Персона

Яна ИВАНИЛОВА: Вижу свое особое предназначение в том, чтобы петь русскую камерную музыку

Яна ИВАНИЛОВА: Вижу свое особое предназначение в том, чтобы петь русскую камерную музыку

В сентябре 2018 года Московский международный Дом музыки запускает проект «Все романсы Рахманинова». О том, что ждет публику на этих концертах, рассказывает главный герой – заслуженная артистка России, певица Яна Иванилова.

На подступах

Приглашение принять участие в цикле «Все романсы Рахманинова» я получила от Московского международного Дома музыки, чему была очень рада! В трех программах будущего сезона прозвучит около 80 романсов – внушительная цифра! Разумеется, нужно продумать концепцию, как их организовать. Нас попросили придерживаться опусов, поэтому будем исполнять по хронологии – от ранних опусов к поздним, но внутри каждой программы романсы будут сгруппированы в блоки по сюжетам. Сюда войдут и так называемые «неопусные» романсы. Чтобы внести контраст и облегчить восприятие слушателей, мой замечательный партнер, пианист Андрей Коробейников исполнит сольные фортепианные пьесы. Вместе с нами в проекте примет участие молодой абхазский баритон Саид Гобечиа. Я его заприметила, будучи в жюри Первого вокального конкурса имени Н. Л. Дорлиак. Он тонко интерпретировал камерную музыку и тронул меня своей искренностью и чувством стиля. Саид возьмет на себя часть «мужских» романсов и поможет осуществить этот грандиозный проект.

Имя Рахманинова для меня чрезвычайно важно. Его дивные романсы я включаю в каждую программу русской музыки, и всегда они завершают, подводят итог всем номерам концерта. Потому что после них, как мне кажется, душа настолько воспаряет и утешается, получает такую глубину впечатлений, что уже невозможно ничего добавить.

Чем больше занимаюсь подготовкой цикла, учу новые для себя романсы, тем больше ощущаю потрясение и радость, что у меня есть возможность быть причастной к этому чуду, участвовать в этом проекте и погрузиться так глубоко и полно в творчество Рахманинова.

Больше, чем романс

Романсы Рахманинова чрезвычайно разноплановы. Есть и зарисовки природы: «Маргаритки», «Сирень», «У окна», и философские монологи, такие как «Мы отдохнем», на прозаический текст из «Дяди Вани» Чехова, «Я не пророк», «Христос воскрес».

Для меня важно, что удалось побывать в «Ивановке» – любимом имении Сергея Васильевича. Там удивительное, райское место. Мы с Андреем приезжали уже два раза с концертами весной, и нас обоих потрясла красота этого расцветающего мира, ароматы сирени, носящиеся в воздухе. Побывав там, где Рахманинов сочинял музыку – в маленькой комнатке в усадьбе, и в саду, – я ощутила особый дух. Возможно, я слишком впечатлительный человек, но я почувствовала энергетику, благодать этого места, и возникло ясное понимание, как рахманиновские романсы должны звучать.

Мои самые любимые романсы? Часто на бис я пою «Сирень». Недавно узнала, что так поступала великая Антонина Нежданова. Из популярных постоянно включаю «Весенние воды», «Здесь хорошо», из малоизвестных – ранний романс «Помнишь ли вечер» на стихи Алексея Толстого, мною очень ценимый.

Мне не очень нравится обозначение «романс» применительно к сочинениям Рахманинова. У него это вершина жанра, а сейчас романс чаще ассоциируется с чем-то легковесным, бытовым. Метнер называл свои вокальные миниатюры «музыкальными стихотворениями». Хотя для Рахманинова это тоже не совсем удачный термин: в отличие от Метнера, который выбирал первоклассную литературную основу, у Рахманинова на первом плане не текст, а музыкальная идея. Он выбирал поэтов не первого ряда – Екатерину Бекетову, Галину Галину, Константина Романова (К.Р.) … Но их стихи были созвучны его настроению, мировоззрению.

