«Джаз – как образ жизни», – если одной фразой, то именно так можно охарактеризовать все, что происходило на протяжении двух выходных дней в музее-усадьбе «Архангельское», куда фестиваль переехал в этом году из другого не менее культового места – «Горок Ленинских». Вереница иномарок на Новорижском шоссе дружно сворачивала в направлении бывшей загородной резиденции династии Юсуповых. Пары элегантного возраста, словно сошедшие с обложек английских журналов, держась за руки, шли в направлении партерной части парка, где была расположена главная сцена. За ними, прихватив складные стулья и пледы, следовали их дети и внуки. Из года в год у фестиваля своя публика, абонементы раскупаются уже с июля. Организаторы этим дорожат, сохраняя высокие стандарты качества как музыкальных программ, так и всего, что им сопутствует, – от гастрономии до разных видов активного досуга. При этом стоимость билетов остается невысокой, а для семейной аудитории предусмотрены скидки. «Джаз – дело семейное» – этот слоган фестиваля организаторы продвигают не только словом, но и делом.

Надо сказать, что фестивальная афиша давно вышла за рамки джазовой монополии, сочетая самые разные стили и направления – от джаза и классики до рок-н-ролла, рок- и поп-музыки. Нынешние «Jazzовые сезоны» добавили к этой палитре зажигательные ритмы фламенко и румбы, которые привезли зарубежные гости – легендарные Gipsy Kings в одном из двух действующих составов, а именно Gipsy Kings by André Reyes. Темпераментные «цыганские бароны» (так переводится название группы с английского) не просто исполнили свои хиты, но буквально взорвали чинную классицистскую атмосферу музея-усадьбы южным темпераментом, энергичными соло шести гитар и знойным вокалом знаменитых на весь мир Bamboleo и Djobi, Djoba.

Всего же на протяжении двух фестивальных дней разными музыкальными коллективами было исполнено четырнадцать программ. Публика свободно фланировала между главной и малой сценами в зависимости от своих предпочтений, в известной степени оправдывая «теорию поколений»: бэби-бумеры подпевали харизматичному блюзу Евгения Маргулиса, поколение Х вторило ироничному фолку Петра Налича, миллениалы танцевали под Полину Гагарину, а зумеры откликались на завирусившуюся в соцсетях композицию Жени Любич Russian Girl.

Но определяющим стержнем афиши оставался, конечно, джаз. И какой! На протяжении двух дней можно было услышать созвездие современного российского джаза. Трио блистательного пианиста Даниила Крамера исполнило его юбилейную программу «Игры в джаз». С оригинальными часовыми сетами выступили постоянные резиденты Джаз-клуба Игоря Бутмана – музыкальные коллективы трубача Вадима Эйленкрига, пианиста и композитора Дмитрия Илугдина, саксофониста Александра Довгополого, а также Большой джазовый оркестр под управлением Петра Востокова. Поколение молодых джазовых музыкантов представляла певица Лиана Зайнуллина, запомнившаяся своим участием в этом году в шоу «Голос». Изысканный восточный колорит в общую палитру фестиваля привнесло участие джазовой группы из Узбекистана – Jazzirama, черпающей вдохновение в национальной узбекской музыке и жанре макома.

Художественный руководитель фестиваля блестящий музыкант Игорь Бутман вместе с Московским джазовым оркестром на протяжении обоих вечеров подарил слушателям две интереснейшие программы на главной сцене, где традиции американского и европейского джаза соединялись с отечественной музыкой. В центре первого дня возвышалась монументальная композиция «Русь» на темы Александра Бородина в аранжировке Николая Левиновского. Прайм-тайм второго дня был отдан джазовой версии симфонической сказки Сергея Прокофьева «Петя и Волк» с актером театра и кино Сергеем Степанченко в роли рассказчика.

