVA  PENTATONE</title>
		<link>https://muzlifemagazine.ru/chopin-voyage-yulianna-avdeeva-pentatone/</link>
		<pubDate>Thu, 31 Oct 2024 10:03:03 +0000</pubDate>
				<category><![CDATA[Релизы]]></category>
		<category><![CDATA[Pentatone]]></category>
		<category><![CDATA[Владимир Горовиц]]></category>
		<category><![CDATA[Фредерик Шопен]]></category>
		<category><![CDATA[юлиана авдеева]]></category>

		<guid isPermaLink="false">https://muzlifemagazine.ru/?p=70587</guid>
		<description><![CDATA[После победы Юлианны Авдеевой на XVI Международном конкурсе пианистов имени Шопена в Варшаве (2010) польский ...]]></description>
				<content:encoded><![CDATA[<p style="text-align: justify;">После победы Юлианны Авдеевой на XVI Международном конкурсе пианистов имени Шопена в Варшаве (2010) польский классик становится одним из главных ее композиторов. Авдеева постоянно играет его сочинения и записала несколько дисков с фортепианными концертами, сонатами и мазурками при поддержке Народного института Фридерика Шопена и лейбла Mirare (также в ее дискографии — записи камерной музыки Мечислава Вайнберга и Владислава Шпильмана).</p><p style="text-align: justify;">Диск Chopin: Voyage («Шопен: Путешествие») посвящен поздним сочинениям композитора. По задуманной драматургии произведения идут не в хронологическом порядке, а жанровыми блоками: два ноктюрна op. 62 образуют первый блок; Полонез-фантазия op. 61 и Баркарола op. 60, написанные в одной тональности, сгруппированы во второй блок; масштабная Соната № 3 си минор op. 58 — это третий блок; а три мазурки op. 59 идут как «кода». Таким образом, на диске представлено «всего понемногу» в примерно равных пропорциях.</p><p style="text-align: justify;">«Путешествует» Авдеева в последний период творчества Шопена, когда композитор тяжело болел. Как пианистка пишет в буклете, в музыке отражается «борьба между светом и тьмой», что звучит немного клишированно, но по сути верно. Даже в самые тяжелые минуты Шопен остается оптимистом, и в море грусти и меланхолии всплывают островки надежды. Это и является ключом к интерпретации Авдеевой — игра на контрастах, заложенных в сочинениях. В буклете многозначность его музыки она сравнивает с «листом дерева, который кажется незамысловато зеленым, пока его не затронет ветер, обнажая палитру оттенков».</p><p style="text-align: justify;">Говорится часто, что русская школа пианизма учит «играть душой». Хотя это упрощение, но в случае Авдеевой музыка определенно подчинена лирическому состоянию. В меньшей степени в ней присутствует бравурность и героизм, которых мы привыкли ожидать от популярных шопенистов. Многие найдут для себя общее с выразительной детализированной игрой Авдеевой. В особенности привлекает Полонез-фантазия, где пианистка придает значение каждому маленькому обороту, каждому изгибу мелодии, что является ее несомненным достоинством. Ведь даже в традиционно признанных версиях детализированная нюансировка Шопена часто сминается в угоду прямолинейному движению вперед. У Авдеевой Полонез-фантазия играет новыми красками. И в целом при ее чутком отношении к авторскому тексту «замыленные» десятилетиями интерпретаций популярные пьесы обретают в этой записи новую жизнь.