«Володя, расскажи нам…» События

«Володя, расскажи нам…»

Фестиваль «Истории с оркестром» в последний раз прошел под руководством Владимира Юровского

В октябре 2012 года Владимир Юровский впервые обратился к московской публике с большой сцены – его вступительное слово предваряло российскую премьеру Третьей симфонии («Эсхатофония») Валентина Сильвестрова. Ораторский талант, аналитический, ясный ум, эрудиция, богатая образная речь, феноменальная память, изящное чувство юмора, умение удержать внимание зала – все эти качества Юровского по достоинству оценил директор Московской филармонии Алексей Шалашов. В том же сезоне, летом 2013-го состоялся первый цикл концертов, объединенный просветительской идеей и форматом, воскрешающим в памяти преамбулы Геннадия Рождественского.

В названии фестиваля «Владимир Юровский дирижирует и рассказывает» прочитывалось желание организаторов сделать акцент на уникальном авторском стиле как отличительной черте проекта. Красноречие проповедника, свойственное Юровскому, мастерство неутомимого «изобретателя» концертных программ дополняет широта интересов, прорывающих рамки академической музыки: в поэзии, кинематографе, изобразительном искусстве и даже в сфере науки Юровский находит множество аспектов, которые стройно и выигрышно встраиваются им в концепцию того или иного фестивального вечера. Особое место в сердце Юровского занимает театр. За восемь лет на фестивале были исполнены (полностью или фрагментами) оперы: «Прометей» Карла Орфа, «Король Лир» Сергея Слонимского (вероятно, самый удачный опыт постановки semi-stage в стенах КЗЧ), «Скупой рыцарь» Рахманинова, «Борис Годунов» Мусоргского, «Старший сын» Геннадия Гладкова. Но и этот жанр, согласно замыслу дирижера, лишь дополняет более масштабное, комплексное художественное высказывание. Чем оно сложнее, тем ярче проявляет себя способность Юровского выступать в качестве драматурга и режиссера своих проектов, не прибегая к помощи профессионалов (подчас довольно заурядно и вторично интерпретирующих его ценные идеи). Достаточно вспомнить «антимилитаристский» фестиваль 2015 года «Война и мир» с его post-event программой – редкий пример, когда превышение хронометража концерта положительно отразилось на концепции каждого из вечеров. 

В 2017-2018 годах формат фестиваля претерпел изменения: отказавшись от единоличного проведения концертов, Юровский пригласил своих коллег присоединиться к просветительской миссии – у «Историй с оркестром» появилось несколько рассказчиков. Риторические позиции выступавших, манера подачи материала и цели, конечно, сильно различались – от лаконичного предисловия и изобилующего биографическими фактами монолога до развлекательного, ни к чему не обязывающего конферанса. Итоги эксперимента предсказуемы: на сегодняшний день среди дирижеров сложно найти того, кто мог бы общаться с публикой так, как это делает Юровский. После окончания срока художественного руководства Госоркестром дирижер не исключает своего возвращения на летний фестиваль, но лишь в качестве одного из участников. 

«Истории с оркестром» неизменно вызывают огромный интерес у прессы. Вот несколько мнений. 

Сергей Бирюков,
музыкальный обозреватель

Каким только я не видел и не слышал Владимира Михайловича Юровского на его концертах! Помимо того, что дирижирующим – и аккомпанирующим на рояле, и, понятно, рассказывающим, особенно в его авторском цикле концертов «Истории с оркестром». Но вот чтобы поющим – такое, по крайней мере, при мне случилось впервые сегодня. И заставил это сделать Владимира Михайловича Геннадий Игоревич Гладков.

То есть, конечно, никого и ничего добрейший Геннадий Игоревич не заставлял делать. Этот человек – из редчайшей породы уникально талантливых людей, которые притом еще и уникально скромны. Вы думаете: «Да Гладкова знают все – “Бременские музыканты”, “Собака на сене”, “Обыкновенное чудо”…». Ничего мы с вами, друзья, не знаем: это лишь верхушка огромного и прекрасного айсберга, имя которому – творчество Гладкова. У этого человека – горы музыки, которую он, в отличие от большинства своих собратьев, клещами вцепляющихся в исполнителей, не спешит обнародовать. Например, помните ли вы о часовом (!) анимационном фильме Василия Ливанова «Синяя птица», который весь – роскошная вокально-симфоническая фантазия на тему сказки Метерлинка, превращенной в странствия детской души по каменным дебрям современного города в поисках теплоты, верности и любви? Или об опере «Старший сын» по Вампилову, поставленной в МАМТ сорок лет назад?.. Но даже если и помните об этих редкостях, то никак не можете помнить балет «Возвращение Одиссея» – он никогда не ставился на сцене, хотя музыка, судя по исполненному фрагменту, столь ярка, что, казалось, любой театр, покажи ему ее, с руками оторвет.