Россия, которую он потерял

Рахманинов создавал романсы, пока жил в России. Последний опус, 38-й, на стихи поэтов-символистов, появился в 1916 году. К нему относятся и два духовных романса – на стихи Федора Сологуба и К.Р., но стоящих обособленно. Работая над основным циклом, я поняла, что, по сути, осознанно или не осознанно, но это пророчество – о судьбе России и о его собственной судьбе… В поэзии и музыке все время повторяется мотив «поиска», зыбкости: «Где же ты, милая?», он ищет что-то дорогое, утраченное, но обрести вновь не может. Всё происходит как во сне. Россия, которую он знал и любил, как Китеж-град уходит под воду исторического бытия… Будучи уже за границей, Сергей Васильевич пытался найти место, которое ему бы напоминало «Ивановку», во французской части Канады, в Швейцарии, где он купил виллу. По свидетельству очевидцев, «Сенар» во многом напоминает его русскую усадьбу.

Возвращаясь к опусу 38 – я его воспринимаю как единый цикл. И посвящен он Нине Кошиц, певице, вдохновившей Рахманинова на его сочинение. Она была дама очень красивая и талантливая. Артист Михаил Жаров, начинавший карьеру в театре рабочим сцены, вспоминал, что в Кошиц влюблены были все. Пела она изумительно. Сейчас уже выложены в интернете некоторые записи американского периода, и мы можем оценить великое искусство певицы. Кроме того, она училась как пианистка в Московской консерватории у Константина Игумнова. Собственно знакомство Рахманинова с ней произошло, когда он шел в гости к товарищу, и подходя к дому, из окон 2 этажа вдруг услышал свой романс, в замечательном исполнении. Поднявшись в квартиру, Сергей Васильевич увидел Нину Кошиц: она пела и сама аккомпанировала. Между ними возникла дружба, даже увлечение, но, судя по всему, она некорректно повела себя в отношении супруги Рахманинова, и они разорвали отношения. В Америке они уже не общались.

Рахманиновские романсы – это всегда глубоко интимное высказывание. Мне кажется, что он поэтому и не ставил иногда опусы, так как не хотел печатать некоторые вещи – настолько они носили личный характер. Он был человеком закрытым.

Уехав в Америку, Рахманинов вынужденно посвятил себя только исполнительской карьере – на творчество катастрофически не хватало времени и сил. Нужно было содержать семью, поддерживать друзей, оказавшихся в эмиграции в тяжелом положении. Он давал деньги и возглавил корпорацию Игоря Сикорского, работавшего над разработкой вертолетов, помогал многим русским эмигрантам и эмигрантским организациям, перечислял огромные деньги в СССР, во время Великой Отечественной войны, в помощь фронту. На его средства были организованы продуктовые посылки советским солдатам в Сталинград. Когда же Рахманинов принял решение завершить карьеру и посвятить себя творчеству, увы, болезнь резко проявилась, и дни его были уже сочтены…

Наследие русских композиторов занимает все большее место в моем репертуаре. Мне удалось записать (впервые!) романсы Георгия Катуара с пианисткой Анной Засимовой на лейбле Antes Edition (Германия, 2013), Метнера – с Борисом Березовским (на лейбле Mirare) и с Екатериной Державиной и с британским пианистом Хэмишем Милном на Vista Vera. Имея уже большой исполнительский опыт в разных жанрах, сейчас я вижу свое особое предназначение в том, чтобы петь русскую камерную музыку.

Ивановка
Филипп Селиванов: <br>В Геликоне возможно все! Персона

Филипп Селиванов:
В Геликоне возможно все!

Марко Никодиевич: <br>Сегодня музыкантам нужен живой контакт со слушателем Персона

Марко Никодиевич:
Сегодня музыкантам нужен живой контакт со слушателем

В своем творчестве композитор Марко Никодиевич с легкостью соединяет акустические инструменты и электронику, симфонический оркестр и эстетику техно.

Олег Пайбердин: <br>За качество отвечаю Персона

Олег Пайбердин:
За качество отвечаю

Один из лучших российских коллективов, исполняющих современную музыку, ансамбль «Галерея актуальной музыки» празднует десятилетие.

Владимир Юровский: <br>Мы руководствовались принципом «спасать» композиторские имена Персона

Владимир Юровский:
Мы руководствовались принципом «спасать» композиторские имена

Сегодня в Московской филармонии открывается фестиваль актуальной музыки «Другое пространство».