</p><p style="text-align: justify;">Сразу слышно и принципиально иное качество звучания инструмента. Диск записан на знаменитом личном рояле Владимира Горовица Steinway CD‑18. У него необычайно объемные басы и густой средний регистр, а по словам счастливцев, которые удостоились чести прикоснуться к этому роялю, клавиши на нем отзываются столь чутко, что даже самые сложные пассажи исполнять легко. Steinway придает игре «теплое, ламповое» звучание, от которого проникаешься еще большей симпатией к музыке. Определенно стоит проигрывать данный диск в наушниках хорошего качества или, еще лучше, взять динамики-колонки, чтобы как следует оценить акустику художественного центра Tippet Rise в Монтане, где проходила запись.</p><p style="text-align: justify;">Пятидесятиминутный «вояж» в мир Шопена оставляет самые лучшие впечатления. Хочется возвратиться снова. Надеемся, что ждать придется недолго.</p><p><a class="a2a_button_vk" href="https://www.addtoany.com/add_to/vk?linkurl=https%3A%2F%2Fmuzlifemagazine.ru%2Fchopin-voyage-yulianna-avdeeva-pentatone%2F&amp;linkname=CHOPIN%3A%20VOYAGE%20%20YULIANNA%20AVDEEVA%20%20PENTATONE" title="VK" rel="nofollow noopener" target="_blank"></a><a class="a2a_button_twitter" href="https://www.addtoany.com/add_to/twitter?linkurl=https%3A%2F%2Fmuzlifemagazine.ru%2Fchopin-voyage-yulianna-avdeeva-pentatone%2F&amp;linkname=CHOPIN%3A%20VOYAGE%20%20YULIANNA%20AVDEEVA%20%20PENTATONE" title="Twitter" rel="nofollow noopener" target="_blank"></a></p>]]></content:encoded>
		<author>Михаил Кривицкий</author>
	</item>
		<item>
		<title>Марта Аргерих и Софи Пачини: Мы обе очень непредсказуемые</title>
		<link>https://muzlifemagazine.ru/marta-argerikh-i-sofi-pachini-my-obe-ochen/</link>
		<pubDate>Mon, 21 Oct 2024 06:22:12 +0000</pubDate>
				<category><![CDATA[Персона]]></category>
		<category><![CDATA[Владимир Горовиц]]></category>
		<category><![CDATA[карл-хайнц кеммерлинг]]></category>
		<category><![CDATA[Марта Аргерих]]></category>
		<category><![CDATA[Софи Пачини]]></category>

		<guid isPermaLink="false">https://muzlifemagazine.ru/?p=70178</guid>
		<description><![CDATA[Марта Аргерих (МА) нечасто дает интервью, но на беседу с дирижером Яном Бубаком (ЯБ) в ...]]></description>
				<content:encoded><![CDATA[<p style="text-align: justify;">Марта Аргерих <strong>(МА)</strong> нечасто дает интервью, но на беседу с дирижером Яном Бубаком <strong>(ЯБ)</strong> в рамках цикла Razhovor Plus для чешского сайта Opera PLUS согласилась. Поводом стал концерт, который пианистка совместно со своей протеже Софи Пачини <strong>(СП)</strong> дала в Праге в сентябре – в последнее время они часто выступают вместе.</p><p style="text-align: justify;">Софи Пачини родилась в Мюнхене в 1991 году, училась у Карла-Хайнца Кеммерлинга и Павла Гилилова, с отличием окончила Моцартеум в Зальцбурге, с 2013 года – стипендиатка Dortmund Mozart Society. В 2015 году Софи стала обладательницей премии ECHO Klassik Young Artist of the Year в категории «Фортепиано».</p><p style="text-align: justify;">О своих исполнительских карьерах и друг о друге – Марта Аргерих и Софи Пачини.</p><p style="text-align: justify;"><em>Перевод: Юлия Мишутина</em></p><hr /><p style="text-align: justify;"><strong>ЯБ</strong> Существует одна любопытная история, связанная с Владимиром Горовицем. Однажды он получил пластинку с записью Токкаты Сергея Прокофьева. Исполнение было так прекрасно, что Горовиц тут же влюбился в эту запись. Он решил разыграть своих друзей и поставил им пластинку, сказав, что это его исполнение. А в ответ на восторженные отзывы признался, что играет на самом деле не он, а девятнадцатилетняя девушка из Буэнос-Айреса. Сейчас эта девушка передо мной, вместе со своей коллегой, пианисткой Софи Пачини.</p><p style="text-align: justify;"><strong>МА</strong> <em>(Улыбается.)