ПП В текущей ситуации предпринимается все больше попыток записать оркестровое произведение, не выходя из собственных квартир. Как вы считаете, можно ли достигнуть сносного результата? Если нет, так и говорите – это тоже ответ.

Павел Лаврененков (Москва) И да, и нет.

Михаил Соколик (Москва) Это реально, хоть и непросто. Нужно смириться с тем, что это будет лишь отчасти ансамблевое музицирование, потому что играть и петь вместе у артистов не получится. Достичь сносного результата можно, но не во всех случаях.

Сергей Гилев (Екатеринбург) Работы на удаленке следует рассматривать как отдельное явление и не сравнивать их с профессиональными записями. Музыканты работают, не впадают в депрессию. Ради этого уже следует делать такие проекты.

Виктор Осадчев (Москва) Мы лишены привычных акустических условий студии или концертного зала, которые разительно отличаются от возможностей угла квартиры или чердака дачи, где записывают себя музыканты. Но именно такой материал присылают нам с просьбой «собрать, чтобы было красиво».

Григорий Воскобойник (Санкт-Петербург) Запись в квартире может выйти лучше студийной!

Дмитрий Липай (Сиэтл, США) Теоретически – возможно, практически – сложно. Вопрос, нужно ли? Эпидемия пройдет, музыка вернется в залы.

Дмитрий Гнездилов (Москва) В нашей жизни столько изменений. Хотим мы их? Нет? Нас никто не спрашивает! Но «звучать» мы будем однозначно в любых условиях!

ПП Как выстраивается процесс? Музыкант играет под клик? Музыкант играет под ранее записанные партии других инструментов? Музыкант играет по дирижеру?

Сергей Гилев Метроном убивает музыкальность, но это простейший способ собрать в итоге нечто единое. Мы же использовали метод последовательной записи и наложения. Сцена из оперы «Царская невеста» Римского-Корсакова – первый опыт для артистов оркестра и солистов театра «Урал Опера Балет». Сразу было видно, насколько они соскучились по работе. Но все происходило спонтанно: музыканты записывались под видео дирижера (Константина Чудовского. – П.П.), не дожидаясь того, как я отправлю им очередную минусовку.

Дмитрий Гнездилов Главный враг одновременной игры по сети – задержка. Нужен быстрый выделенный канал цифровой связи. Это почти реально, но доступно не каждому. Можно отключить видео, поток будет гораздо быстрее. Но на сегодняшний день не существует средств передачи сигнала в обе стороны без задержки. Остается только последовательная запись: нанизывание треков по очереди. Играть можно под клик-метроном, что не для любой музыки подходит. Клик, даже с изменениями темпа внутри, все рушит: музыка превращается в механическую машину. Поэтому самый надежный способ: первый трек записывает дирижер, условно с концертмейстером, или главный музыкант, «первопроходец». А потом все остальные.

Михаил Соколик Запись проходит под партию фортепиано, под клик, под видео с дирижером, под минус или под комбинированный вариант. Организацией процесса мы занимаемся с музыкальным руководителем и режиссером. Музыкальный руководитель рассылает артистам партии и минус/клик/фортепиано, режиссер раздает актерские задачи, пожелания по кадру. Далее артисты и музыканты записываются и присылают записи. Я их добавляю в проект и свожу. Так это должно выглядеть в идеале, и так еще ни разу не было.

Виктор Осадчев Первое, о чем я прошу, – выбрать максимально простой материал. Если есть возможность взять метроном, общий для всех, – это облегчит процесс. В идеальной ситуации должно быть организующее звено – к примеру, рояль. Тогда сначала пишем рояль под метроном. Затем я к партии рояля добавляю метроном и уже этот файл рассылаю как базовый. Он организует музыкантов ритмически и дает гармоническую основу. В некоторых случаях мы делали фортепианную подложку, которую потом убирали. Где сразу предвиделись сложности, там сначала записывали часть партий, потом отправляли следующему музыканту премикс. В большом ансамбле музыканты, бывает, вступают не сразу – значит, нужно дать им возможность начать ближе к своему месту, но обязательно указав это в их файлах. Также для удобства попросите сделать хлопок (который окажется необходим для дальнейшей синхронизации звука и видео) за два такта до вступления инструмента. Если у вас был еще и метроном, то собрать такой проект будет значительно проще.