Автором джазовой версии «Пети и Волка» выступила Кристина Крит. Джазовая пианистка, аранжировщик, композитор и педагог в интервью после концерта рассказала, что предложение «оджазировать» прокофьевскую сказку для проекта Игоря Бутмана возникло в прошлом году, писала аранжировку с большим азартом и в сжатые сроки к премьере сочинения на закрытии Московского джазового фестиваля – 2024. В новой интерпретации компактная прокофьевская партитура развернулась в часовую джазовую сюиту, где новые музыкальные характеристики и тембры по-другому раскрыли характеры персонажей.

Главный герой Петя сменил пионерский задор маршевой поступи струнного квартета на легкую джазовую расслабленность ритм-секции (фортепиано, контрабас, ударная установка с солирующей гитарой или трубой) и тем самым обнаружил явное фамильное сходство с Дедушкой, в музыке которого ворчливая тревожность фагота уступила место вальяжности баритон-саксофона. Впрочем, как выяснилось, в джазе не только дедушки, но также Охотники (биг-бенд – вместо симфонического оркестра), Кот (альт-саксофон – вместо кларнета), Утка (сопрано-саксофон – вместо гобоя), а также Волк с его мрачным фьюженом квартета тромбонов. Единственный персонаж, сохранивший свой тембр, это Птичка (флейта). Весомую роль в преображения героев внесли музыканты-исполнители. Особенно ярко это сделал Игорь Бутман, добавив своими виртуозными импровизациями столько блеска, стати и элегантности исполняемой им Утке, что впору воскликнуть: «Не утка – лебедь!»

Как известно, свою симфоническую сказку Сергей Прокофьев создавал по просьбе Натальи Ильиничны Сац с целью познакомить детскую аудиторию с инструментами симфонического оркестра. Джазовая версия «Пети и Волка» продолжает эту миссию и знакомит с инструментами биг-бенда. Но на этом «уроки джаза» не заканчиваются. На страничке сети «ВКонтакте» подписчики Кристины Крит шутят, что по аранжировке «Пети и Волка» можно устраивать музыкальную викторину. Здесь, действительно, то и дело возникают отсылки к знаковым композициям – так называемым «пасхалочкам» (сленговое обозначение музыкальных цитат, которые не считываются широкой публикой, но восторженно воспринимаются знатоками джаза). Выбор их широк и остроумен. К примеру, «Орнитология» Чарли Паркера добавляет штрихи к портрету Птички, «Розовая Пантера» – к образу Кошки. «Похоронный марш» Шопена звучит иронической эпитафией на смерть Утки, а марш из оперы «Любовь к трем апельсинам» придает комедийный подтекст Триумфальному шествию в финале сказки.

От Бутмана до Гудмена

Сто лет отсчитывают от первого публичного джазового концерта, который провел ансамбль Валентина Парнаха. С тех пор жанр прошел путь от «разгибания саксофонов» до нынешних времен, когда почти все представляют, что это такое. Музыканты же гордятся тем, что на концертах и в публике, и у микрофонов сейчас особенно много молодежи.

Впервые выходя на легендарную сцену, люди, конечно, волнуются. «Не все джазмены даже бывали в этом зале, – заметил организатор праздника Игорь Бутман, – мне же повезло играть с Еленой Образцовой на ее юбилее!» Но многих солистов концерта Большой прекрасно знал – и встречал, и провожал овациями. Среди звезд были Лариса Долина, Олег Аккуратов, Давид Голощёкин, Оркестр джазовой музыки имени Олега Лундстрема, биг-бенд Георгия Гараняна. Запомнились барабанщик оркестра Бутмана Эдуард Зизак, который ярко играл с разными составами, а также прекрасная Дарья Чернакова (контрабас). Она ни визуально, ни музыкально не терялась в составах с пианистами – Даниилом Крамером, который темпераментно сыграл «Странный блюз», и питерским мастером Андреем Кондаковым. Сет Крамера удостоился чуть ли не самых бурных аплодисментов, впрочем, как и певица Юлиана Рогачева, спевшая «Первый миг весны» с Всероссийским молодежным биг-бендом под управлением Павла Овчинникова. Тепло встречали и Алексея Козлова, сыгравшего с пианистом Юрием Погибой импровизацию на «Половецкие пляски» Бородина. Неожиданно выглядел состав Сергея Манукяна, в котором было трио разных клавишных инструментов. Хорошо известное в Европе LRK Trio сыграло авторскую пьесу с сольным контрабасом и аккордеоном.