</em> Вот это да! Впервые слышу эту историю! Я, конечно, знала, что он любил ставить своим друзьям мои записи и просил угадать исполнителя, но не знала, что это была Токката Прокофьева. Невероятно! Я ведь выучила Токкату только потому, что была хорошо знакома именно с записью Горовица.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ЯБ</strong> А почему у вас с ним не сложились отношения? Я слышал, вы очень хотели учиться у него.</p><p style="text-align: justify;"><strong>МА</strong> Так получилось, что наша встреча в США не состоялась. Мы увиделись, когда мне было двадцать лет, и обстоятельства были не из приятных. До этого я училась у Артуро Бенедетти Микеланджели, затем пришла к Горовицу и поговорила с его секретаршей. Она сразу начала атаковать меня самыми разными вопросами: кто мой любимый пианист, какая музыка мне нравится и т.д. Даже не предложила мне хотя бы чашку кофе, что было само по себе странно. Эта ситуация, да и вообще вся беседа вызвала тогда неприятные впечатления, и я решила не перезванивать.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ЯБ</strong> И это повлияло на ваше решение сделать паузу в карьере?</p><p style="text-align: justify;"><strong>МА</strong> К тому моменту я уже перестала давать концерты. Мне пришлось это сделать, так как я пошла учиться к Микеланджели. Мне, если честно, не нравилась жизнь гастролирующего пианиста. Я была молода и хотела жить как обычная студентка, а не постоянно путешествовать и играть концерты в местах, где не было ни одного знакомого лица. Это очень тяжело. Думаю, такой образ жизни кажется нормальным, когда тебе уже сорок, а не восемнадцать.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ЯБ</strong> Вы абсолютно правы! Кстати о молодых пианистах. Вы общаетесь с представителями младшего поколения совершенно иначе, не так, как с вами обошлись у Горовица. Например, сейчас вы активно сотрудничаете с Софи Пачини.</p><p style="text-align: justify;"><strong>МА</strong> Это моя подруга. Мы познакомились, когда Софи играла сонату Листа в Пьетрасанте, родном городе своего отца.</p><p style="text-align: justify;"><strong>СП</strong> Мы с Мартой во многом похожи: подобно тому, как она выучила Токкату Прокофьева по записи Горовица, я выучила Сонату си минор Листа по ее записи. Когда я разучивала это произведение, мне было всего четырнадцать, и я делала это втайне от своего наставника Карла-Хайнца Кеммерлинга. Он был против, так как считал, что у меня еще слишком маленькие руки, и опасался, что я могу повредить мышцы. Он был очень опытным преподавателем.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ЯБ</strong> И очень строгим.</p><p style="text-align: justify;"><strong>СП</strong> Да, очень строгим. Но он знал, что я все равно его не послушаюсь.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ЯБ</strong> <em>(Смеется.)</em> Думаю, это непослушание свойственно вам обоим. Вы не подстраиваетесь ни под чьи ожидания, не играете то, что вам говорят.</p><p style="text-align: justify;"><strong>СП</strong> Это правда. Мы даже не всегда играем то, что сами репетируем. Говоря о Марте, я всегда мечтала сыграть для нее, но не из желания сделать успешную карьеру. Как и Марта, я не стремилась к этому, просто любила играть на фортепиано и хотела услышать ее мнение, вот и все. Я поступила очень рискованно, решив исполнить для нее си-минорную Сонату Листа. Когда я сейчас мысленно возвращаюсь к этому эпизоду, то осознаю, насколько смелым был этот поступок. Но тогда я не думала об этом. Марта сидела рядом и слушала. В тот момент я ощутила особую теплоту между нами. Когда я закончила, она побежала, обняла меня, поцеловала и сказала: «Ты великолепна, и ты это знаешь». В этот момент я начала плакать, ведь все, о чем я мечтала, была похвала от Марты. Я никогда ни о чем ее не просила.