Дмитрий Липай Музыканты должны использовать наушники на одно ухо или обычные, но в которых они могут слышать микс всей группы. И должны видеть дирижера на экране.

Павел Лаврененков Процесс выстраивается каждый раз по-разному. Музыканты играют и под клик, и под ранее записанные дорожки. И так, и сяк.

ПП Какая необходима техника и акустика на стороне музыкантов?

Александр Кириллов (Новосибирск) Микрофон, предусилитель, конвертор.

Сергей Гилев Большинство роликов снимается на телефон, это быстро и просто. Конечно, телефон не устройство для звукозаписи. Приемлемый вариант: профессиональный микрофон, аудиоинтерфейс. Или хотя бы портативный рекордер типа Zoom, Tascam.

Михаил Соколик Как правило, артисты пишутся на телефон. Это хорошо и плохо. С одной стороны, качество звука далеко не эталонное (хотя современные телефоны пишут звук лучше, чем раньше). С другой стороны, если у артиста есть дома микрофон, это далеко не означает, что он знает, как им пользоваться. Нужно организовать мини-студию звукозаписи у артиста дома, а удаленно сделать это непросто. Нужно следить, как он поставит микрофон, как перед ним встанет, какой уровень записи выставит, в каком формате запишет и в каком отправит.

Дмитрий Гнездилов Самое простое решение для записи речи на телефон – микрофонная петля, даже самая дешевая, которая крепится на одежду. Для записи музыки микрофонную петлю тоже можно использовать, но возникнут проблемы с креплением. Потребуется расстояние примерно 50 сантиметров – тут уже нужен мини-штатив. Главная задача – обойти микрофон самого смартфона, который очень сильно компрессирует звук, вытягивая все ненужное вокруг, и подсоединить внешний микрофон. Для музыкального инструмента подойдет микрофон типа Shure MV88 для iPhone или ему подобные. Стоит он примерно 150 долларов. Для Android идеален, к примеру, Boya BY-DM100, он стоит примерно 50 долларов. Но Shure, конечно, круче. Работают микрофоны со своими собственными приложениями, в которых есть уже профессиональные настройки (битность, ширина стереобазы…). Оба эти устройства отлично себя зарекомендовали в любой музыкальной работе, даже в домашней. Но даже с ними убрать акустику помещения, комнаты не получится.

Павел Лаврененков Никакой техники со стороны музыкантов обычно нет… Телефон.

Григорий Воскобойник Я могу из видео, записанного на микроволновку, сделать чистый и красивый трек. Музыкантам лучше записываться на то, что есть. И не париться. Хотя всем давно пора иметь минимальный набор:микрофон на стойке, карту, наушники, компьютер, рекордер. Музыкант не обязательно профан. В целом, европейские и американские музыканты лучше себя чувствуют в условиях домашней записи. С ними проще. Но российские, бывает, лучше играют – а это ценнее!

ПП Даже если дети не орут, сама комната ведь фонит?

Дмитрий Липай Каждому инструменту нужно акустическое пространство. Каждый хороший, уважающий себя музыкант, наверное, должен иметь хотя бы небольшой концертный зал в своей квартире или доме, согласны? Иначе даже скрипка Страдивари будет звучать отвратительно. Другой, менее приемлемый вариант: каждый музыкант должен создать у себя дома совершенно заглушенную, «мертвую» с точки зрения акустики комнату. Иначе мы будем микшировать и суммировать плохую акустику маленьких помещений.

Александр Кириллов Комната должна звучать сносно или не звучать никак.