Сцена из оперы Геннадия Гладкова «Старший сын». Андрей Сарафанов (Михаил Губский) обращается к Владимиру Бусыгину (Иван Викулов): «Володя, расскажи нам о себе. Как ты живешь?»

А Концертино для скрипки с оркестром – дипломная работа 1964 года в классе Владимира Фере в Московской консерватории! Прав Юровский: во-первых, никакое это не Концертино, а настоящий Концерт, сделавший концертмейстера Госоркестра России Сергея Гиршенко полноправным солистом; во-вторых, по волшебству мелодий, гармоний, оркестровых красок его можно сравнить с такими музыкальными феериями, как скрипичные концерты Шимановского, хотя не факт, что тогда студент даже столичной советской консерватории имел доступ к этим шедеврам европейского модерна.

И все же больше всех прав сам Гладков, который, имея отточенное перо во всех жанрах, четко знает, какое направление – его коренное, родное, главное: музыка кино. Под занавес огромной, но ни минуты не утомительной почти четырехчасовой (!) программы прозвучал, по выражению Юровского, «самый известный неизвестный Гладков» – вокально-симфоническая фантазия из фильма Марка Захарова «Дом, который построил Свифт». И вот тут, услышав эту музыку через почти сорок лет (сложную, полную философских шифров картину после ее премьеры на новый 1983 год так и не довелось пересмотреть), я испытал абсолютный восторг. Это – классический Гладков с его таинственными шествиями масок, ироническими маршами-галопами, захватывающими дух залетами в неожиданные тональности, словно в параллельные вселенные. И главное, с его неизменной добротой. Гладков может быть лиричным, драматичным, даже страшным, но никогда – злым. Тут, повторю, кто только не запоет, включая солисток Надежду Гулицкую и Алену Парфенову, хор «Мастера хорового пения» и самого Юровского!

Браво, Владимир Михайлович! Ваши интересы в музыке столь же безбрежны, сколь и структурны, какими они предстали и в нынешнем, восьмом цикле ГАСО «Истории с оркестром» в Московской филармонии. От барокко до XXI века, но с несколькими непременными цементирующими стержнями: тема войны и мира, тема детства, тема природы… И с композиторами-любимцами, к которым у вас глубоко личностное отношение. Вот как к Гладкову.

Сергей Буланов,
музыковед и музыкальный критик

Последние московские концерты Владимира Юровского в статусе художественного руководителя Госоркестра Светланова так или иначе провоцируют подытожить пройденную им серьезную дистанцию. Интересно, что говорить хочется не в канцелярском жанре, перечисляя знаковые проекты и творческие достижения, а более крупно – соответственно масштабу личности маэстро.

Казалось бы, мы знаем стабильный набор «свойств» Юровского: интерпретации всегда отточены и логичны, любой оркестр под его руку играет ощутимо интереснее, самой выгодной гранью его таланта называют примирение интеллектуального взгляда на музыку с эмоцией и вдохновенностью. Такой набор в силу своей дефицитности – уже «характеристика творчества». Но Юровский раздвигает эти границы: за все годы на его счету не было ни одного провального или «недоделанного» концерта, напротив, всякий раз дирижер предстает перед слушателями в режиме постоянного развития, доказывая, что нет предела совершенству.

Интересно проследить, как цикл «Истории с оркестром» менялся вместе с Юровским. Изначально Владимир Михайлович трактовал формат своего высказывания эпически, но даже в часовом монологе неизменно приковывал наше внимание нетривиальными суждениями, основанными на всевозможных пластах фактологии. Постепенно он стал тяготеть к более скромному хронометражу, не теряя при этом глубины содержания. Несколько отстраненный тон высказывания теперь все чаще становится доверительным, даже неформальным. И это не «работа над ошибками», как можно подумать, это работа над смыслами – у Юровского много стратегий, и любой формат ему подчиняется.