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ЯБ</strong> В какой момент вы стали выступать вместе?</p><p style="text-align: justify;"><strong>СП</strong> Мы начали играть дуэтом только недавно. Наш первый совместный концерт прошел в Мюнхене, в моем родном городе. Я неоднократно там выступала, поэтому в зале присутствовали мои фанаты, а также поклонники Марты. Когда я почувствовала все эти взгляды, устремленные на меня, я испытала то же, что и в тот момент, когда впервые играла в присутствии Марты: любовь и полное отсутствие страха. Мне до сих пор кажется чем-то невероятным, когда мы находимся на одной сцене. Между нами разница в пятьдесят лет, но я этого вообще не ощущаю. Когда Марта выходит на сцену, она становится той девятнадцатилетней девушкой из истории Горовица. Между нами много общего. Мы одинаково чувствуем музыку, одинаково дышим, испытываем схожие эмоции. И мы обе очень непредсказуемые.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ЯБ</strong> Вы из тех, кто любит рисковать на сцене?</p><p style="text-align: justify;"><strong>СП</strong> Да, но все же стремимся контролировать ситуацию.</p><p style="text-align: justify;"><strong>МА</strong> Разумеется, контроль необходим для того, чтобы чувствовать свободу.</p><p style="text-align: justify;"><strong>СП</strong> Согласна. У игры Марты особый характер. Иногда возникают особо чувственные моменты, как будто сошедшие с небес. А когда она играет пассажи forte или другие технически сложные моменты, кажется, будто она едет на высокой скорости на ламборгини. Я воспринимаю игру на фортепиано схожим образом. Это чем-то напоминает скачки верхом на дикой лошади: ты должен контролировать ситуацию, но иметь в виду, что иногда везти тебя будет лошадь. И требуется немало сил, доверия и любви, чтобы вернуть контроль и подчинить лошадь своей воле. Именно так я себя чувствую, когда играю с Мартой.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ЯБ</strong> Вы говорите о непредсказуемости интерпретаций, о любви к опасной игре, свойственной вам обоим. Как, по-вашему, влияет ли это на ваши выступления? Случалось ли что-то неожиданное во время концертов?</p><p style="text-align: justify;"><strong>СП</strong> Меня как человека, который и слушает, и исполняет музыку, сложно чем-либо удивить. Я выросла на записях Марты и разделяю ее целеустремленность, любовь к совершенству и точно знаю, что она не остановится на достигнутом и всегда найдет, чем поразить слушателей.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ЯБ</strong> Марта, по моему мнению, вы самая выдающаяся пианистка второй половины XX века и первой половины XХI века. Для меня вы из тех немногих универсальных гениев, которые одинаково хорошо играют все. В вашем репертуаре большое количество стилей и направлений – от Моцарта до романтической музыки. Как вам кажется, в наше время способны ли на такое молодые пианисты? Например, Софи?</p><p style="text-align: justify;"><strong>МА</strong> Конечно. Я в этом уверена.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ЯБ</strong> Просто я бы сказал, что сейчас топовые музыканты больше специализируются на каком-то конкретном направлении. Очень мало тех, кто одинаково хорош и в современной музыке, и в Моцарте, и в Рахманинове.</p><p style="text-align: justify;"><strong>МА</strong> Многие молодые артисты просто вынуждены уметь играть все, хотя это практически невозможно. Когда пианиста просят сыграть конкретное произведение с оркестром, отказаться нельзя, приходится учить.