Миллениалы, впрочем, вниманием не обделены. Музыковеды Московской консерватории чуть больше десяти лет назад выпустили книжку о 36-ти молодых композиторах, многие из которых принадлежат к этому поколению; десятки авторов появились в сериале Леонида Именных Little Heroes; отдельные имена можно найти в книгах Бавильского и Мунипова. Список можно продолжать долго, ведь конкурсы, фестивали, абонементы концертов, беседы и дискуссии не обходятся без миллениалов.

В книге Уварова представлено 12 композиторов. Несомненный плюс этой подборки – широкая география; он пишет об авторах из разных регионов от Якутии до Кавказа. Другой вопрос: можно ли только по двенадцати именам судить о целом поколении. Здесь ответ будет скорее отрицательным. Герои книги – ведущие российские композиторы, очень разные по эстетическим взглядам, но в этой, пусть и большой, палитре явно не хватает нескольких цветов. Здесь совсем точечно говорится о перформативных практиках, пространственных сочинениях и об импровизации, хотя именно они важны для многих миллениалов, и в этих областях современной музыки создавались наиболее оригинальные работы последнего десятилетия.

В презентации участвовало три героя книги – композиторы Анна Поспелова, Николай Попов и Александр Хубеев. В начале вечера исполнялись их сольные пьесы для разных струнных. Если не знать, для каких именно инструментов эти произведения написаны, то тембры почти невозможно идентифицировать. Классическая скрипка в сочинении Хубеева «Шепот Феникса» звучала как какой-нибудь раритетный синтезатор. Эффект достигался за счет специального способа игры: в сочинении не использовался смычок, а на пальцах правой руки Вячеслава Чиркунова были надеты металлические наперстки. В пьесе Bzzz Поспеловой виола да гамба Антона Изгагина воспринималась как электрогитара, в ней раскрылся огромный спектр звучаний инструмента: от грязного, почти рокерского саунда до мягких переливов. Тембр виолончели в KCI_23/11 Попова был замаскирован с помощью электроники. Исполнительница Юлия Мигунова в этой пьесе существовала сразу в двух пространствах: в реальности и на видео.

После мини-концерта началась беседа с композиторами. Поднимались вопросы новаторства в музыке, миссии поколения, и, кажется, задавать их было бы интереснее не героям книги, а ее автору. Сергей Уваров общается с большим числом композиторов, поэтому ему проще выделять общие черты миллениалов или делать выводы о происходящем.

В книге одной из главных мыслей становится та, что в поколении миллениалов почти невозможно найти объединяющие черты. Уваров сравнил положение композиторов со сценой из фильма «Интерстеллар», в которой персонаж Мэттью Макконахи попадал в черную дыру – пространство, где смешались прошлое, настоящее и будущее, и невозможно привычное линейное движение. Эта метафора точно передает состояние современной культуры и хорошо подходит для описания совершенно разных композиторских стратегий. Видимо, образ черной дыры взял за основу и дизайнер книги: на обложке изображена огромная воронка, тоннель без света в конце.

В книге отмечается и то, что миллениалам несвойственно создавать объединения. Они росли и развивались во многом на основе того, что создали иксеры и бумеры (от ансамблей до лабораторий), но у этого поколения все-таки возможно выделить миссию. Они продолжатели. Развивают инфраструктуру и аккумулируют вокруг себя зумеров. Наверное, только спустя время можно будет понять, кто же на самом деле миллениалы и как жить в черной дыре.

Парадоксы (?) миллениалов