«Истории с оркестром» – совершенно разные программы, каждая из которых внутренне была устроена по главному закону контраста. Вторая мировая война, сложнейший мир детства, образы природы: каждая тема философична и пространна, но Юровский трактует все очень конкретно и доказательно, хотя и объемно, в различных проблемных ракурсах.

Например, «сложносочиненную» Четвертую симфонию Малера дирижер раскрывает через «Детскую симфонию» предположительно Леопольда Моцарта и сюиту Прокофьева «Летний день». И здесь ключевой аргумент – набор «детских» инструментов, символизм тембра которых преломляется и переосмысливается сквозь века. Умение Юровского подчинить сугубо музыкальные средства ходу своих суждений – бесценный козырь, похвастаться которым в современной действительности вряд ли еще кто-то может.

Солистом в Виолончельном концерте Мясковского выступил Александр Рамм

Наконец, кульминация минувших концертов – авторский вечер Геннадия Гладкова. «Обыкновенное чудо», «Бременские музыканты» – все мы прекрасно знаем киномузыку композитора, давно вошедшую в наш культурный код. Владимир Юровский представил «Неизвестного Гладкова», исполнив эпизод из балета-поэмы «Возвращение Одиссея», фрагмент лирико-комической оперы «Старший сын» и музыкально-драматическое действо «Фантазии Свифта». После внятного, внимательного и тщательного исполнения стало понятно: музыка Гладкова имеет невероятную мощь и стоит в контексте своего жанра на пьедестале мирового уровня.

Каждый раз поражаешься, насколько Юровский свободен от условностей, от всяческих клише и трендов. Играет  музыку, которая ему исключительно нравится. Между всеми законами жанра находит «золотую середину». К счастью, в России уже запланированы его новые концерты – значит, впереди еще много интересного.

Майя Крылова,
музыкальный и балетный журналист

Отличительные черты циклов Юровского с рассказами – непредсказуемость программ. Сопоставление музыки идет по разным параметрам, но всегда органично. Вторая мировая война через Рихарда Штрауса, Мясковского и Прокофьева. Тема детства, связанная с темой использования определенных музыкальных инструментов. Тут Моцарты, отец и сын, авторы «Детской симфонии» (Гайдн, Леопольд Моцарт и Эдмунд Ангерер) для оркестра и детских инструментов, снова Прокофьев и Четвертая симфония Малера. Темы и образы природы у трех композиторов трех эпох, от барокко до современности, где Жан-Фери Ребель со «Стихиями» (плюс специально сделанный балет) и две Пасторальных симфонии – Бетховена и современного композитора Бретта Дина. Это грандиозно, и по охвату, и по разного рода историко-культурным и звуковым перекличкам.

Обнаружить связь между «легкомысленным» вальсом из Германии, концертом советского интроверта и якобы парадной симфонией гения; найти сопряжение музык по линии использования колокольчиков и показать, что это отнюдь не только развлечение; подать сигнал о неблагополучии окружающей среды через умиротворение и выйти на злобу дня, оставаясь в вечности – такое может только Юровский.

Подкупают и его поиски диалога так называемого романтического оркестра с исторически информированным исполнительством, и особая уважительность к публике, которая может чего-то не знать и не понимать, быть консервативной, но после объяснений оратора начинает вникать в сложную современную музыку.

Оркестр имени Светланова – коллектив высокого класса. С Юровским он играет с особым воодушевлением, справедливо полагая, что «кураторские» придумки дирижера важны, нетривиальны, их стоит поддержать. Индивидуальность композиторов на этих концертах была проявлена музыкантами с большим пониманием: Ребель звучал не как Малер, а Леопольд Моцарт – не как Бретт Дин. Казалось бы, очевидные, само собой разумеющиеся вещи, так и должно быть. Но на практике – непросто, и не у всех оркестров получилось бы, учитывая плотность дат концертов и музыкальное разнообразие программ.