</p><p style="text-align: justify;"><strong>СП</strong> От себя добавлю, что от нашего поколения действительно требуется владение очень широким репертуаром, причем не только для выступлений на конкурсах, но для карьеры солиста. Благодаря Марте я научилась для себя решать, что мне играть, а что нет, а также фокусироваться на своих сильных сторонах.</p><p style="text-align: justify;"><strong>ЯБ</strong> Здорово, что у вас есть возможность получать такие уникальные знания и опыт. У некоторых уходит на это несколько лет.</p><p style="text-align: justify;"><strong>СП</strong> Да, это правда.</p><p style="text-align: justify;"><strong>МА</strong> Для меня сотрудничать с Софи – большое счастье. Надеюсь, публика во время наших концертов испытывает такие же эмоции.</p><p><a class="a2a_button_vk" href="https://www.addtoany.com/add_to/vk?linkurl=https%3A%2F%2Fmuzlifemagazine.ru%2Fmarta-argerikh-i-sofi-pachini-my-obe-ochen%2F&amp;linkname=%D0%9C%D0%B0%D1%80%D1%82%D0%B0%20%D0%90%D1%80%D0%B3%D0%B5%D1%80%D0%B8%D1%85%20%D0%B8%20%D0%A1%D0%BE%D1%84%D0%B8%20%D0%9F%D0%B0%D1%87%D0%B8%D0%BD%D0%B8%3A%20%D0%9C%D1%8B%20%D0%BE%D0%B1%D0%B5%20%D0%BE%D1%87%D0%B5%D0%BD%D1%8C%20%D0%BD%D0%B5%D0%BF%D1%80%D0%B5%D0%B4%D1%81%D0%BA%D0%B0%D0%B7%D1%83%D0%B5%D0%BC%D1%8B%D0%B5" title="VK" rel="nofollow noopener" target="_blank"></a><a class="a2a_button_twitter" href="https://www.addtoany.com/add_to/twitter?linkurl=https%3A%2F%2Fmuzlifemagazine.ru%2Fmarta-argerikh-i-sofi-pachini-my-obe-ochen%2F&amp;linkname=%D0%9C%D0%B0%D1%80%D1%82%D0%B0%20%D0%90%D1%80%D0%B3%D0%B5%D1%80%D0%B8%D1%85%20%D0%B8%20%D0%A1%D0%BE%D1%84%D0%B8%20%D0%9F%D0%B0%D1%87%D0%B8%D0%BD%D0%B8%3A%20%D0%9C%D1%8B%20%D0%BE%D0%B1%D0%B5%20%D0%BE%D1%87%D0%B5%D0%BD%D1%8C%20%D0%BD%D0%B5%D0%BF%D1%80%D0%B5%D0%B4%D1%81%D0%BA%D0%B0%D0%B7%D1%83%D0%B5%D0%BC%D1%8B%D0%B5" title="Twitter" rel="nofollow noopener" target="_blank"></a></p>]]></content:encoded>
		<author>Ян Бубак</author>
	</item>
		<item>
		<title>Листки из семейного альбома</title>
		<link>https://muzlifemagazine.ru/listki-iz-semeynogo-alboma-10/</link>
		<pubDate>Fri, 29 Dec 2023 13:04:52 +0000</pubDate>
				<category><![CDATA[Год Рахманинова]]></category>
		<category><![CDATA[Владимир Горовиц]]></category>
		<category><![CDATA[Голос Америки]]></category>
		<category><![CDATA[Наталья Рахманинова]]></category>
		<category><![CDATA[Николай Набоков]]></category>
		<category><![CDATA[Сергей Рахманинов]]></category>

		<guid isPermaLink="false">https://muzlifemagazine.ru/?p=59675</guid>
		<description><![CDATA[Эта публикация завершает совместный проект журнала и Российского национального музея музыки к 150-летию со дня рождения Сергея Рахманинова. ...]]></description>
				<content:encoded><![CDATA[<p class="_-1_lid_TXT" lang="ru-RU" style="text-align: justify;">Эта публикация завершает совместный проект журнала и Российского национального музея музыки к 150-летию со дня рождения Сергея Рахманинова.</p><p class="_-2_first_TXT" lang="ru-RU" style="text-align: justify;"><span class="_idGenDropcap-1">В</span> коллекции материалов Сергея Рахманинова из фондов Музея музыки имеется одна интересная газетная вырезка. Это заметка «Памяти С. В. Рахманинова. Радиопередача для СССР», опубликованная в нью-йоркской газете «Новое русское слово» 28 марта 1947 года — в день четвертой годовщины со дня смерти композитора. Ее содержание представляет собой краткое изложение одного из первых выпусков русской службы американской радиостанции «Голос Америки»* (VOA), записанного днем ранее, 27 марта 1947 года, при участии вдовы композитора Натальи Рахманиновой (Сатиной), пианиста Владимира Горовица, дирижера Сергея Кусевицкого, а также композитора и музыкального писателя Николая Набокова в роли ведущего.