Зеркало треснуло События

Зеркало треснуло

В МАМТ состоялась премьера балета «Снежная королева»

Этот спектакль на музыку Чайковского – первая большая самостоятельная работа худрука балетной труппы МАМТ Максима Севагина. Одноактные постановки у него уже были, их было немало – начиная с дебюта на сцене Мариинского театра еще в студенческие времена («Венгерская рапсодия» на музыку Листа, 2014) до премьер на Большой Дмитровке (и Bloom, и «Нет никого справедливей смерти», и «Класс-концерт»). Большая, но не совсем самостоятельная работа тоже была: наделавшая два года назад много шума премьера «Ромео и Джульетты» Прокофьева, где хореографа направлял и ставил в железные рамки своей режиссуры Константин Богомолов. Теперь молодой хореограф, которому в трудные для страны времена вручили руководство труппой во втором театре столицы (как Аркадию Гайдару в свое время достался полк в шестнадцать лет), впервые выпустил двухактный балет без какой-либо помощи или соавторства. Получилось не очень; что ж, неудачи тоже важная часть творческого пути.

Наибольшей проблемой стали взаимоотношения Севагина с Чайковским. Вплоть до этой самой «Снежной королевы» хореограф мог претендовать на звание весьма чуткого к музыке сочинителя танцев – достаточно вспомнить сотворенный им в Перми балет «В темных образах» на музыку Вивальди, где балетмейстером был продемонстрирован не просто абсолютный слух, но буквально единый ритм дыхания с гением XVIII века. Партитуру «Снежной королевы» Севагин собрал из трех симфоний Чайковского – Шестой, Пятой и Четвертой, части которых были перетасованы причудливым образом. То есть хореограф не пошел ни по одному из известных путей взаимодействия с симфоническими сочинениями. Он не взял произведение целиком, выстраивая хореографию в подчинении музыке (как поступает, например, Джон Ноймайер с Малером), и не сложил партитуру из мелких фрагментов разных произведений, выбирая кусочки, точно подходящие под конкретные мини-сюжеты в балете (Борис Эйфман со всеми попавшимися ему под руку композиторами). Нынешний худрук МАМТ взял целые части симфоний. Получилось так: Пролог с разбивающими волшебное зеркало троллями, счастливое детство Кая и Герды, похищение Кая Снежной королевой – первая часть Шестой симфонии. Герда в зачарованном саду – вторая часть Шестой. Встреча с Принцем и Принцессой – четвертая часть Пятой. Встреча с маленькой разбойницей – первая часть Пятой. Герда и олень идут сквозь метель – вторая часть Пятой. Снежная королева мучает Кая – первая часть Четвертой. Кай и Герда вернулись домой и превратились во взрослую пару – третья часть Шестой. У них свидание – вторая часть Четвертой. Все это отважно воспроизводил оркестр МАМТ, ведомый Федором Безносиковым.

Спектакль заявлен как «семейный», народ, естественно, ведет детей, а значит, хореографу надо рассказывать внятную историю, что случилось, когда, почему. Но, если судить по предыдущим самостоятельным работам, Севагину более интересны не то чтобы бессюжетные, но скрытно-сюжетные танцы, принцип Баланчина, где «женщина и мужчина на сцене – уже есть сюжет». А тут ему надо представлять персонажей, рассказывать о приключениях – это он пока не очень умеет. Вот с самого начала: обаятельное явление героев (Кай и Герда выглядывают из розария – нет, там не один горшок, как у Андерсена, а именно клумба), эффектное появление Снежной королевы, но куда свита ледяной красотки утащила Герду, когда похищают Кая? И зачем вернула ее на прежнее место? Где шалость Кая, где его собственное решение прицепить санки к королевским саням? Это же важно! Но в этой сцене (и, увы, во всем балете) герой, роль которого досталась Иннокентию Юлдашеву, оказывается каким-то предметом мебели, который куда-то несут, с которым что-то делают, куда-то возвращают, а он подчиняется и подчиняется.