Григорий Воскобойник Подложите коврик под барабаны (можно шуметь до 22:00), в углы комнаты (если евроремонт и Gyproc) поставьте или повесьте что-нибудь длинное – старую простыню, занавеску и т.д. Это уберет ненужную реверберацию, паразитные колебания. Максимально закройте окна и любые стеклянные поверхности. Чем больше дома ковров, книжных полок, картин на стенах, тапочек и кроватей – тем чище будет звук, и с ним легче будет работать. Комната сама не фонит: тикают настенные часы, холодильники, некоторые блоки питания и т.д. Их можно либо отключить на время записи, либо вынести.

Дмитрий Гнездилов Можно записать инструменты в гардеробной комнате, где концертные костюмы и одежда. Если потом добавить хорошую дорогую реверберацию, то результаты будут очень даже неплохие. Дикторский голос, вокал или инструмент – в спальне у максимально раскрытого шкафа с одеждой. А мой друг радиоведущий уехал в деревню на время карантина и сегодня записывает свои программы на внешний микрофон в открытом поле, где совсем нет отражений. Запись получается вполне эфирного качества.

Михаил Соколик Иногда фоновый шум в комнате бывает критически высоким, но, как правило, это не представляет большой проблемы. Хоть мы и стараемся сделать работу максимально хорошо, все же редко кто ожидает от такого рода записи студийного качества.

ПП Есть ли специфика у разных инструментов и групп?

Виктор Осадчев Типичная проблема – нелинейные искажения, когда микрофон не принимает слишком высокий уровень сигнала. Это может случиться не только с медными духовыми, но и с деликатными по силе звука инструментами. Ошибка – расстояние до микрофона (телефона). Но если вы звукорежиссер и получили файл, в котором сигнал перегружен, не спешите списывать его со счетов: некоторые модели мобильных телефонов записывают стереосигнал, но по факту это не лево и право, а сочетание двух микрофонов, привязанных к фронтальной и основной камерам телефона. Можно спасти звук, взяв его в местах с перегрузом с противоположного микрофона: даже по форме волны будет видно, какой из них меньше пострадал. Вторая по важности проблема – алгоритмы компрессирования, встроенные в телефон, – увы, их не всегда можно отключить. Неприятности – всплывающий в паузах шум (который можно потом убрать), а вот компрессия самого сигнала может почти уничтожить полезную информацию. Страдает в этом случае как динамический диапазон игры музыканта, так и тембр, который отличается от мест, где алгоритм сработал.

Виктор Осадчев В условиях записи из дома мы не получаем привычной разницы в расстоянии до оркестровых групп – как в студии или концертном зале. Мы получаем звук на микрофон, стоящий перед инструментом. Все-таки музыка, написанная композитором или профессиональным аранжировщиком, предполагает акустические условия звучания: вряд ли мы обошлись бы звуком валторны, записанным прямо из раструба, – она должна звучать в акустике. С другими инструментами – похожая ситуация.

Павел Лаврененков Звукорежиссер в таком режиме становится многостаночником в прямом смысле этого музыкального термина. Он ровняет вертикали, присваивает кускам динамическое разнообразие, окрашивает тембры. Остальное – как обычно. Убираем «слюни», добавляем смысл, собираем форму…

ПП Как чистятся исходники, присланные музыкантами?

Григорий Воскобойник Если это нужно – ручками. Сначала удаляются просто пустые места, потом спектром – остальные шумы. Это легко.

ПП Есть ли у литавриста дома комплект из пяти котлов? Как поживают его соседи?

Сергей Гилев Уверен, что они слушают хорошую музыку. Некоторые наши солисты выезжают в лес, чтобы петь. У арфистки есть дома инструмент. Ударные в записях мы не использовали. Но если потребуются литавры, думаю, придется использовать сэмплы.

ПП Звукорежиссер работает дома, или у вас есть пропуск на студию?

Александр Кириллов Я имею доступ в студию, есть пропуск для подготовки материала интернет-трансляций.

Михаил Соколик Я звукорежиссер театральный, студии нет. Все делаю дома.