</p><p class="основной-абзац" lang="ru-RU" style="text-align: justify;">Выпуск продолжительностью около получаса включал небольшой рассказ гостей о созданном ими в США Фонде памяти Рахманинова (Rachmaninoff Memorial Foundation): его целях, задачах, мероприятиях, и завершался небольшой музыкальной программой из произведений композитора и сочинений в его исполнении.</p><p class="основной-абзац" lang="ru-RU" style="text-align: justify;">Интересно, что в Архиве Нью-­Йоркской публичной библиотеки, где хранится коллекция передач VOA за период с 1942 по 1955 год, запись этого выпуска отсутствует. Не найдешь ее и в онлайн-­архиве радиостанции (VOA Newscast archive), где представлены выпуски, начиная с 1984 года. Единственный известный на данный момент экземпляр той самой студийной записи (две грампластинки) хранится в фондах Музея музыки, куда был принят в 1964 году в качестве дара от Фонда памяти Рахманинова.</p><p class="основной-абзац" lang="ru-RU" style="text-align: justify;">К сожалению, долгое время эти грампластинки оставались «глухими». Объясняется их «глухота» особым форматом дисков — так называемых transcription disc диаметром от 16″ (свыше 40 см) с частотой вращения 33 <span class="mySpecialChars">⅓</span> оборотов в минуту и нестандартным движением иглы (от центра к краю). Подобные грампластинки создавались специально для радиостанций и воспроизводились только на определенном оборудовании, а к концу 1950-х окончательно вышли из производства.</p><p class="основной-абзац" lang="ru-RU" style="text-align: justify;">В год 150-летия со дня рождения Рахманинова более чем 75-летний период «глухоты» этих нестандартных грамплас­тинок, наконец, подошел к концу. Запись с них была оцифрована, что позволило атрибутировать выходные данные передачи и узнать больше деталей о ее содержании. Расшифровка беседы Николая Набокова <strong><span class="inreview">(НН)</span></strong> и его гостей приведена ниже.</p><blockquote class="wp-embedded-content" data-secret="D7vg6xme9V"><p><a href="https://muzlifemagazine.ru/listki-iz-semeynogo-alboma-9/">Листки из семейного альбома</a></p></blockquote><p><iframe class="wp-embedded-content" sandbox="allow-scripts" security="restricted" title="«Листки из семейного альбома» &#8212; Критико-публицистический журнал «Музыкальная жизнь»" src="https://muzlifemagazine.ru/listki-iz-semeynogo-alboma-9/embed/#?secret=rvFrPP4raa#?secret=D7vg6xme9V" data-secret="D7vg6xme9V" width="500" height="282" frameborder="0" marginwidth="0" marginheight="0" scrolling="no"></iframe></p><h3 class="_-1_recens_podzag" lang="ru-RU" style="text-align: justify;">Эфир радиостанции «Голос Америки»*<br />от 27 марта 1947 года (четверг)<br />ГРП-13082 (сторона 1)</h3><p class="_-9_interview_TXT" lang="ru-RU" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">НН</span></strong> Завтра исполняется четвертая годовщина со дня смерти Сергея Васильевича Рахманинова. Все оркестры Америки, консерватории, школы и ученические организации будут исполнять его музыку, отдавая дань его памяти. Радиопередача «Голос Соединенных Штатов Америки» в первую очередь считает необходимым отметить этот день. Для этого мы обратились в Нью-­Йорке к вдове Сергея Васильевича Наталье Александровне Рахманиновой <strong><span class="inreview">(НР)</span></strong> и пианисту Владимиру Семеновичу Горовицу <strong><span class="inreview">(ВГ)</span></strong> — председателю Фонда имени Рахманинова, полагая, что их голос будет наиболее авторитетным, чтобы почтить память Рахманинова в эти дни. Оба они любезно приняли наше приглашение и сейчас находятся в нашей студии. Я передаю слово Наталье Александровне Рахманиновой.