Легендарный романтический балет предстал в Театре Сац во всей красе: в живописных костюмах (Варвара Захарова), рисованных декорациях (сценограф Станислав Фесько), которые воспринимаются словно иллюстрации из книжки сказок. В хореографическом тексте художественного руководителя балета Кирилла Симонова классический танец на пуантах был представлен во всех подробностях. Арабески, аттитюды, прыжки, вращения – все это отточенно и артистично выполняли танцовщики, продемонстрировав крепкий ансамбль и дисциплину. Удачей стала работа примы театра Анны Марковой. Обладательница специального приза «Галины Улановой за одухотворенность танца» на XIV Международном открытом балетном конкурсе артистов балета «Арабеск-2016», Маркова наделила свою Жизель жизнерадостностью и  легкостью: с первого выхода, когда растворяется дверь ее домика, балерина буквально выпархивает на авансцену. Ее движения изящны и обаятельны – веришь, что избалованный Альберт–Иван Титов искренне увлекся этой девушкой и забыл о своей высокородной невесте Батильде (Мария Павлова). Сцена помешательства решена мелодраматично: Маркова с распущенными волосами становится фурией, готовой «растерзать» обманувшего ее Альберта, а заодно и назойливого ухажера Ганса (Дмитрий Круглов), разрушившего любовную идиллию. Но силы внезапно иссякают, и Жизель, как и положено по сюжету, падает мертвой. В первом акте обратили на себя внимание, помимо отмеченных артистов, солисты в очаровательном pas de siх – техничные Артур Баранов и Варвара Серова, да и весь ансамбль в характерных танцах первого действия. Кстати, pas de siх обычно купируется, но Кирилл Симонов принципиально вернул все сокращения. Так что в Театре Сац идет оригинальная полная версия «Жизели», и раскрытые купюры по факту оказываются «вишенками на торте».

Второй акт – знаменитый «белый балет» – построен на красоте линий, плавности рук. У Симонова Мирта (Екатерина Зайцева) «выплывает» из боковой кулисы почти как фокинский «Умирающий лебедь»: спиной, мягко покачивая руками. Но вилисы могут быть и жестокими: когда появляется Ганс, рисунок танца кордебалета становится агрессивным, теряет призрачную эфемерность. Поэтичен и трогателен последний дуэт Жизели и Альберта: хореограф не перенасыщает его какими-то сверхсложными па, виртуозными пробежками, нет тут и тридцати двух фуэте. Возможно, сцена Российского академического молодежного театра, где Театр Сац вынужденно выступает, пока в его собственном Большом зале идет реконструкция, не позволяет особо развернуться. Но и без этого язык танца был выразителен и эмоционален, что подчеркивал и где-то усиливал аккомпанемент оркестра под управлением Артема Макарова. Мелодичная музыка Адана, с традиционными соло гобоя (Дмитрий Кононок), арфы (Анастасия Алферова), виолончели (Андрей Фролов), окутывала слух, словно вуали на лицах вилис.

Реконструкция Большой сцены Театра имени Наталии Сац завершится в октябре 2023 года

Сейчас вырисовывается явная мода на академическую классику: театры спешат обзавестись либо реставрациями легендарных постановок, либо создавать современные версии, представляющие стилизацию классического танца, оперирующую лексикой прошлого. «Во-первых, это красиво», во вторых, в ситуации, когда права на балеты западных мэтров XX-XXI столетий  – от Баланчина до Бежара или МакГрегора – сейчас вряд ли доступны, – это хороший выход, позволяющий занять всю труппу и держать ее в форме. Кроме того, люди сейчас интуитивно ищут равновесия и духовной опоры, и такое искусство – гармоничное, узнаваемое, предсказуемое – удовлетворяет эти ожидания.