 

Герда (Ксения Рыжкова) деятельна, она отправляется в путешествие. Но здесь другая проблема: характер главной героини в сказке проясняется при взаимодействии с людьми и не-людьми, которых она встречает в путешествии, а постановщик «Снежной королевы» сделал этих персонажей не слишком яркими и не сильно отличающимися по пластике друг от друга. Ворона (Георги Смилевски-младший) и Ворону (Александра Дорофеева) можно отличить от Принца (Субедей Дангыт) и Принцессы (Камилла Исмагилова) только по костюмам: ни тем ни другим не поставлено выразительных танцев. В стане разбойников, где, казалось бы, хореографу можно разгуляться, царствует колоритная Атаманша (Георги Смилевски-старший), но все, что подарил артисту постановщик, – гигантский бутафорский окорок, который Атаманша вдохновенно ест. И, что самое важное, явления всех этих персонажей никак не соотносятся с музыкой. Даже на самом элементарном, «детском» уровне – быстро-медленно. Никак. До такой степени, что кажется, будто спектакль выпускал последователь Каннингема – тот, как известно, ставил движения в тишине, а потом уже на премьере, выходя на сцену, артисты слышали фонограмму. Как ни странно, единственным естественно-музыкальным куском балета стал длинный дуэт Герды с Северным оленем (Денис Дмитриев). Под вторую часть Пятой симфонии герои идут, преодолевают невидимую бурю, устают, обессиленно ложатся на пол, снова заставляют себя встать – и важная для многих сочинений Чайковского тема переживания упадка сил, изнеможения, мучительной борьбы с судьбой выходит тут на первый план. Это как будто другой человек ставил – настолько внятно и музыкально все сделано. И с собственно хореографией все в порядке – сложный кружевной дуэт, в котором есть возрастающее доверие персонажей друг к другу. Герда всем хрупким телом обвивается вокруг шеи Оленя, он держит ее, как драгоценный груз. Мужчина и женщина у Баланчина, помните? Вот только, очнувшись после финала дуэта, вспоминаешь, что это не мужчина и женщина, вообще-то, а женщина и олень. Каю и Герде такой красоты не придумано – когда они возвращаются домой уже взрослыми и в последней сцене идут на свидание в Музыкальный театр имени Станиславского и Немировича-Данченко (не то чтобы фотопортрет театра, просто условное театральное здание с колоннами, но на них сообщается о премьере балета Максима Севагина), им выдан дуэт вполне формальный.

Самая неудачная сцена в спектакле – царство Снежной королевы (Наталья Сомова). Не вся «сонная», медленная, будто примороженная маленькая вариация Кая сделана внятно и разумно. Но далее бедолагу там натурально бьют (довольно долго, не позволяя подняться на ноги) и распинают, а это, кажется, какая-то другая сказка. Самая удачная (кроме дуэта с оленем) – волшебный сад, куда попадает Герда, только отправившись в путь. Хорошо выстроенная кордебалетная сцена, изящный рисунок па. Правда, для семейного (то есть, конечно, публикой воспринимаемого как детский) спектакля работа художницы по костюмам Юлдус Бахтиозиной слишком радикальна: понятно, художники (еще сценограф Екатерина Моченова) задумали создать черно-серо-белое пространство, где цветом бы выделялись только Кай и Герда. Но черные костюмы растений – это как-то слишком. В антракте, кажется, все присутствовавшие на спектакле дети спросили родителей, кем были эти мрачные персонажи. Взрослые лезли в программки. Про растения не подумал никто.

Художник имеет право на эксперимент (в данном случае с музыкой) и на провал тоже имеет право. Нет сомнений, что Севагин проанализирует то, что получилось, – хореограф давно доказал, что голова ему дана не только для того, чтобы шляпу носить. Будем с особенным нетерпением ждать новых сюжетных работ – «работ над ошибками». Ближайшая же его премьера будет, по всей видимости, бессюжетной: в феврале в зал «Зарядье» приедет на гастроли петербургская Академия русского балета с вечером «Виват, Академия!», где состоится первый показ одноактного балета, который пока носит рабочее название «Танцы на свадьбе». Alma mater и привычный формат – можно надеяться, там все будет значительно лучше.

Шутка или скверный анекдот? События

Шутка или скверный анекдот?

В Нижнем Новгороде отметили юбилей Пушкина спектаклем «Пиковая дама. Балет»

Экзамен для артистов События

Экзамен для артистов

В Москве объявили лауреатов IX Конкурса Галины Вишневской

Один за всех События

Один за всех

Свердловская филармония представила орган нового поколения

Будущее услышано События

Будущее услышано

Завершился второй тур IV Международного конкурса Grand Piano Competition