</p><p class="_-9_interview_TXT" lang="ru-RU" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">НР</span></strong> Я бесконечно рада возможности непосредственно обратиться к его и моей горячо любимой Родине с приветом. В эти особенно грустные для меня дни меня сильно поддерживает и утешает мысль, что его музыка пользуется любовью русского народа. Меня радует, что его не забывают, что его сочинения так часто и повсюду исполняются в России — в стране, которую он так сильно любил до конца дней своих и с которой он вместе страдал во время тяжелых испытаний.</p><p class="_-9_interview_TXT" lang="ru-RU" style="text-align: justify;"><span class="inreview"><a id="_idTextAnchor000"></a><strong>НН</strong></span> Здесь, в Америке, был основан Фонд имени Рахма­нинова. Быть может, Вы что-нибудь скажете, Наталья Александровна, о том Фонде, каковы его цели и намерения?</p><p class="_-9_interview_TXT" lang="ru-RU" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">НР</span></strong> Мы основали здесь Фонд имени Рахманинова, потому что в Америке особенно чтится его память. Целью Фонда является помощь молодым музыкантам. Ежегодно в Америке будут устраивать конкурсы: по очереди пианистов, композиторов и дирижеров. Выигравшему конкурс обеспечены в течение целого сезона выступления в концертах по всей Америке. Это даст молодому артисту возможность развить свой талант и подготовиться к дальнейшей деятельности. Такого рода помощь лучше денежной. Она, кроме того, соответствует духу Сергея Васильевича, который всегда любил молодежь и рад был всячески содействовать артистической карьере молодого и талантливого человека.</p><p class="_-10_interview_next_TXT" lang="ru-RU" style="text-align: justify;">О целях и задачах Фонда более подробно расскажет вам председатель Фонда — Владимир Семенович Горовиц, которому я передаю слово.</p><p class="_-9_interview_TXT" lang="ru-RU" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ВГ</span></strong> Слава Рахманинова так велика, что, мне кажется, не столько посмертная похвала послужит его памяти, сколько близкая ему по духу работа в области самой музыки.</p><p class="_-9_interview_TXT" lang="ru-RU" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">НН</span> </strong>Нашим радиослушателям, вероятно, будет интересно знать, в чем же именно может выразиться эта работа?</p><p class="_-9_interview_TXT" lang="ru-RU" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">ВГ</span> </strong>Я думаю, в том, чтобы продолжить и углубить традицию той школы, которой Рахманинов был одним из самых славных представителей. Это традиция русской школы. Она была ему очень близка и вернее всего его выражала. Под этим нужно понимать, конечно, не узконационалистический взгляд на вещи, который был чужд Рахманинову, но такое отношение к музыке, которое и творчество, и игру Рахманинова сделало искусством общечеловеческим и общедоступным. Это то, что всегда делало русскую школу ценностью общекультурной, а не узкопрофессиональной. Заставить профессиональные средства служить целям искусства — значит быть верным традиции русской школы. Это значит быть верным и самому духу Рахманинова, который всегда выражал себя