Григорий Воскобойник Я работаю в домашней студии. Но я ее специально делал как студию: со звукоизоляцией, с косым окном в стене между комнатами.

Виктор Осадчев Мы лишились привычных студийных условий, но, так или иначе, почти у каждого звукорежиссера дома есть рабочее место, которое, может, и не соответствует стандартам звучания, но, когда работаешь на своих мониторах в своей комнате, ты уже знаешь, на что делать скидку. Речь не идет о выпуске записей на международном лейбле, поэтому не вижу проблемы при работе над роликом для YouTube из дома без финальной проверки звучания на студийном контроле.

Павел Лаврененков У меня дома студия – аппаратная сведения. Буду иметь пропуск в нее, пока жена не отберет.

ПП Можно ли свести оркестр на домашнем компьютере, или нужен в придачу пульт? Колонки или наушники?

Сергей Гилев Подобные проекты не требуют больших технических ресурсов, записанный материал может быть смонтирован в домашней студии. Минимальный набор: мощный компьютер или ноутбук, DAW (Digital Audio Workstation – цифровая звуковая рабочая станция. – П.П.), аудиоинтерфейс, мониторы. Выбор программ и оборудования очень индивидуален. Это вопрос личных предпочтений и возможностей: какая DAW, какой компьютер, мониторы и т.д. Я верю, что человек – ключевое звено в этой цепочке. Не люблю, когда молятся на аппаратуру.

Михаил Соколик Пульт для сведения не нужен, достаточно компьютера. Колонки и наушники, и еще другие наушники, и еще контроль звучания на мобильном телефоне. Как правило, такие ролики предназначены для выкладывания в соцсети, поэтому я стараюсь убедиться, что номер будет прилично звучать везде.

Григорий Воскобойник В наушниках сводить нельзя, это миф. Их иногда можно нацепить и что-то уточнить по ходу.

Александр Кириллов Пульт давно уже не нужен для сведения, да и для записи. В наушниках обычно не сводят. Выбор операционной системы и программы DAW – личное дело каждого.

Павел Лаврененков Сейчас многие пульты уже сделаны из компьютеров, поэтому при наличии хорошей акустики в аппаратной (что главное) и глубочайших навыков работы в своей программе можно совершать чудеса.

Дмитрий Гнездилов Последнее место в звуковом тракте – это контроль. Слабое звено. При этом очень ответственное. Звуковые колонки и наушники: они должны быть недешевые и максимально линейно ровные по частотке. Здесь мы финально формируем всю нашу звуковую картину. И от того, правильно ли мы слышим звук, зависит наш правильный конечный результат. Понятно, что симфонический оркестр на простых мультимедийных динамиках вы никогда не сведете.

ПП Mac или PC? Какие программы? Сколько дорожек?

Павел Лаврененков PC, к сожалению, потому что Pyramix. О моем сне с президентом Pyramix Клодом Селье, когда я услышал от него, что они наконец-то сделали версию для Mac, я уже рассказывал. И о том моем разочаровании при пробуждении тоже.

Александр Кириллов Количество дорожек сейчас практически неограниченно.

Михаил Соколик Монтажом и сведением я занимаюсь в Reaper, так что это и Mac, и PC. Количество дорожек зависит от проекта. Первую подобную запись мы делали с большим количеством артистов и музыкантов. Там в проекте было 150 дорожек. Сейчас работаем с камерным материалом, здесь не больше двадцати.

Григорий Воскобойник Mac или PC – разницы нет. Никакой. Основные требования к компьютерам одинаковы для всех: SSD (Solid-State Drive – твердотельный накопитель информации. – П.П.), очень много оперативной памяти, доступный по карману аудиоинтерфейс, ваш любимый мониторинг, ваша любимая DAW и ваш друг – профессиональный звукорежиссер и музыкант, которого вы уважаете, доверяете и не боитесь ему позвонить и спросить любую глупость (для меня этим человеком является Яков Захваткин, студия CineLab).

