Галерея на Шаболовке объединения «Выставочные залы Москвы» в тандеме с Музеем Театра кукол имени С.В.Образцова и Музеем имени Бахрушина собрала в своем камерном пространстве небольшую, но претендующую на уникальность экспозицию, в которой эстетические принципы «биомеханики» – системы сценического движения – преломляются через «идею куклы». Сильно преобразившийся в результате социально-политических потрясений, театральный мир первых десятилетий XX века остро нуждался в трансформации, и этому способствовал ряд социокультурных предпосылок, в частности, кризис направления реализма в театральном искусстве. Переосмысление коснулось и форм актерского сценического языка. Актерское искусство должно было пройти через сложный этап внутренней перестройки, обновления, и Мейерхольд прилагал для этого все усилия. Одним из источников художественных исканий для режиссера был кукольный театр восточной традиции и венецианские маски commedia dell’arte. Как писал Н.Д.Волков, биограф режиссера, Мейерхольд «хотел, во-первых, чтобы живые люди могли играть символические пьесы, а во-вторых, даже ценя (и высоко ценя) театр марионеток, он ни в коем случае не ставил знака равенства между условным театром (особой художественной системы, сложившейся в культурном пространстве России того времени. – Ю.Ч.) и театром марионеток». Мейерхольду удалось воспитать актера, тело которого обладало «чистой выразительностью» марионетки, и указать ему на новые творческие горизонты.

Детализированное название выставки – «Биомеханика Мейерхольда. Актер. Кукла» – как нельзя точно раскрывает ее содержание. «Экспозиция выстраивается таким образом, чтобы наглядно показать, как в театре кукол реализуются ключевые принципы “биомеханики” Мейерхольда: через эксперименты с видами кукол, ее устройством, механикой, материалами. А с другой стороны, можно увидеть, как режиссер вдохновлялся театром масок, марионеток, самой “кукольной” природой и что заимствовал оттуда», – поясняет концепцию выставки куратор Юлия Балдина. Ее коллега, Гордий Салтыков, главный хранитель Музея Театра имени С.В.Образцова, отводит кукле функцию зеркала, по одну сторону которого – фигура Мейерхольда, а по другую – Образцова. Эта идея получила реализацию в виде лаконичного и при этом исчерпывающего таймлайна в первом, презентационном зале: параллельно с основной линией – вехами в творческой биографии создателя тренинга сценического движения – представлены профессиональные достижения мастера кукольных дел, а дополняют тему информативные ремарки, вносящие важные семантические зерна в культурно-исторический контекст периода с 1874 года (рождения Мейерхольда) до 2020-х (современного положения в театре кукол и новых технологий их изготовления).

В этом же зале размещен один из самых значимых и одновременно простых для понимания основ «биомеханики» музейных артефактов – кукла Би-ба-бо, сделанная в виде перчатки. Надетый на пальцы рук, этот лишенный какой-либо определенной мимики тряпичный человечек при различных ракурсах производит противоположный эффект: рисунок эмоций Би-ба-бо складывается из характерных жестов. Мейерхольд, рассуждая о выразительности телодвижения, позы и жестов актера, приводил в пример этот до смешного безыскусно скроенный персонаж. В следующих залах можно увидеть, как идея получает реализацию на практике, в комплексе биомеханических упражнений – здесь транслируются сделанные во времена Мейерхольда и чудом сохранившиеся известные этюды, такие как «Стрельба из лука» или «Удар кинжалом». В коридоре, соединяющем два выставочных зала между собой, размещена архивная фотосерия, пошагово запечатлевшая атлетически сложенного ученика Мейерхольда в процессе выполнения актерской гимнастики.

Внушительный раздел выставки посвящен изготовлению разных видов театральных кукол, и качестве преамбулы к этой обширной теме оформлена миниатюрная инсталляция – аскетичная обстановка кабинета-мастерской кукольника. Здесь заготовки для будущих героев спектаклей помещены рядом с развешанным по стенам инструментарием, внизу – витрина с описанием чертежей авторства инженера-кукольника Виктора Швембергера, тоже реформатора – разработчика конструкции биомеханической куклы, имитирующей движения человека. Созданные по чертежам Швембергера персонажи сегодня хранятся в музейном фонде Театра имени С.В.Образцова. В следующем зале посетители могут узнать, какие механизмы приводят в движение героев легендарного остросатирического «Необыкновенного концерта» – конферансье Аркадия Апломбова, мастера «улучшения» классики виолончелиста-«виртуоза» Аполлона Переделкина и его аккомпаниатора Виктора Терпеливых, а также музыкантов джазового квартета (этот номер на музыку Цфасмана был впоследствии исключен из спектакля). По своей конструкции все они относятся к тростевым куклам, прототип которых также представлен на выставке: это индонезийская объемная кукла Раден Гхатоткача из традиционного театра Ваянг Голек начала XX века. Известно, что у Мейерхольда была своя коллекция яванских кукол.

Самый дальний зал галереи на Шаболовке посвящен работе художника в кукольном театре. Эскизы, сделанные Еленой Луценко (лауреат госпремии имени К.С.Станиславского) для спектакля «Комедии ошибок» по Шекспиру (режиссер-постановщик – Рейн Агур, Эстония), производят сильное впечатление, и причина, вероятно, не в последнюю очередь заключается в том, что даже в карандашных набросках, изображающих действующих лиц самой короткой шекспировской пьесы, очевидно сильное влияние Босха. Подобно сюрреалисту XV века, Луценко создает фантастические существа из символов и намеков. Их внешний облик, сочетающий в себе черты человеческого, животного и предметного, – на грани гротеска и абсурда и принадлежит к психоделическому мрачному миру ночных кошмаров. Чего только стоит Точильщик – палач в красной мантии, аккуратно обрабатывающий лезвие топора, или Тюремщик, у которого вместо торса клетка из колючей проволоки и заточенный в ней узник. Художественное изображение Луценко инфернального мира задает тональность для совсем не детского спектакля (премьера состоялась в конце 1990-х).

Выставка к юбилею Мейерхольда проработает до 21 апреля. Ее размещение в столичном районе Шаболовки – в 1920-х годах плацдарме экспериментальной авангардной застройки – кажется не случайным. Здесь, в школе-интернате № 600 (Хавская, 5), в прошлом – экспериментальной базе Института художественного образования, – проходили танцевальные классы по методу Айседоры Дункан. Мейерхольд восхищался пластической виртуозностью искусства «божественной босоножки» и находил в ее творчестве подтверждение своим собственным убеждениям. Не стоит забывать и о трагической судьбе теоретика и практика театрального гротеска: в его биографии Шаболовка фигурирует на последних страницах – на Новом Донском кладбище был погребен прах режиссера. В 2020 году на общей могиле жертв политических репрессий № 1 появилась памятная табличка с его именем и годами жизни.

2024 год стартовал про знаком Мейерхольда и обещает еще множество самых разнообразных творческих работ, приуроченных к юбилейной дате.