Юровский относится к музыке как к области смыслов и чувств, не деля ее на уровни и разделы, на гениальное и просто хорошее. Ему нужны и редко исполняемые сочинения, и хиты, великие имена и полузабытые авторы, главное – некая ценность, послание, заложенное в партитуре, напоминающее об общности человеческих задач и целей в разные эпохи и в разных странах. Это тоже подкупает, тем более что маэстро не только выдающийся дирижер, но и прекрасный рассказчик. Можно заслушаться.

Повторю мысль, возникшую на одной из первых программ: «Важно, что просветительский порыв Юровского сугубо авторский, и в этом его особая ценность. Аналогичные знания сами по себе, кроме некоторых фактов, сугубо мемуарных, можно почерпнуть из интернета и книг. Но там не получишь ракурс личности, которая эти знания интерпретирует».

Ольга Русанова, 
музыкальный обозреватель «Радио России»

«Истории с оркестром» Владимира Юровского всегда неожиданны, а потому особо ожидаемы. В этом году, наверное, более чем когда-либо: сколько филармонических программ было отменено, сокращено, перенесено, скомкано. Но Юровский вернул слушателям все, что задумал в 2020 году, и даже больше: к радости публики, провел все концерты сам и дал разрешение «повесить» их на сайте Московской филармонии, чем невероятно увеличил аудиторию.

В этом году фестиваль поразил удивительной гармонией формы и содержания, здесь всего было в меру: слов и музыки, известного и неизвестного, аутентики/классики и современности, серьезного и развлекательного, музыки для услаждения слуха и информации для ума. Разные жанры, стили, эпохи – от барочных смычков в «Стихиях» Жана-Фери Ребеля (XVIII век) до ныне здравствующих Геннадия Гладкова и австралийца Бретта Дина.

Четыре концерта – четыре интереснейших музыкальных «сочинения на заданную тему». Первый – Вторая мировая война глазами Мясковского, Прокофьева и Рихарда Штрауса; второй – тема детства в опусах Л.Моцарта, Гайдна, Прокофьева и Малера; третий – экология (на самом деле буквально вопль о том, что мы сделали с природой), и благостная «Пасторальная симфония» Бетховена лишь оттеняла полное горечи одноименное сочинение нашего современника Дина. Заключительный – «Неизвестный Геннадий Гладков». Автора «Бременских музыкантов» Юровский раскрыл как создателя талантливых, но давно забытых опер, балетов, концертов, киномузыки.

«Истории с оркестром» позиционируются как проект ГАСО (концерты время от времени вели и другие дирижеры), но на этот раз фестиваль получился авторским и, как мне показалось, очень личным. Возможно, потому что у маэстро заканчивается десятилетие руководства Госоркестром, и именно теперь настал момент расставания (Владимир Михайлович со следующего сезона возглавит Баварскую оперу).

Главный герой отшлифовал манеру подачи материала до блеска: его русский язык изыскан, богат и вместе с тем прост, у него выверенная, точная и теплая интонация. Дирижер не выпячивает свою эрудицию, не «давит интеллектом» (который в то же время, конечно же, не спрячешь). Он общается с публикой как с близкими людьми, рассказывая о том, что интересно ему самому, а значит, скорее всего, и всем нам.

И еще немаловажно: в каждой программе были свои пики, кульминации, свои изюминки. Скажем, на открытии – «Мюнхен. Вальс памяти» Рихарда Штрауса.  Я, например, не знала о таком произведении, и тем более его судьбе: он написан для фильма о баварской столице, который в итоге Министерство пропаганды Геббельса запретило. А самого композитора, как сказал Владимир Юровский, лишили всех должностей, объявив «старым маразматиком, которого пора убирать». Мы услышали концертный вариант пьесы, в котором композитор отразил ужас от военных разрушений, в том числе – разбомбленной любимой Баварской оперы.

А вот «экологический» вечер (третий по счету) получился с научным уклоном: мы много чего узнали о французском композиторе эпохи барокко Ребеле, который первым стал сочинять балеты с симфонической музыкой, называя их «симфониями нового типа». Первая часть его балета «Стихии» под названием «Хаос» описывает возникновение из тьмы четырех стихий: земли, воды, воздуха и огня. В первом же такте звучит аккорд, который на современном языке называется кластером (все ноты до-минорной гаммы). И это первый кластер в истории музыки. А идея о том, что все возникло из первого аккорда, из первого «большого взрыва», – это настоящая революция (на самом деле теория большого взрыва появилась только в начале XX века). «Похоже, искусство оказалось впереди науки», – заключает Владимир Юровский.