Дмитрий Гнездилов РС или Мас в окончательном, сведенном звуке – не важно. Но Мас, конечно, более надежная и стабильная система в сложной многоканальной музыкальной работе… Количество дорожек практически неограниченно. Работаю на Мас, Core i9, RAM 64 GB, Logic Pro X, Universal Audio Apollo x8. PC использую для несложных проектов.

ПП Сколько времени занимает у режиссера минута сведения струнного квартета? Вокального квартета? Оперного ансамбля? Оркестра? «Оды к радости»?

Павел Лаврененков Времени требуется немерено. От одного дня до бесконечности, ограниченной лишь сроками карантина.

Михаил Соколик Каждый отдельный номер требует разного времени. Само сведение занимает не так много времени, как получение материала и редактирование.

Григорий Воскобойник Сведение может занимать время, аналогичное времени звучания трека, а может и месяц. Зависит от ушей и возможностей.

Дмитрий Гнездилов Это утомительный и многосложный постпродакшен – выбирание дублей, их монтаж, двигание треков по «вертикали власти», чистка лишних звуков, не относящихся к музыке, рисование динамики «громче – тише»… Чистить и улучшать проект можно вечно. Главное – сдать его к сроку на эфир или на YouTube.

Ильдар Ханнанов (Балтимор, США) Я работаю в церкви и занимаюсь сведением каждый день. Можно записать все вразнобой, с разным качеством, в домашних условиях, а после сведения получается Хор Свешникова. На рынке очень большое предложение track sharing-программ. Я использую программу Soundtrap. Соединение секвенсора, или, как это сейчас называется, Digital Audio Workstation, с возможностью обмениваться дорожками для совместного редактирования. Когда ты записываешь свою дорожку, она автоматически транслируется на такой же секвенсор твоего партнера и оповещает его по электронной почте. После того, как все записали свои дорожки, идет коллективная работа по вертикальному выравниванию и балансировке. Но вот в реальном времени streaming audio in/out пока не доступно.

ПП Есть ли проблемы с обратной пересылкой материала музыкантам, требуется ли конвертация форматов?

Михаил Соколик С конвертацией проблем не возникает. С пересылкой материала – возникают регулярно. Несмотря на общие рекомендации (например: «Скидываем записи мне в Телеграм»), все равно многие пересылают как кому удобно: на почту, в WhatsApp, через совершенно разные файлообменники. И во всем этом надо разобраться, никого не забыть. Размеры файлов – отдельная беда. Как-то мне скинули видео на три минуты весом четыре гигабайта. И не одно, а несколько. Эти моменты тоже надо оговаривать, чтобы проект имел какие-то внятные размеры.

Павел Лаврененков Больше всего меня раздражает, когда 80 исполнителей присылают свои ролики, записанные вперемежку в 44100 и в 48000 герц. Не могу понять, как у них получается записать соседние дубли одной и той же скрипки в разных частотах дискретизации. Я этого понять не могу.

Дмитрий Гнездилов О, эта тема одна из самых «чернорабочих». Конвертация треков занимает много драгоценного времени. Никуда не деться.

Григорий Воскобойник По поводу форматов файлов я предпочитаю не мучить музыкантов, особенно академических, страшными словами, так как большинство из них пугается.

ПП Видео монтирует тот же звукорежиссер или другой человек?

Михаил Соколик Я скидываю микс, а монтажер видео синхронизирует видео под готовый звук. Здесь как раз и вылезают все мои многочисленные правки. Если мне пришлось слишком много двигать звук внутри одного кадра, на видео будет несинхрон.

Сергей Гилев Видео должно быть смонтировано по партитуре. Иногда монтаж видео делают люди, которые знают музыку, но плохо разбираются в видео. В нашем случае я монтирую видео, но отправляю проект театральному видеоинженеру, чтобы он его скорректировал. Бывает сложность с синхронизацией видео и аудио, если отдельные аудиодорожки инструментов были отредактированы. Тогда это выглядит как игра под минусовку.

Дмитрий Гнездилов Монтаж видео – отдельная профессия. Но в сложившихся онлайн-условиях приходится заниматься и этим. И это интересный опыт.