в искренности, правдивости и простоте. Поэтому он не возвышался над массой пианистов своего времени и был как бы их совестью. Помочь молодым пианистам подняться над уровнем профессиональных интересов, так часто ограничивающих людей искусства, мне кажется, также является одной из задач Фонда имени Рахманинова. Здесь, в Соединенных Штатах Америки, где основан этот Фонд, где Рахманинов дал около 1200 концертов, мы постараемся выполнить это, связывая нашу работу с именем того, кому эта цель была близка всю его жизнь, с именем Сергея Васильевича Рахманинова.</p><p class="_-9_interview_TXT" lang="ru-RU" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">НН</span></strong> По этому же вопросу нам всем будет интересно услышать мнение Сергея Александровича Кусевицкого. Он в данный момент находится у специального микрофона у себя на дому в Бостоне, ожидая сигнала, чтобы включиться в нашу беседу. Мы переключим программу на Бостон и услышим одного из самых близких друзей покойного Сергея Васильевича Рахманинова, знаменитого дирижера Бостонского симфонического оркестра Сергея Александровича Кусевицкого.</p><p class="_-9_interview_TXT" lang="ru-RU" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">СК</span></strong> С большим удовольствием я присоединяю свой голос к вашей беседе, мои друзья. Грустно мне говорить о Рахманинове в прошлом, но вот уже четыре года, как его нет среди нас. Единственным нашим утешением является тот неизгладимый след, который он оставил в искусстве. За двадцать пять лет жизни в Америке Рахманинов стал живым идеалом, к осуществлению которого стремятся молодые пианисты. Мы надеемся, что созданный нами в Соединенных Штатах Фонд имени Рахманинова послужит его памяти, продвижению новых талантов в этой стране, с которой его связывают узы многолетнего гостеприимства.</p><p class="_-9_interview_TXT" lang="ru-RU" style="text-align: justify;"><strong><span class="inreview">НН</span></strong> Мы опять в нашей студии в Нью-­Йорке. Мы очень признательны Сергею Александровичу Кусевицкому, который, как вы слышали, присоединился к нашей беседе из Бостона. Спасибо Вам также, Наталья Александровна и Владимир Семенович, за Ваше любезное содействие в осуществлении нашей сегодняшней беседы, посвященной памяти нашего дорогого Сергея Васильевича Рахманинова.</p><p lang="ru-RU"><em>На фото вверху: Первый симфонический концерт под управлением С. А. Кусевицкого при участии С. В. Рахманинова. Рисунок В. И. Россинского. 1917 (46/II).</em></p><p lang="ru-RU">* «Голос Америки» решением уполномоченного органа РФ признан иностранным агентом и включен в реестр лиц, выполняющих функции иностранного агента.</p><p><a class="a2a_button_vk" href="https://www.addtoany.com/add_to/vk?linkurl=https%3A%2F%2Fmuzlifemagazine.ru%2Flistki-iz-semeynogo-alboma-10%2F&amp;linkname=%D0%9B%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%BA%D0%B8%20%D0%B8%D0%B7%20%D1%81%D0%B5%D0%BC%D0%B5%D0%B9%D0%BD%D0%BE%D0%B3%D0%BE%20%D0%B0%D0%BB%D1%8C%D0%B1%D0%BE%D0%BC%D0%B0" title="VK" rel="nofollow noopener" target="_blank"></a><a class="a2a_button_twitter" href="https://www.addtoany.com/add_to/twitter?linkurl=https%3A%2F%2Fmuzlifemagazine.ru%2Flistki-iz-semeynogo-alboma-10%2F&amp;linkname=%D0%9B%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%BA%D0%B8%20%D0%B8%D0%B7%20%D1%81%D0%B5%D0%BC%D0%B5%D0%B9%D0%BD%D0%BE%D0%B3%D0%BE%20%D0%B0%D0%BB%D1%8C%D0%B1%D0%BE%D0%BC%D0%B0" title="Twitter" rel="nofollow noopener" target="_blank"></a></p>]]></content:encoded>
		<author>Анна Кривцова</author>
	</item>
	</channel>
</rss>