Спасибо вам за науку и за искусство, Владимир Михайлович, остается надеяться, что проекты «Истории с оркестром» и «Другое пространство» будут продолжены.

Юлия Чечикова,
музыкальный журналист

Нынешний летний фестиваль Госоркестра Светланова – повод, чтобы, с одной стороны, в очередной раз высказаться в превосходной степени о неиссякаемой творческой энергии и богатой фантазии Владимира Юровского, с другой – задуматься о путях дальнейшего развития фестиваля и выразить надежду, что уровень концертов цикла в будущем останется на прежней высоте. 

Эйнштейн по части фестивальных концепций, Юровский доказал свою «теорию относительности» и использует ее в работе с аудиторией, причем не только в «Историях с оркестром»: в проведенном им в Берлине фестивале Strawinsky x 6 так же можно найти множество уже известных приемов (к примеру, Юровский ищет новые грани в музыке одного композитора, представляя его творчество в нетривиальных связях с музыкой других авторов). Работа над композицией концерта продолжается и во время репетиций, поэтому порядок исполнения произведений может внезапно поменяться. Так было и в этот раз – изначально концерт с экологической тематикой  завершала «Пасторальная» симфония Бретта Дина. В этой пьесе австралийский композитор четко обозначил свою позицию по актуальным проблемам окружающей среды: антропогенное воздействие на природные системы чревато фатальными последствиями, уничтожение мест обитания птиц и животных равнозначно варварскому истреблению жизни. Звукам природы своего края Дин противопоставил сопровождающие вырубку леса шумы – не менее зловещие, чем удары палача. Скрип вышедших из строя дверей лифта – этим звуком заканчивается пьеса – страшный символ короткого века любого собранного человеком механизма, не способного подчиниться живым законам природы. Юровский был уверен, что постапокалиптическая картина в финале вечера – это удачная идея, но накануне концерта сам от нее отказался в пользу более оптимистичной, хотя и компромиссной версии:  Госоркестр сыграл «Пасторальную» симфонию Бетховена. 

В желании Юровского привлечь внимание к актуальным проблемам экологии в целом нет ничего сверхъестественного, эта тема в том или ином виде периодически возникала в сезонах Лондонского филармонического оркестра и Симфонического оркестра Берлинского радио. А вот к теме детства Юровский обращается не так часто, хотя интересующиеся люди наверняка отметили, что минувшей весной он представил собственное переложение сказки Прокофьева «Гадкий утенок» для ансамбля из семнадцати музыкантов и голоса. На московском фестивале Юровский говорил о внутреннем мире ребенка, о музыке для детей и про детей, исполнял сочинения двух Моцартов, Гайдна и Малера. Казалось, что дирижер этим ограничится, но тема детства вкралась и в программу вечера в честь Геннадия Гладкова: одним из самых неожиданных и оригинальных произведений стала музыка, написанная композитором к «артхаусному» мультипликационному фильму «Синяя птица». На музыкальной карте мира для Юровского есть заповедные места, к которым он испытывает сильную привязанность. В своих интервью дирижер неоднократно говорил о том, что его детство прошло под знаком Гладкова. Так что в каком-то смысле для любимца московской публики, который в следующем году отметит пятидесятилетие, наследие Гладкова – машина времени, способная вернуть его обратно в прошлое – в мир, недоступный для взрослых. 

Владимир Юровский: Сопоставляя несопоставимое, я ищу точки пересечения между разными композиторами

В ожидании ветра перемен События

В ожидании ветра перемен

В Большом зале консерватории прошел финал IV Международного конкурса хорового письма имени А.Д.Кастальского

История одного жертвоприношения События

История одного жертвоприношения

«Балет Москва» открыл сезон премьерой

Love is… События

Love is…

Театр Maggio Musicale Fiorentino досрочно открыл новый оперный сезон оперой «Так поступают все», перекочевавшей из прерванного предыдущего сезона 2020/2021

Как звучит «Криптотишина»? События

Как звучит «Криптотишина»?

Stella Art Foundation представил новую выставку композитора Дмитрия Курляндского