Григорий Воскобойник Как правило, видео монтирует человек, отвечающий за видео. Но с ним надо быть рядом, желательно заказчику. Можно онлайн.

Павел Лаврененков В видео стараюсь не лезть, но понимать приходится. И с видеофайлами тоже приходится иметь дело. К сожалению.

Виктор Осадчев С началом карантина все стали рассуждать о том, как провести время с пользой и какие новые навыки получить. Для многих моих коллег-звукорежиссеров, как и для меня, выбор пал на изучение видеоредакторов, поэтому небольшие проекты я теперь могу делать сам. Но стараюсь перенаправлять их в профессиональные руки: видеомонтажерам тоже сейчас нужна работа.

ПП С какими проблемами вы сталкиваетесь? Откуда ждать сюрпризов?

Михаил Соколик Коммуникация. В удобном для всех мессенджере мы заводим общий чат, где выкладываем всю информацию по проекту, обсуждаем детали. И, конечно, не все круглосуточно читают этот чат. Режиссер велел всем писать видео горизонтально, а кто-то этого не прочитал и снял вертикально. Или музыкальный руководительскинул всем предварительную версию минуса, под которую надо разучивать материал. А версию для записи скинул потом. Кто-то записался под одно, кто-то под другое, и на монтаже не сходится. Присылают в разных форматах. Иногда приходится напоминать артистам, что фонограмма должна быть в наушнике, и ее не должно быть слышно на записи. Файловый менеджмент – еще одна головная боль. По каждому проекту мы с режиссером заводим папку в облаке, которая быстро обрастает мусором из версий, дублей, демок, вариантов. Есть и бытовой момент: график работы. Кто-то предпочитает работать поздно ночью, кому-то удобнее пораньше утром. Всегда произойдет что-то, чего не ждешь.

Григорий Воскобойник Сюрприз может быть один: отключение электричества в доме (в районе, в городе, в стране и т.д.). Покупаем источники бесперебойного питания.

ПП Онлайн-режиссура – как это согласуется с вашими собственными творческими идеалами, представлениями о звуке, музыке, искусстве?

Сергей Гилев Это любительский контент, даже если он сделан профессионалами. Я не считаю возможным оценивать эти работы с позиций традиционной звукозаписи. При записи академической музыки важно передать пространственное впечатление. Возможно ли это, если каждый музыкант записывается у себя дома? Нет, невозможно. Но главное, художественная ценность такого исполнения – большой вопрос. Все-таки в оркестре и в ансамбле люди играют, ориентируясь друг на друга. Записи можно редактировать, но нельзя улучшить исполнение. Я как звукорежиссер больше верю в мастерство музыкантов, чем в технические средства. Мы же слушаем старые записи с шумами и помехами, «но как исполнено!» Другой вопрос, что сегодня слушатель привык к качественному контенту, и прослушивание плохой записи может быть прекращено через несколько секунд.

Михаил Соколик Я бы не сказал, что мне очень нравится то, чем я занимаюсь сейчас. «На берегу», когда мы обсуждаем проект перед началом работы, все выглядит здорово и интересно. Но в процессе коммуникация и редактирование материала занимают столько времени и сил, что к моменту сведения я уже полностью измотан, и каким-то творчеством заниматься уже сложно. Но в конце, когда получается что-то хорошее, берусь за следующий проект, и начинается все по новой.

Виктор Осадчев Можно подвинуть вертикаль ансамбля посредством детального (а иногда абсурдно детального) монтажа, можно поправить интонацию (они же записаны отдельно друг от друга: получаем ситуацию попсового певца, которому можно «нарисовать» интонацию). Можно отчасти решить проблему акустики: современные технологии позволяют частично убирать «звук комнаты». Но нельзя сделать так, чтобы они вместе чувствовали музыку. Получаем выхолощенный продукт, где все вроде бы чисто и вместе, а музыка не случилась.