Во втором отделении Большой джазовый оркестр Петра Востокова сыграл «Колыбельную Умки» Крылатова, Дарья Антонова спела «Дорогие мои москвичи» Исаака Дунаевского. Еще ранее Сергей Жилин импровизировал на темы Дунаевских – и Исаака, и Максима. Затем наступило время составов, собранных вокруг Игоря Бутмана и его Московского джазового оркестра. Певица Фантини вела концерт, ее конферанс с насыщенным текстом создавал хорошие, правильные эмоции. Но к финалу, перевоплотившись из милой ведущей в роковую женщину, Фантини спела горячий хит на испанском Como un bolero. Свой вариант стиля фьюжн предложила группа Евгения Побожего, победителя конкурса гитаристов Института джаза имени Херби Хэнкока. Публика расходилась вполне удовлетворенная, четырехчасовой концерт подарил много позитивных эмоций, так нужных в непростое время. А ведь 1 октября отмечался и Международный день музыки – совпадение дат получилось удачным.

Одну из возможных проблем отметил критик Владимир Фейертаг. В зале Большого, сказал он, мы внимательно внимаем высокому. «Служенье муз не терпит суеты» – более чем уместно был процитирован Пушкин. Джаз же может быть филармоническим – близким к классике, но, по сути, это музыка танцевальная и эмоциональная. На протяжении долгого времени отношение к джазу у нас, в России, оставалось напряженным: витальность этого искусства с трудом вписывалась в язык инструкций и правил. Да и медийные фигуры артистизма, раскрепощенности уровня Утёсова не появлялись. Всенародная популярность есть у Алексея Семеновича Козлова, но его творчество направлено скорее на развитие жанра. Игорь Бутман же выбрал путь мейнстрима – музыки, которую может знать и любить каждый, независимо от навыков и привычек. Этот маршрут оказался правильным – такого уровня признания у джаза ранее не было никогда. Но и примера столь активной деятельности, как у Бутмана – фестивальной, международной, общественной, по работе с молодежью, больше нет.

В Большом театре публика увидела целую когорту талантливых артистов, причем среди них были и убеленные сединами мэтры, вроде Бориса Фрумкина, Алексея Кузнецова, Алексея Козлова, и молодые победители недавних международных конкурсов. Концерт снимали для телевидения и показали по каналу «Культура». Это, как и особенности площадки, диктовало свои условия. Например, большинство музыкантов ограничились лишь одним номером, при таком количестве участников было нереально изобретать какую-то индивидуальную сценографию. Среди плюсов особо отметим идеально информативную видеоинсталляцию, которая демонстрировалась, когда говорили спикеры. И много раз у ведущих, в частности у главного редактора журнала «Джаз.ру» Кирилла Мошкова, звучало слово «образование». Это представляется камертоном происходившего и направлением дальнейшего развития.

Гала-концерты, посвященные 100-летию российского джаза, пройдут в восемнадцати городах России – от Южно-Сахалинска до Калининграда. Вспомним уникальный выставочный проект «Джаз! 100! Россия!», представленный Российским национальным музеем музыки. Публике рассказали и про смонтированный к юбилею документальный фильм «Джаз 100». «Советский джаз добыл право играть!» – сказал со сцены Большого телеведущий Дмитрий Дибров, подчеркнув этим, что импровизационная музыка у нас наследует творчеству и креативу предыдущих эпох.