События
Этим спектаклем Валерий Гергиев продолжил обмен между Большим и Мариинским, который «одолжил» московскому брату декорации и костюмы, а также режиссерскую концепцию Темура Чхеидзе. Таким образом, идея копродукции внутри российских театров, родившаяся в пандемию, продолжает развиваться. Очевидно, что это наиболее простой и экономичный путь, а кроме того, меньше рисков в условиях якобы дефицита оперных режиссеров. Напомним, что этот «Игрок» в Мариинском был поставлен в 1991 году, в 1996-м был восстановлен при участии сценографа Георгия Цыпина, сделавшего более минималистичные и мобильные декорации. Кстати, в оформлении игорного дома он использовал узкие стулья с высокой спинкой, ассоциативно напоминающие аналогичные стулья в «Кармен-сюите» и вызывающие мысли о ринге, ристалище, на котором разворачивается главная трагедия.
Они частично сохранены и в версии художника-постановщика Зиновия Марголина, участвовавшего в возвращении спектакля в 2007 году (к тому моменту декорации были утрачены во время пожара производственных мастерских Мариинского театра в 2003 году). Режиссером третьего этапа реинкарнации «Игрока» стал Юрий Лаптев, он же готовил перенос оперы на Историческую сцену московского Большого театра.
Спектакль на всех этапах рецензировался, и нет смысла вновь его обсуждать.
В общем, от первоначальной версии 25-летней давности остались лишь общие идеи, которые уже на свой вкус, темперамент и артистическое чутье примерили певцы нашего времени. Впрочем, на одном из показов в начале февраля выступил участник первой постановки, легендарный тенор Владимир Галузин. Удивительно, как 69-летний певец сохраняет форму и энергетику, но прокофьевская музыка явно помогает ему снимать груз лет – его Алексей впечатляет мощью голоса и актерской харизмой.
Но в целом в этой касте московской постановки Гергиев сделал ставку на большетеатровскую молодежь (стратегия, успешно работающая в Мариинском) и не прогадал. Тут нашлись свои великолепные артисты, убедительно проживающие на сцене историю героев романа Достоевского – историю о том, как страсть разрушает жизни.
Пожалуй, только самое начало оперы, диалоги Алексея и Полины, показались слегка затянутыми по темпоритму, хотя сразу же можно было оценить великолепное сопрано Рамили Минихановой и палитру психологических оттенков в характере Алексея в интерпретации тенора Карлена Манукяна. Уже тут он показал свою одержимость, доходящую до агрессии, и склонность к ерничеству. Певец в 2022 году окончил Уральскую консерваторию, несколько лет поработал в Пермском театре оперы и балета и с прошлого года перешел в Большой. Партия Алексея у него давно в репертуаре, он уже получал за нее диплом на региональном конкурсе «Браво!» И, судя по всему, дела в Большом театре после этого спектакля у него должны активно пойти в гору.
Безусловной удачей можно считать и работу Даниила Акимова в образе Генерала – лицемерного, трусливого подкаблучника, запутавшегося в долгах. Ему приходится все время изворачиваться, особенно в тот момент, когда в Рулеттенбург прибывает Бабуленька. В данной постановке ее эффектно играет и отлично поет Агунда Кулаева. И певица не скрывает, что намеренно сближает свою героиню с графиней из «Пиковой дамы». В обоих случаях это вздорная, взбалмошная старуха, помыкающая своими близкими («А деньги я тебе не дам!» – издевательски повторяет она Генералу). Но у Прокофьева Бабуленька еще обладает проницательностью и какой-то детской непосредственностью, когда, проиграв сто тысяч рублей, она просит прощения у окружающих и предлагает Полине поехать с ней домой, в Россию, и тем спасти свою жизнь.
Очаровательны в своем цинизме Маркиз (Руслан Бабаев), держащий на крючке Генерала и Полину, и мадемуазель Бланш (Ульяна Бирюкова) – расчетливая охотница за богатенькими ухажерами.
Кульминационными моментами ожидаемо становятся сцены в игорном доме. Сам Прокофьев в «Дневнике» подробно фиксировал ход сочинения сцены игры в рулетку и придавал эпатажности музыки большое значение. Сложный полифонический ансамбль в целом удался и актерски, и, главное, певчески. Важные реплики Директора (Андрей Прысь) и двух англичан (Александр Маркеев и Владимир Комович) были дикционно понятны и не тонули в общем звучании. А вот когда на авансцену вышел хор, чтобы спеть сакраментальные «Двести тысяч выиграл!», то баланс ощутимо зашатался. Как это ни странно, но режиссерское решение здесь – чтобы хор пел с нотными папками в руках – оказалось не самым удачным: певцам стоило бы внимательно следить за дирижерским жестом Валерия Гергиева, а духовикам крепче подучить свои партии. Но это было единственное проблемное место – в остальном качество игры оркестра было замечательное. Прокофьев написал много микросоло разным инструментам, чтобы подчеркнуть особенности характеров своих персонажей, и все это было сделано оркестрантами очень выразительно.
Финал оперы решен как дуэтная сцена, но тут уже накал страстей не дает зрителям расслабиться. Здесь ведущая линия у Полины – она на грани истерики, мечется в своих чувствах и желаниях, и темперамент Рамили Минихановой доводит объяснение до высшей точки кипения. Однако момент истины ожидает нас в последних тактах оперы: после любовной сцены Полина с наслаждением и отчаянием одновременно бросает в лицо Алексею подаренные им пятьдесят тысяч рублей (ее долг Маркизу). Но это мало впечатляет его, уже охваченного вирусом игры. «Кто бы мог подумать… Двадцать раз подряд вышла красная!» – и на этих словах он осыпает себя выигранными накануне банкнотами. В нем «поселяется» пушкинский Герман – история возвращается на новом витке, но уже в версии Прокофьева.