Дмитрий Гнездилов С точки зрения профессиональной звукорежиссуры онлайн-проекты оценивать трудно. Зато открываются бесконечные творческие горизонты, и это радует. А для качественного музыкального результата нужно правильное техническое усовершенствование. И начинается все с хорошего микрофона. В качестве примера – ссылка на видео, правда не классического жанра, но всем рекомендую посмотреть. Вот здесь – все правильно!

Дмитрий Липай Я не большой энтузиаст таких экспериментов.

Павел Лаврененков Онлайн-режиссура никак не согласуется с моими творческими идеалами, но зато бывает прикольно. Мы все – исполнители и звукорежиссеры – приобретаем бесценный опыт, который «оголяет» те преимущества, которые дает всем нам совместное музицирование.

Александр Кириллов Музыка рождается в живом исполнении, задача звукорежиссера – зафиксировать это, как фотограф фиксирует события. Мне не нравится собирать хор или оркестр по одному исполнителю. Может быть, кому-то удалось добиться ощущения реального хора или оркестра?

Борис Лифановский: Наша половина Адажио

Даже Большой театр не остался в стороне от «карантинных» видео, а звукорежиссера – Бориса Лифановского (БЛ) – сам оркестр выдвинул из своих рядов.

БЛ Я не планировал становиться звукорежиссером. Это занятие на меня свалилось в тот момент, когда артисты оркестра Большого театра решили записать карантинное видео. Запись звука здесь – ключевая вещь, напортачить очень легко. А я очень люблю наш оркестр, и мне бы не хотелось, чтобы его попрекали некачественно записанной фонограммой – пусть и карантинной.

Первым нашим опытом стала половина «Адажио» из «Щелкунчика». Прислушавшись ко мнению профессиональных звукорежиссеров, мы с коллегами решили не рисковать и вторую половину «Адажио» в ролике дать записью, которой дирижирует Геннадий Николаевич Рождественский. Сейчас жалею об этом: думаю, вполне смогли бы записать и целиком, просто это заняло бы чуть больше времени. Вскоре мы покажем новое видео, где фонограмма полностью записана из дома – «Интермеццо» из «Сельской чести» Масканьи.

Для качественной записи нужна студия – иначе в чем-то приходится идти на компромисс. Впрочем, стерильность фонограмм, которые выпускаются на компакт-дисках, настолько контрастирует с тем, что люди слышат в концертных залах, что, возможно, ухо быстро адаптируется и к шероховатостям, присущим домашней записи.

Для сведения аудио я пользуюсь Audacity и Adobe Audition на PC, свожу в наушниках Sennheiser HD 280, а потом отслушиваю на качественной внешней акустике.

Дорожки кто-то записывает на телефон, а кто-то – на более приличную аппаратуру, сейчас она есть уже у многих.

Порядок записи такой: по партитуре мы выбираем, какой голос может стать «основой» для записи (поскольку дирижер отсутствует). Пишем его. А потом другие музыканты в наушниках накладывают на него свои голоса. Когда накопится несколько голосов, я делаю черновое сведение и пересылаю следующим музыкантам. Тогда они слышат уже не один голос, а несколько: так им проще.

Первая проблема при сведении – ансамбль, вертикаль. На втором месте – интонация. Для музыкантов оркестра Большого театра задача сыграть вместе даже под запись не представляет никакой сложности. Но из-за условий записи иногда все же приходится возиться с совмещением. С эпизодами, идущими в одном темпе, проблем нет. Но там, где есть агогика и артисты друг друга не видят, просчитать совместное вступление сложно. Поэтому такие вещи во время сведения приходится чистить.

Интонационная совместность – иногда тоже проблема. Записывать в двух наушниках? Не слышишь себя, в связи с чем могут возникнуть интонационные погрешности. Лучше записывать в одном наушнике – но в таком случае плохо слышишь запись. Даже если человек играет чисто сам по себе и умеет подстраиваться к коллегам в обычных условиях, при записи в наушнике он может не попасть в обертоны коллег – не из-за того, что не умеет это делать, а потому что в наушнике эти обертоны не расслышал.

Что же касается эталонов искусства, записи существуют уже более ста лет. Сегодня это один из легитимных видов существования музыки. Записать дома – пусть не идеально, но так, чтобы потом было приятно слушать – можно. И сейчас, наверное, нужно этим заниматься, по крайней мере, тем, кто уж очень тоскует по выступлениям. Но степень значимости любой записи – и студийной, и концертной, и карантинной – определяется не столько технологиями, сколько тем, кто играет перед микрофоном. Если это артист, которому есть что отдать слушателю, то запись будут слушать и переслушивать, она будет жить, даже если в ней есть технические огрехи. А плохого музыканта не спасет и полноценная домашняя студия.

Тимур Ведерников: Удалось оттюнить каждый инструмент

Взамен отмененного концерта в берлинском Концертхаусе Филармонический оркестр Балтийского моря, которым руководит дирижер Кристьян Ярви, выпустил ко дню окончания войны видео с карантинной записью фрагмента первой части «Ленинградской симфонии» Шостаковича (от вступления барабана до самого конца части). Как производилась запись и сведение, рассказал звукорежиссер Тимур Ведерников (ТВ).

ТВ Сначала был взят мастер-трек – готовое исполнение этой симфонии другим коллективом, а возможно, и этим самым – не знаю точно, каким: выбирал дирижер. Под него играли все музыканты.

Для синхронизации перед вступлением в каждой партии было сделано восемь кликов. Каждого музыканта я попросил хлопнуть последние четыре раза. На четвертый раз обычно люди попадали в клик (но потом плюс-минус я все это еще двигал). Таким образом было записано 106 партий, причем я просил людей писать свою партию по два раза. Ведь каждый записывал на свой смартфон, и у кого-то звук получался плохим, тогда взамен я мог взять две записи у тех, у кого звук получился хорошим (звукорежиссер имеет в виду партии струнных и частично духовых инструментов, дублирующие друг друга. – П.П.).

Я попросил музыкантов, чтобы они установили на смартфоны программу iRig. Это проще, чем лезть в настройки диктофона. iRig позволил мне получить файлы формата WAV в хорошем разрешении – 48 килогерц. Также iRig отключал компрессор, встроенный в смартфон. Это позволило мне получить вполне приличный звук всех инструментов. Кроме того, сбор материала облегчило то, что в iRig есть встроенный клиент для загрузки файлов на Dropbox, поэтому все падало мне на Dropbox, а оттуда я уже выставлял материал на треки.

ПП На видео не на всех музыкантах видны наушники, как они слышат мастер-трек?

ТВ Моя инструкция была такова: я попросил по возможности использовать три смартфона. Один смартфон играет в «уши» мастер-трек, второй записывает звук на оптимальной близости к инструменту, а третий смартфон снимает видео с иного расстояния – потому что если снимать близко к инструменту, то картинка получится слишком близкая – такая не годится. Но если у музыканта не было трех смартфонов, я просил сначала сыграть без видео и прислать мне звуковой файл, а потом еще раз сыграть и снять видео. Некоторые снимали видео, проигрывая при этом музыку в какую-то колонку, поэтому наушниками не пользовались.

ПП Как все же удалось синхронизировать 106 дорожек?

ТВ Это заняло довольно-таки много времени. Иногда, поскольку у всех были разные диктофоны и кто-то все же не стал использовать iRig, на протяжении 20-минутного трека к концу набегали расхождения. Тогда приходилось резать материал и выставлять его по тайм-линии так, чтобы все было синхронно.

ПП Как вы все это свели?

ТВ Обычным образом. Правда, с оглядкой на тот же референс – но, мне кажется, получилось даже интереснее. Потому что референс – запись, сделанная в концертном зале. А здесь была возможность каждый инструмент оттюнить так, чтобы это стало стройно и выпукло. Поработать и с панорамой, и с реверберацией. В общем, получилось то, что получилось.

Шостакович. Седьмая симфония. Baltic Sea Philharmonic